Анализ Государственной Думы I созыва (1994-1995 гг.)

В Государственной Думе I созыва присутствовали следующие 12 де­путатских объединений:

— Аграрная партия России (АПР);

— «Выбор России»(ВР);

— Демократическая партия России (ДПР);

— «Женщины России» (ЖР);

— Коммунистическая партия Российской Федерации (КПРФ);

— Либерально-демократическая партия России (ЛДПР);

— «Новая региональная политика» (Н-96);

— Партия российского единства и согласия (ПРЕС);

— Либерально-демократический союз (ЛДС);

— «Россия» (РОСС);

— «Стабильность» (СТАВ);

— «Яблоко» (ЯБЛ).

Для классификации депутатов, не входящих на заданный мо­мент времени в депутатские объединения, были выделены следующие группы:

• независимые (ЛДС) — депутаты, входившие в депутатскую груп­пу «Либерально-демократический союз 12 декабря», просуществовав­шую с мая по ноябрь 1994 г. (лидер — Б. Г. Федоров);

• независимые («Народовластие») — депутаты, не входившие в де­путатские объединения, на выборах 1995 г. прошедшие в Государствен­ную Думу II созыва и вошедшие в близкую к КПРФ депутатскую группу «Народовластие»;

• независимые («Маргиналы») — депутаты, достаточно из­вестные и обладающие специфической репутацией (С. П. Мавроди, Н.Н. Лысенко — националист, рвавший украинский флаг, дравшийся с Г. П. Якуниным и т. д.);

• независимые — все остальные депутаты, не входящие в депутат­ские объединения на заданный момент времени.

Очевидно, индексы, рассчитанные на основе данных групп с учетом реальных переходов депутатов из одной фракции в другую, должны существенно изменяться в моменты образований новых групп или массовых переходов из одной группы в другую. Изменение индекса Банцафа (ф. з.) для каждой партии проиллюстрировано [2]) на рис. 2.1.

Рис. 2.1. Динамика индекса Банцафа в Государственной Думе РФ I созыва

Как видно из рис.

Однако, наиболее важные события происходят в марте-мае 1995 г.: часть депутатов из ВР и Н-96 перешла в две новообразованные депу­татские группы «Россия» и «Стабильность», и за счет этого фракции Н-96 и ВР сдали свои позиции.

На рис. 2.1 мы видим существенные изменения значений индекса влияния в интервале февраль-май 1995 г. Именно тогда начались предварительные маневры политических сил, связанные с подготовкой к предстоящим в конце года парламентским выборам. Часть депутатов была охвачена следующей идеей: создание в Думе новой депутатской группы позволит несколько позже сконструировать новое политическое

объединение, которое можно будет выдвинуть на выборы во главе с де­путатами из этой группы. Преодоление таким объединением пятипро­центного барьера гарантировало существенной части создателей новой группы места в будущей Думе, а вот пребывание на задних скамьях в старых группах и фракциях не оставляло реальных шансов на возврат в Думу после выборов. Не удивительно, что новые депутатские группы формировались из заднескамеечников. Вместе с тем, администрация Президента и Правительство были заинтересованы в создании новых подконтрольных им групп и в ослаблении старых, обретавших амбиции и дополнительную независимость по мере приближения выборов.

Этому периоду образования новых групп предшествовало окон­чание короткой, но яркой, политической жизни депутатской группы «Либерально-демократический союз 12 декабря», созданной Ириной Хакамадой и Борисом Федоровым. Образовавшись довольно поздно — только в конце весны 1994 г. — группа не успела к дележу кресел, что не способствовало ее устойчивости; и потому начала потихоньку таять. В декабре 1994 г. ее численность опустилась ниже предусмотренного регламентом порога (35 депутатов).

Итак, в марте 1995 г. была создана депутатская группа «Ста­бильность», спустя несколько недель была зарегистрирована группа «Россия». Их состав, как уже отмечалось, пополнялся как за счет независимых депутатов, так и за счет перебежчиков. Более всего пострадали фракция «Выбор России» и депутатская группа «Новая региональная политика»; помимо них потери, но несколько меньшие, понесли фракция ЛДПР и ПРЕС. Все это отчетливо видно на графи­ках рис. 2.1: рождение новых групп способствовало резкому падению влияния двух наиболее крупных депутатских образований.

В связи с этим событием индекс влияния Н-96 уменьшился на 39% (или 5,3% общего), а ВР — на 22% (3,2% общего). С мая и до декабря 1995 г. ЛДПР, сохранившая свой первоначальный состав, имела самый высокий индекс Банцафа, несмотря на то, что относительно января 1994 г. ее влияние уменьшилось на 17% (2,5% общего).

Фракции АПР (/3 = 0,123), КПРФ (β = 0,103), «Яблоко» (β — = 0,057) и «Женщины России» (β —0,049) на протяжении всего срока стабильно удерживали свои позиции на одном уровне (изменения не превышали 1 %).

Фракция ПРЕС относительно своего лучшего положения в ап­реле-октябре 1994 г. (β —0,07) к декабрю 1995 г. потеряла 61 % своего влияния (4,3% общего) и ее индекс Банцафа стал равным 0,027.

У фракции ДПР был наименьший индекс влияния в парламенте. В начале /З(ДПР) = 0,033, а в феврале 1995 г. влияние ДПР уменьши­лось на 42% (на 1,2% общего) и ее индекс Банцафа стал равным 0,019.

Все эти изменения индексов влияния, рассчитанные только на ос­нове численности фракций и депутатских групп, отражают неустойчи­вость партийно-фракционной структуры Государственной Думы I со­зыва, проявившуюся в создании и исчезновении новых фракций в «середине» работы I созыва, а также в относительно большом (по сравнению со II и III созывом) числе переходов депутатов.

По конституционным законам распределение влияния для Государ­ственной Думы I созыва имеет точно такой вид, как и для федеральных законов с точностью до 1 %, поэтому соответствующие графики индек­са Банцафа не приводятся.

2.4.