7.1. Факторы политического размежевания и политическая карта Думы IV созыва

Политическое размежевание в парламенте (в функциональном, а не в оценочном контексте) — необходимый признак нормального процес­са подготовки и принятия решений: при отсутствии независимых и альтернативных подходов к разработке законопроектов и единогласном голосовании повышается вероятность того, что решение, не прошедшее через обсуждение с различных точек зрения, окажется «неконкуренто­способным», а потому и не качественным.

Анализ голосований, отобранных для построения политических карт, показывает, что для объяснения политйческого размежевания в Государственной Думе IV созыва в 2004 г.

Рис. 7.1. Политическая карта июня 2004 г.

политической карты ГД в 2000-2003 гг. в июне, как правило, набира­лось 250-300 голосований). В числе наиболее значимых законопроек­тов июня — Закон о референдуме, Закон о митингах, Жилищный и Градостроительный кодексы, изменения в Налоговом кодексе. То есть, для июня характерно сочетание серьезных экономических и достаточно конфликтных политических законов, причем в относительно «спокой­ной» обстановке — отсчет Президентского срока уже начался, но «мо­нетизация», теракт в Беслане и отмена прямых выборов губернаторов еще впереди.

Позиционирование фракций по горизонтальной оси характеризу­ет их оппозиционность, а позиционирование по вертикальной оси — готовность поддерживать решения, направленные на усиление госу­дарства.

Позиция фракции «Единая Россия». Фракция «Единая Россия» предсказуемо занимает эталонную «лояльную» позицию по главному фактору размежевания «лояльность-оппозиционность». Основное про­явление такой позиции — согласие с законодательными инициативами Президента и Правительства РФ.

По карте видно, что никакого раскола в «Единой России», прежде всего по горизонтальной оси (главный фактор «лояльность-оппозици­онность»), не наблюдается, а размытость по оси «либералы-государ­ственники» скорее отражает активность в голосовании против пред­ложений оппозиции, чем какие-то существенные политические разно­гласия. Подобная ситуация имеет место на всех политических картах. Более того, за весь 2004 г. не состоялось ни одного голосования, в котором бы было набрано простое большинство и при этом раскололась бы «Единая Россия».

Пожалуй, в качестве крайнего примера «разногласий» в «Единой России» в июне 2004 г. можно привести голосование по Федеральному Закону №204149-3 «О внесении дополнения в ФЗ «О трудовых пенси­ях в РФ» (об учете периодов работы в районах Крайнего Севера ...) — из 114 голосов «за» — всего 16 принадлежат «Единой России». Надо отметить, что социальная политика, и в частности, законы, касаю­щиеся трудовых пенсий в условиях Крайнего Севера, являются про­блемой, в которой депутаты более всего подвержены оппозиционным настроениям.

Несколько смещены влево по горизонтальной оси позиции депу­татов, «примкнувших» к «Единой России» (например, Г. В. Гудков, В. Н. Басыгысов, Народная партия). Главное исключение составляют депутаты В. К.Гартунг и А. М. Безбородов (в центре политической кар­ты). Оба депутата в предыдущем созыве входили в группу «Реги­оны России» и достаточно часто занимали принципиальную пози­цию по различным вопросам. Для В. К.Гартунга эта политическая позиция соответствует его статусу лидера «партии пенсионеров», для А.

Таким образом, судя по результатам голосований, раскола в «партии власти» нет. По сути, о факте раскола можно будет говорить только в том случае, если значительная часть фракции «Единая Россия» будет консолидировано голосовать против «эталонной» лояльной позиции.

Позиция фракции КПРФ. КРПФ как и в предыдущих созывах по-прежнему остается главной оппозиционной фракцией, голосующей против всех основных инициатив «партии власти».

Также относительно часто КПРФ выступает с собственными пред­ложениями, которые, очевидно, не собирают большинства, но позво­ляют дистанцироваться от других фракций. Так, среди отобранных 122 голосований июня 2004 г. в 95% случаев позиции ЕР и КПРФ

оказывались противоположными. Причем в этот список попадают все итоговые голосования по ключевым законопроектам июня. Исключение «в позитивном сценарии» (когда и КПРФ, и ЕР голосовали «за») лишь подтверждает правило. В голосовании по закону, позволяющем проводить выборы местных законодательных собраний одновременно с федеральными в один день и продлевать для этого полномочия депута­тов (23 июня 2004 г., п. 9.(1 чт.) О проекте ФЗ №50988-4 «О внесении изменений в статью 82 ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав....») КПРФ, имеющая представительство в местных законодатель­ных органах, выступает скорее как власть, а не оппозиция.

Необходимо отметить, что попытки раскола в КПРФ по сути ни к чему не привели, о чем свидетельствует позиция вышедших из КПРФ депутатов (Е. Драпеко, Л. Иванченко, А. Куваев) — на карте они обозначены знаком «+» и располагаются рядом с КПРФ. Другими сло­вами, «раскол» у коммунистов не идеологический, а организационный, связанный с попытками перераспределения власти внутри фракции и партии.

Позиция фракции ЛДПР.

Наконец, 38 голосов ЛДПР являются своеобразным резервом для принятия конституционных решений. Даже если в ЕР найдутся 20-30 депутатов, несогласных с линией партии, которые рискнут выйти из фракции и присоединится к оппозиции, именно потому, что фракция ЛДПР всегда поддерживает политику укрепления государства и гото­ва сотрудничать с властью, у «партии власти» остается возможность договориться с этой фракцией.

Позиция фракции «Родина». Фракция «Родина» позиционируется как государственническая или «патриотическая» оппозиция, готовая поддержать власть по ряду приемлемых для себя вопросов, в кото­рых удобно проявить свою ответственную «государственную» позицию. В частности, в июне такими вопросами являются изменения в закон о

Правительстве, закон о назначении Председателя Счетной палаты по представлению Президента РФ, ФЗ «О ратификации Соглашения об адаптации Договора об обычных вооруженных силах в Европе». В то же время в законах, предоставляющих ресурс для действий оппозиции, «Родина» выступает против «Единой России», в июне фракция голо­совала против закона о митингах и референдуме.

В то же время по законопроектам, относящимся к социальной политике, фракция «Родина» является активно оппозиционной.

Депутаты, не входящие в депутатские объединения. Среди депутатов, не входящих во фракции (кроме вышедших из КПРФ — см. выше), можно выделить группу, представителей которой можно условно оценить как либералов, близких к «Яблоку» (М. М. Задорнов, Г. П. Хованская, О. Г. Дмитриева). В депутатские объединения не входят также В. А. Рыжков, С. А. Насташевский, С. А. Попов, Е. В. Ройзман, В. И. Черепков. Позиция этой группы оказывается близка к той позиции, которую обычно занимала фракция «Яблоко», и их голосования близки к поведению этой фракции в Думе предыдущего созыва. Эта группа оказывает поддержку законам, исходящим от «партии власти», которые не вызывают серьезных претензий, такие как некоторые законы из пакета по ипотеке. В то же время по Жилищному кодексу и политическим законопроектам (и конечно, по решениям, касающимся отмены выборов по одномандатным округам) эти депутаты голосуют «против».

Наиболее принципиальным либералом остается В. В. Похмелкин (координаты на политической карте — (-1; -0,216)). Однако, учитывая его «эволюцию» от «Либеральной России» к «Союзу автомобилистов», эта принципиальность носит скорее демонстративный характер, тем более что один голос никак не влияет на принимаемые решения.

Особый случай — депутат А. Г. Невзоров (знак «+», ближайший к фракции ЕР), чья позиция совпадает с позицией «Единой России» ^[21]).

Особенности Думы IV созыва на политической карте. Особен­ности Думы IV созыва — конституционное большинство «Единой России» и отсутствие либеральных фракций — хорошо заметно на по­литической карте: большинство из фракции «Единая Россия» занимает эталонную «лояльную» позицию, в нижней («либеральной») половине политической карты образуется пустота.

Такая расстановка сил на карте означает, что абсолютно законо­мерным оказывается законодательный процесс, в котором доминируют «государственно-реформистские» законопроекты, в которых приорите­ты смещены в пользу бюрократии.

Обращаясь к деятельности Думы III созыва, можно утверждать, что получение консолидированного конституционного большинства было главной задачей для «партии власти». Подготовка к этим выборам началась, пожалуй, в 2001 г. после нашумевшей истории с вотумом недоверия правительству. Первым шагом было объединение движений «Единство» и ОВР в партию «Единая Россия» и создание на базе четырех центристских фракций проправительственного парламентского большинства. В 2002 г. последовало лишение левой оппозиции ее адми­нистративного ресурса — постов председателей комитетов и комиссий. После того, как в сентябре 2002 г. был принят конституционный закон, ограничивающий право на референдум (потребовавший коалиции с либералами из СПС и «Яблока»), все ключевые решения стали при­ниматься за счет большинства на основе «Союза четырех». Осенью 2003 г. СПС был фактически исключен из «бюджетного» процесса, а в октябре подобная участь постигла группу «Народный депутат» — бюд­жет во втором чтении был принят без поправок. Наконец, «Яблоко», дистанцируясь от СПС в последний месяц работы Думы III созыва, по голосованиям сблизилась с КПРФ, утратив, в какой-то мере, полити­ческую идентификацию.

Таким образом, все было подготовлено к тому, что сформировалось конституционное большинство на основе «Единой России», а либе­ральная половина политического пространства Думы осталась пустой. Закономерным продолжением этой тенденции выглядят первые шаги Думы IV созыва: распределение руководящих постов и изменения в ре­гламенте (повышение порога для образования группы до 55 депутатов) с целью не допустить раскола во фракциях.

7.2.