По жалобе гражданина Романова Юрия Петровича на нарушение его конституционных прав статьями 21 и 21.1 Закона Российской Федерации «О государственной тайне» Определение от 10 ноября 2002 г. № 314-О (Извлечение)

(о допуске адвоката в качестве представителя по гражданскому делу, связанному с государственной тайной)

Конституционный Суд Российской Федерации, заслушав в пленарном заседании заключение судьи Г.

Федерации» предварительное изучение жалобы гражданина Ю. П. Романова,

установил:

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Ю. П. Романов оспаривает конститу­ционность статей 21 и 21.1 Закона Российской Федерации «О государственной тайне», на основании которых Иркутский областной суд при рассмотрении иска Ю. П. Романова к ОАО «Иркутское авиационное производственное объединение» от­казал в удовлетворении ходатайства истца о допуске к уча­стию в деле его представителя — адвоката В. И. Голикова.

Согласно статье 21 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года «О государственной тайне» (в редакции от 6 октября 1997 года) допуск должностных лиц и граждан к го­сударственной тайне осуществляется в добровольном поряд­ке по решению руководителя органа государственной власти, предприятия, учреждения или организации после проведения соответствующих проверочных мероприятий. Из этого обще­го правила статьей 21.1 того же Закона предусмотрено исклю­чение для отдельных категорий должностных лиц и граждан, в частности для адвокатов, участвующих в качестве защитни­ков в уголовном судопроизводстве по делам, связанным со сведениями, составляющими государственную тайну,— они допускаются к указанным сведениям без проведения прове­рочных мероприятий, предусмотренных статьей 21.

По мнению заявителя, названными нормами нарушается статья 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации, га­рантирующая право на квалифицированную юридическую по­мощь, а также статья 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой судопроизводство осуществля­ется на основе состязательности и равноправия сторон.

2. Оспариваемая Ю. П. Романовым норма, послужившая основанием отстранения выбранного им представителя (ад­воката) от участия в рассмотрении дела судом общей юрис­дикции, уже была предметом рассмотрения Конституционно­го Суда Российской Федерации. В сохраняющем свою силу Постановлении от 27 марта 1996 года по делу о проверке конституционности статьи 21 Закона Российской Федерации «О государственной тайне» Конституционный Суд Россий-

81

ской Федерации пришел к выводу, что отказ обвиняемому (подозреваемому) в приглашении выбранного им адвоката по мотивам отсутствия у последнего допуска к государственной тайне, а также предложение обвиняемому (подозреваемому) выбрать защитника из определенного круга адвокатов, име­ющих такой допуск, обусловленные распространением по­ложений статьи 21 Закона Российской Федерации «О госу­дарственной тайне» на сферу уголовного судопроизводства, неправомерно ограничивают конституционное право гражда­нина на получение квалифицированной юридической помо­щи и право на самостоятельный выбор защитника (статья 48 Конституции Российской Федерации); зависимость выбо­ра обвиняемым адвоката от наличия у последнего допуска к государственной тайне противоречит также принципу со­стязательности и равноправия сторон в судопроизводстве, за­крепленному в статье 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Приведенная правовая позиция сформулирована Кон­ституционным Судом Российской Федерации применитель­но к нормативным положениям, регулирующим процедуру уголовного судопроизводства, однако в силу универсально­сти права каждого на квалифицированную юридическую по­мощь (статья 48 часть 1 Конституции Российской Федера­ции) и принципов состязательности и равноправия сторон (статья 123 часть 3 Конституции Российской Федерации) она может быть распространена на все другие виды судопроиз­водства, а значит, и на производство в судах общей юрисдик­ции по гражданским делам.

3. Порядок гражданского судопроизводства в судах общей юрисдикции в соответствии со статьей 1 ГПК РСФСР (в ре­дакции от 7 августа 2000 года) определяется Конституцией Российской Федерации, Федеральным конституционным за­коном «О судебной системе Российской Федерации», назван­ным Кодексом и другими федеральными законами.

82

Статьи 43 и 44 ГПК РСФСР, предусматривающие воз­можность участия адвоката как представителя стороны в рас­смотрении судами общей юрисдикции гражданских дел, кон­кретизируют применительно к процедуре гражданского су­допроизводства положения статьи 48 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому право на получение квалифицированной юридической помощи. От­странение судом общей юрисдикции на основании оспарива­емых норм адвоката, являющегося представителем истца, от участия в судебном заседании по мотивам отсутствия у него допуска к государственной тайне лишает истца возможности реализовать названное конституционное право в процедуре гражданского судопроизводства, которое должно осущест­вляться на основе принципов состязательности и равнопра­вия сторон (статья 123 часть 3 Конституции Российской Фе­дерации).

4. Согласно части второй статьи 87 Федерального консти­туционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» признание нормативного акта либо отдельных его положений не соответствующими Конституции Россий­ской Федерации является основанием отмены в установлен­ном порядке положений других нормативных актов, содержа­щих такие же положения, какие были предметом обращения; положения этих нормативных актов не могут применяться судами, другими органами и должностными лицами.

Следовательно, положения статей 21 и 21.1 Закона Рос­сийской Федерации «О государственной тайне» не могут при­меняться судами, другими органами и должностными лицами в качестве основания для отстранения адвоката, являющегося представителем истца, от участия в рассмотрении дела судом общей юрисдикции в процедуре гражданского судопроизвод­ства в связи с отсутствием у него допуска к государственной тайне.

Вместе с тем суд общей юрисдикции в целях обеспе­чения режима секретности при рассмотрении гражданских дел, связанных с государственной тайной, вправе приме­нить иные средства и способы, предусмотренные законо­дательством, — проведение закрытого судебного заседания (статья 9 ГПК РСФСР), а также предупреждение участ-

83

ников процесса о неразглашении государственной тайны, ставшей им известной в связи с производством по делу, привлечение этих лиц к уголовной ответственности в слу­чае ее разглашения.

Кроме того, сохранность государственной тайны при рассмотрении дел с участием адвоката в качестве предста­вителя в гражданском процессе обеспечивается нормами Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адво­катуре в Российской Федерации», которыми предусматрива­ется обязанность адвоката хранить профессиональную тайну (статья 8). На такую возможность указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 27 марта 1996 года применительно к обеспечению государственной тайны в уголовном судопроизводстве.