Шариатская юстиция на советском Северном Кавказе

Интересно сопоставить положение с шарсудами в Дагестане с пра­вовой обстановкой, сложившейся после революции в других районах Северного Кавказа. Прежде всего следует отметить, что история со­временных шариатских судов в регионе начинается до установления Советской власти.

Отчасти согласно постановлениям съездов, отчасти стихийно в 1918 г. городские шариатские суды открылись во всех крупных севе­рокавказских городах с мусульманским населением — Владикавказе, Грозном, Нальчике, Темир-Хан-Шуре. В крупных селениях на равнине, в горах и в предгорьях начали действовать сельские шариатские суды. Подобно дореволюционным горским и народным судам Кубанской и Терской областей, они разбирали уголовные и отчасти поземельные споры между мусульманами согласно местному адату, а брачно-се­мейные и наследственные споры — по шариату. Причем на Северо- Западном Кавказе следовали ханафитскому толку мусульманского права, в Чечне — шафиитскому (среди мусульман-суннитов), а в Азер­байджане — джафаритскому (среди мусульман-шиитов) (подробнее об этом см.: Бобровников: 1999в, 61-62).

С началом Гражданской войны, уже в январе 1919 г. шариатские суды были преобразованы в военно-шариатские суды. При сменявших друг друга военных режимах их использовали для сведения счетов с политическими противниками (подробнее см.: Бабич: 1999, 164). С их помошью турецкие оккупационные войска, казачьи отряды полковни­ка Д.Ф.Бичерахова и Добровольческая армия генерала А.И.Деники­на расправлялись с большевиками и сторонниками Северокавказско­го эмирата, созданного в горах Чечни накшбандийским шейхом Узун- Хаджи.

После окончания Гражданской войны на Северном Кавказе шари­атские суды были узаконены не только в Дагестане, но и в других со­ветских автономиях, где они существовали до большевиков, — в Чеч­не, Ингушетии, Северной Осетии, Кабарде, Карачае. Дело в том, что в установлении Советской власти тут активно участвовали радикальные мусульманские лидеры, в советских документах называвшиеся «ша- риатистами». Их лозунгом было: «Да здравствует Советская власть, шариат и объединение народа!» Среди них многие одновременно ра­ботали в шариатских судах и занимали видные советские и партийные посты. Например, «шариатист» Н.Катханов командовал войсками Наль­чикского военного округа (подробнее см.: Бабич:1999, 163-164).

В первые годы Советской власти в каждой автономии Северного Кавказа была создана своя иерархия шариатских судов (шарсудов, араб, махаким шар'иййа). В отличие от Дагестанской АССР в осталь­ных советских автономиях региона структура шариатского правосу­дия была проще. Согласно постановлению «О введении шариатского судопроизводства» от апреля 1921 г., в Горской АССР его основным звеном были окружные «шариатские тройки» под председательством шариатского судьи (эфенди). Они разбирали брачно-семейные и на­следственные споры на сумму до 200 руб., кражи и мелкие уголовные правонарушения, а также составляли «списки порочных лиц», т.е. пре­ступников-рецидивистов, подлежавших высылке с Кавказа или заклю­чению в лагерь (подробнее см.: Бабич:1999, 163-168).

Наиболее широкими полномочиями окружные шарсуды были на­делены в Чечне и Ингушетии.

супов была учреждена должность кади в составе советских народных судов (Бобровников: 1999в, 62).

Согласно официальной советской статистике, на Северо-Западном Кавказе шарсуды ежегодно разбирали до 30-50% всех судебных дел; в Чечне—до 70-80% (Мисроков:1979, 12-13). Местные мусульма­не предпочитали обращаться не в советский народный, а в шариат­ский суд по ряду причин. Дело в том, что судоговорение тут прохо­дило на понятном им, родном языке. Немалую роль при этом играл авторитет местных имамов, участвовавших в работе шарсудов. Среди их председателей были такие популярные на Северном Кавказе му­сульманские шейхи, как, например, Али Абуков в Кабарде. Кроме того, шарсуды меньше страдали от бумажной волокиты, столь харак­терной для всех советских учреждений. Наряду с мусульманским пра­вом при решении уголовных и поземельных дел шарсуды продолжали руководствоваться нормами распространенного у кавказских горцев обычного права (такими, как очистительная присяга, штрафы, прими­рение, высылка кровника и проч.).

Наступление окрепшей Советской власти на шариатские суды на­чалось накануне осуществления на Кавказе общесоюзных программ по индустриализации и коллективизации. Задумав насильственно изме­нить структуру местного общества, советские руководители в первую очередь решили обезглавить его, поставив вне закона мусульманских лидеров города и деревни. Уже в первой половине 20-х годов шар­суды сняли с государственного обеспечения и перевели на содержа­ние мусульманских общин, желавших судиться по шариату. Тяжкие уголовные правонарушения, поземельные тяжбы, дела по опеке над вдовами и сиротами, а также иски, в которых одна из сторон отказы­валась обращаться в шарсуд, были изъяты из ведения шариатских су­дов и переданы в народные суды (см.: ЦГА РД, ф.

Наиболее активные противники Советской власти лишались изби­рательных прав и исключались из состава шарсудов. В Северной Осетии, Адыгее и Кабарде большинство знатоков шариата были отстранены от судебной практики. Согласно общероссийскому и рес­публиканскому законодательствам, баллотироваться в члены шарсу­дов не могли лица, ограниченные в избирательных правах (ЦГА РСОА, ф. р-41, on. 1, д. 88, л. 25; цит. по: Мисроков:1979, 11). Должность председателей шарсудов нередко занимали лояльные к власти выходцы из беднейших слоев, абсолютно невежественные в вопросах права (Бабич:1999, 166). Все это значительно затрудняло нормальную работу шариатских судов.

Первые попытки отменить действие шариатского правосудия на Северном Кавказе относятся к 1922 г. На территории Горской АССР шарсуды несколько раз то закрывали, то в ответ на жалобы и волне­

ния мусульман вновь восстанавливали. Окончательно их запретили сначала в Северной Осетии, где мусульмане составляли меньшинство населения, в 1924 г.—в Горской республике, в январе 1925 г.— в Адыгее и Кабардино-Балкарии, в январе 1926 г. — в Ингушетии и Чечне (подробнее об этом см.: Бобровников: 1999в, 63).

Преследования бывших членов шарсудов продолжались в 30-е и 40-е годы. Большинство кабардинских «шариатистов» были расстре­ляны. Гонения на членов шариатских судов и насильственное объеди­нение мусульманских крестьян в колхозы вызвали на советском Кав­казе волну долго не прекращавшихся волнений, история которых еще плохо изучена. Только недавно открытие секретных архивов КГБ и КПСС дало возможность ученым познакомиться с подробностями наиболее крупных из этих выступлений (см., например: Мамбетов: 1996, 30-36; Аптекарь: 2000, 161-165), во главе которых стояли прежние члены шарсудов. Это Баксанское и Верхнекурповское «дела» 1928-1929 гг. в Кабарде, восстания 1930 г. в Карачае, бунты горцев Чечено-Ингушетии и Северного Дагестана в 1934-1936 и 1940- 1942 гг. (см. также: Попов:BAR, л. 3). Одним из главных требований восставших было восстановление шариатских судов (см. также: Даге­станская правда. 16, 23.03.1996). Восстания были жестоко подавле­ны Красной Армией при поддержке отрядов НКВД. Их руководите­ли были расстреляны, большинство участников осуждены на разные сроки лагерей. В 1944 г. целые мусульманские народы — чеченцы, ингуши, карачаевцы и балкарцы — были насильно депортированы в Казахстан и Среднюю Азию.

4