Некоторые абхазские параллели

Дагестанский случай реституции шариатских судов свидетельст­вует о том, что на постсоветском Кавказе полным ходом идет склады- вание новых форм правового плюрализма, вступившего ныне в свою новую, явно выраженную фазу.

Чтобы понять соотношение общерегионального и локального в ра­зобранных выше чеченских и дагестанских материалах, в последней части главы будут рассмотрены некоторые параллели «возрождения горских традиций» в Дагестане и Абхазии. Основным источником это­го раздела являются недавно опубликованные уникальные абхазские полевые материалы научного сотрудника московского Института вос­токоведения А.Б.Крылова.

На Западном Кавказе наряду с исламским бумом отмечено движе­ние за «возрождение правовых традиций» местного адата. Наиболее своеобразно и любопытно оно развивается в Абхазии. После распада СССР и грузино-абхазской войны 1992-1993 гг. республика факти­чески вышла из состава Грузии, но не присоединилась к Российской Федерации. На ее территории не действуют ни грузинские, ни рос­сийские законы. Центральные органы власти были уничтожены во время войны. Милиция и правоохранительные органы, в которых преобладали грузины, бежали в Грузию. Резко обострилась кримино­генная обстановка. В этих условиях суд и исполнительная власть со­средоточились в руках фамильных и родовых сходов, которые были организованы из советов старейшин, созданных в Абхазии, как и в советском Дагестане, в 70-е годы.

С 90-х годов во главе родовых сходов нередко стоят жрецы воз­родившихся по всей Абхазии родовых святилиш (аныха). Чаще всего аныха находится при кузнице. Некоторые из них — /Тдзаа-ныха, Лых- ныха, Дыдрыпш-ныха, Лашкендар — стали служить местом поклоне­ния паломников со всей республики. В последние годы абхазы пред­почитают решать в святилишах-аныха уголовные и поземельные тяж­бы по обычному праву (Крылов: 1999а, 158-161).

По недавно опубликованным полевым материалам А.Б.Крылова хорошо известна деятельность одного из таких адатных судов в святи­лище Дыдрыпш-ныха. Его жрец Володя Чичба принимает тяжущихся и просителей четыре дня в неделю. По понедельникам и четвергам он занимается разбором судебных исков, а по вторникам и воскресеньям принимает жертвоприношения от просителей, раскаявшихся в совер­шенном преступлении и желающих загладить свою вину перед потер­певшей стороной. Опираясь на авторитет святилища, обвиняемый может очиститься от подозрения в краже или убийстве и спасти свою фамилию от кровной мести, широко распространившейся в послед­ние годы среди абхазов (Крылов: 1999а, 160).

Никоим образом нельзя путать родовые сходы с органами само­управления сельских кланов. Сегодня они представляют собой чисто территориальные объединения односельчан-однофамильцев, напри­мер Барцыц, но имитируют организацию дореформенных абхазских кланов, хорошо известную по этнографическим описаниям XIX-XX вв. Среди членов абхазских комиссий однофамильцев нередко попадают­ся люди, при Советской власти входившие в состав советов старей­шин при местных сельсоветах. Некоторые из них в последние годы приняли родовые уголовные постановления по адату, которые были записаны на русском языке. Это само по себе абсолютно новое явле­ние, поскольку абхазский адат прежде передавался изустно на абхаз­ском языке.

Примерами такого кодекса являются документы, принятые фами­лией Барцыц на сходе в с. Блабурхуа в 1994 г. Это «Постановление собрания однофамильцев Барцыц в селе Блабурхуа» и «Положение о комиссии по разрешению конфликтов, рассмотрению правонаруше­ний и преступлений», принятые на сельском сходе 21 августа 1994 г.

Постановление

собрания однофамильцев Барцыц в селе Блабурхуа.

21.08.1994

Собрание однофамильцев Барцыц отмечает, что однофамильцы — жители с. Блабурхуа и выходцы из этого села — приняли активное участие в борьбе за освобождение Абхазии от грузинских оккупан­тов, многие из них сражались героически... Однако, как отмечает со­брание, в последнее время по всей территории Абхазии осложнилась криминогенная обстановка: систематически совершаются убийства, разбои, грабежи, кражи, похищения граждан с последующим вымога­тельством денег, большое распространение получили наркомания и пьянство... К сожалению, в совершении многих общественно опас­ных, тяжких преступлений участвуют и Барцыцовцы, и каждый такой факт следует рассматривать как позор для каждого и всей фамилии в целом. Сознавая необходимость ужесточения борьбы с правонару­шениями, проявляя нетерпимость к тяжким правонарушениям, нарко­мании, пьянству, грубым нарушениям абхазских традиционных прин­ципов родства, осуждая и лиц, их поддерживающих, в целях профи­лактики этих и других общественно опасных деяний собрание поста­новило:

Лицо, совершившее одно из следующих умышленных преступлений или нарушений традиций: убийство, разбой, грабеж, кражу, похище­ние гражданина из корыстных побуждений, изнасилование, употреб­ление или сбыт наркотиков, злоупотребление алкоголем, грубое на­рушение традиционных принципов родства — подлежит изгнанию из фамилии и села лично или составом семьи сроком от одного до пяти лет.

Лицо, поддерживающее нарушителя или не признающее и не вы­полняющее решение комиссии однофамильцев, подлежит изгнанию из фамилии и села лично или составом семьи сроком от одного до пяти лет.

Примечание:

Наркоманам и алкоголикам, изъявившим желание лечиться, оказы­вать возможное содействие. При этом решением комиссии они могут быть освобождены от ответственности, предусмотренной данным по­становлением.

Председатель собрания Барцыц...

Секретарь собрания Барцыц...

Положение

о комиссии по разрешению конфликтов, рассмотрению правонарушений и преступлений

I. Порядок организации комиссии и ее задачи

Ст. 1. Комиссия по разрешению конфликтов, рассмотрению пра­вонарушений и преступлений... создается собранием однофамильцев Барцыц. Количественный состав комиссии определяется собранием однофамильцев.

Ст. 2. Главными задачами Комиссии являются предупреждение правонарушений и преступлений, осуждение отклонений от устано­вившихся положительных традиций и других поступков, позорящих фамилию.

Ст. 3. Деятельность Комиссии осуществляется при широком уча­стии общественности, в частности представителей Совета старейшин и других лиц, во взаимодействии с комиссиями или Советами старей­шин других фамилий и сел, правоохранительными органами района, органами самоуправления. Требования Комиссии обязательны для однофамильцев...

II. Организация работы Комиссии

Ст. 6. Заседание Комиссии считается правомочным, если в нем участвуют две трети ее состава. Решение Комиссии принимается про­стым большинством голосов из числа присутствующих членов.

На заседаниях Комиссии ведется протокол... Протокол подписы­вается председательствующим и секретарем...

III. Вопросы, рассматриваемые Комиссией

Ст. 8. Комиссия в соответствии с постановлением № 1 собрания однофамильцев от 21.08.1994 и настоящим Положением по обсуж­даемому вопросу может принять одно из следующих решений:

а) обязать принести публично или в иной форме извинение;

б) вынести предупреждение;

в) изгнать из фамилии и села лично или составом семьи сроком от одного до пяти лет;

г) обязать пройти курс лечения от алкоголизма или наркомании...

IV. Подготовка и порядок рассмотрения дел Комиссией

Ст.

а) по письменному или устному обращению заинтересованного лица;

б) по собственной инициативе;

в) по представлению или материалам правоохранительных орга­нов или по предложению местных органов управления...

Ст. 13. Комиссия, как правило, рассматривает тот или иной во­прос в присутствии вызванных лиц. В случае неявки вызванного липа без уважительных причин Комиссия по своему усмотрению решает, отложить рассмотрение вопроса на другой день или нет...

Ст. 16. Решение Комиссии может быть изменено или отменено са­мой Комиссией или собранием однофамильцев при наличии на то убе­дительных оснований.

Изучение этих документов позволяет говорить о сложном пере­плетении в «возродившемся» абхазском адате черт местных обычаев, советской и постсоветской правовой практики. Фактически мы имеем дело не с продолжающейся с дореволюционных времен уголовной правовой практикой, а с «традицией», созданной людьми, получивши­ми советское юридическое образование, в соответствии с условиями крайней локализации права и разгула преступности в постсоветской Абхазии. Юридическая форма нового адата заимствована из поздней советской правовой традиции. Этим объясняется деление текста до­кументов на разделы и статьи, форма преамбулы Постановления, юридический язык документов и скрепление Постановления подпи­сями председателя и секретаря собрания. Абхазское адатное наследие XIX-XX вв. представлено в документе понятиями клана как субъекта права и коллективной чести клана, а также некоторыми характерны­ми видами наказания (такими, как изгнание из членов клана). Важно отметить, что оно интерпретировано уже в современных понятиях «абхазских традиционных принципов родства», в которых нельзя не видеть влияние советской этнографической школы. А в понятии «установившиеся положительные традиции» чувствуется влияние еще позднесоветской политики опоры на «полезные адаты», проводившей­ся в 60-80-е годы и на территории Абхазии.

Полевые материалы, собранные в Абхазии 90-х годов, говорят о появлении в местных судах-святилишах (аныха) практики очиститель­ной присяги и денежных компенсаций за причиненный ущерб, ране­ния и убийства (аналог дагестанского дията).

дореформенному кавказскому адату вообще. Штрафы переведены из натуральных в денежные. К изгнанию чаше всего приговаривается один из преступников (реже вместе с семьей), а не клан, как это было в Абхазии до русского завоевания.

Конечно, между постсоветской Абхазией и современным Дагеста­ном больше различий, чем сходства. Сильно отличались исходные условия развития соционормативной культуры. К этим отличиям в 90-е годы добавились периодически вспыхивающая грузино-абхаз­ская война и затяжная экономическая блокада Абхазии. Всего этого нет в Дагестане. Но в то же время обе республики имеют сходный опыт советских преобразований. Колхозное строительство, урбаниза­ция и культурная революция советской эпохи еще долго будут чувст­воваться и в Абхазии, и в Дагестане. Для данного исследования инте­ресно подчеркнуть общность «традиционалистской» идеологии в пост­советских властных структурах обеих республик. Это, конечно, еще одно наследие советской политики реформ и советской этнографи­ческой школы.

Местные и республиканские власти Дагестана не меньше своих абхазских коллег пытаются опереться на «полезные адаты», возродить досоветские традиции самоуправления, чтобы укрепить пошатнувшую­ся пирамиду власти «снизу». Как уже отмечалось выше, в 1995-1996 гг. в Дагестане были приняты законы «О сельской обшине (джамаат)», «О местном самоуправлении», «О третейских судах». В те же годы в Ма­хачкале начало работать общество «Маслиат», ставящее своей целью укрепление правопорядка и разрешение межэтнических и поземельных конфликтов при помощи традиционного посредничества (маслахат) по адату. В отличие от абхазских коллег дагестанские политики и юристы больше надежд возлагают на местные «исламские традиции». Опора на «традиционный ислам» закреплена в новой дагестанской Конститу­ции (Конституция Республики Дагестан: 1997; ср.: Дагестанская прав­да. 06.03.1997). В постсоветском законодательстве понятие «тради­ционный» закрепилось в значении «официально признанный, закон­ный». Ему противостоит чисто негативное понятие «нетрадиционный», в постсоветском законодательстве республики, да и во всей Россий­ской Федерации обычно применяющееся к зарубежным миссионер­ским организациям и местной мусульманской оппозиции светским и духовным властям (подробнее см.: Бобровников: 2000а, 154-164).

Несмотря на местную специфику, для изучения современного со­стояния обычного права на постсоветском Кавказе абхазская практи­ка суда в сельских родовых святилищах весьма показательна. В целом на примере постсоветской Абхазии можно говорить не о возрожде­нии традиционного адата, а об изобретении новой постсоветской адатной традиции (ср.: Hobsbaum: 1993, 1-14).