Возможность

Категория возможности является категорией, соотно­сительной с категорией действительности. Ей принадлежат все определения, выражающие в той или иной мере воз­можное, т. е. не существующее в действительности, но мо­гущее быть.

Возможность есть предпосылка перехода одной действи­тельности в другую или старой действительности в новую.

Как категория, соотносительная с категорией действи­тельности, возможность включает в себя (за исключением невозможных и чудесных “явлений”) все виды отсутствия действительности и наличия возможности: от самого слу­чайного через менее и более вероятное до самого необхо­димого. Отсюда “внутреннее” определение категории воз­можности таково:

возможность есть целокупность, объединяющая случай­ность, вероятность, необходимость, свободу.

Случайность и необходимость — противоположные стороны, или виды возможности.

Вероятность является промежуточной категорией, осуществляющей постепенный переход от случайности к необходимости. Меньшая вероятность ближе стоит к слу­чайности; большая вероятность — к необходимости.

Свобода — органическое единство, взаимоопосредство- вание случайности и необходимости.

Ниже см. диаграмму (структурную схему) категории “возможность” (рис. 17).

Рис. 17.Диаграмма (структурная схема) категории “ВОЗМОЖНОСТЬ”

Случайность есть специфическая, еди­ничная возможность, одна из многих возмож­ностей.

Необходимость есть всеобщая (точнее, одна, единственная) возможность, исключа­ющая все другие воз­

можности.

Далее, если слу­чайность определяет многообразие возмож­ностей, а необходимость — их единообразие, то свобода есть единство возможностей в их многообразии или много­образие возможностей в их единстве.

Случайность — может быть так, а может быть и со­всем по-другому вплоть до наоборот.

Необходимость — может быть так и только так (дол­жно быть так). Необходимость — это тождество, вопло­щенное в возможности, “существующее” как возможность.

Вероятность — может быть так, а может быть и не­сколько иначе в большей или меньшей степени.

Случайность — внешняя возможность; ей соответствует внешнее противоречие.

Необходимость — внутренняя возможность; ей соот­ветствует внутреннее противоречие.

Вероятность — промежуточная возможность; ей со­ответствует промежуточное противоречие.

Свобода — сложная возможность, единство внутрен­ней и внешней возможности; ей соответствует сложное про- тиворечие^[24].

В сфере действительности случайности соответствует явление, необходимости — закон, вероятности — статис­тическая закономерность, свободе — сущность.

О других соответствиях случайности и необходимости см. таблицу соответствий.

Если оценивать случайность и необходимость с точки зрения вероятности, то случайность можно интерпретиро­вать как вероятность, приближающуюся или близкую к нулю, а необходимость как вероятность, близкую или при­ближающуюся к единице.

Собственно вероятность как промежуточная возмож­ность между случайностью и необходимостью имеет место в интервале значений от близких к нулю до близких к еди­нице. Случайность “плавно” переходит в вероятность. На границе перехода случайность носит явно статистический характер; ее можно назвать статистической случайнос­тью (именно такая случайность является предметом мате­матической статистики, теории вероятностей). Необходи­мость также “плавно” переходит в вероятность. На границе перехода необходимость носит явно статистический харак­тер; ее можно назвать статистической необходимостью.

Про вероятность обычно говорят: малая (или меньшая) вероятность, большая (или большая) вероятность — отме­чая этим постепенный, плавный переход от одной противо­положной стороны возможности к другой.

виду, что слово “возможность” кроме основного, категори­ального значения (как категории, соотносительной с кате­горией действительности) имеет и другие, некатегориаль­ные значения. Так, возможность часто употребляют в уз­ком значении, как возможность наступления одного собы­тия или как большую или меньшую вероятность (в значе­нии вероятности). Отсюда нередко происходит путаница понятий. Философы порой разделяют и даже противопос­тавляют категории возможности и необходимости, что со­вершенно неправильно с точки зрения категориальной сущ­ности этих понятий. Ведь необходимость — это еще не сама действительность, а только возможность наступления дей­ствительного события, пусть даже если эта возможность носит категорический, императивный характер (об этом мы уже говорили выше). От необходимости до реального осу­ществления может быть дистанция огромного размера. Для этого нужен переход от одной категориальной “формы” — возможности — к другой — действительности.

Необходимость — это все то, что необходимо, но пока еще существует не в действительности, а в возможности. Поэтому необходимость — сторона, вид возможности. По­вторяем еще раз: возможность, как категория, соотноси­тельная с категорией действительности, включает в себя все виды отсутствия действительности и наличия возмож­ности — от самого случайного, т. е. почти невозможного, через менее и более вероятное до самого необходимого вплоть до неизбежного.

Случайность и необходимость можно рассматривать в известном смысле как неопределенность и определенность.

Случайность есть некоторая неопределенность наступ­ления того или иного событии, есть некоторое неопреде­ленное поле возможностей.

Необходимость, напротив, есть определенность или, точнее, предопределенность наступления того или иного события.

Извечные хочу, могу и надо отражают в житейско- просторечной форме реальные категориальные определе­

ния: случайность, свободу и необходимость. В нашем “хочу” всегда есть элемент произвола или, как говорил Гегель, “случайности воли, хотения”.

Кроме упомянутых выше “внутренних” категориаль­ных определений возможность имеет еще “внешние” кате­гориальные определения, расположенные как бы рядом с ней, родственные ей. Это — невозможность и неизбеж­ность . Невозможность — тень возможности; она существует лишь как мысль, как понятие. Она находится с той стороны возможности, которая “заканчивается” случайностью. Ее вероятность равна нулю. Неизбежность находится с той сто­роны возможности, которая “заканчивается” необходимос­тью. Ее вероятность равна единице.

Невозможности как антиподу возможности соответству­ет понятие недействительности, являющееся антиподом действительности.

Невозможность и недействительность существуют лишь идеально, в сознании человека, в виде понятий, ко­торым реально ничего не соответствует или скрывается (в случае недействительности) нечто другое. Тем не менее эти понятия имеют ту ценность, что они обозначают и объяс­няют целый ряд внутренних явлений сознания.

Мысли о невозможности или недействительности чего- либо имеют важное регулятивное значение. Они ограничи­вают произвол нашей фантазии, ставят предел достоверно­сти чувственных восприятий и образов. Таковы, например, мысль о невозможности вечного двигателя или мысль о недействительности бога, ведьм, чертей. Если бы все пло­ды нашего воображения мы принимали как существующие

или могущие быть в действительности, то это затруднило бы нашу деятельность и даже просто сделало бы ее невоз­можной. Неразвитому уму очень многое кажется возмож­ным. Он готов поверить и в “летающие тарелки”, и в теле­кинез, и во многое другое. Своеволие мысли можно как раз сдержать путем неустанного изучения границ возможного и невозможного.

С другой стороны, неразвитому уму многое кажется невозможным. Он порой признает только то, что есть и что он сам пощупал и потрогал.

Правильно понимать соотношение возможного и невоз­можного — залог прогресса мысли и успехов в деятельнос­ти. Тот, кто считает слишком многое невозможным, обре­кает себя на консерватизм, косность мысли, застой. А тот, кто считает слишком многое возможным, склонен к безу­держному фантазированию, пустым мечтаниям и непроду­манным импульсивным действиям.

В неорганической природе возможность выступает в виде неопосредствованных противоположностей случайно­сти и необходимости, а также промежуточного звена — вероятности. В живой природе и человеческом обществе к этим видам возможности прибавляется свобода. Как взаи- моопосредствование случайности и необходимости свобода появляется только на стадии живой природы, когда жи­вые существа не просто взаимодействуют с окружающей средой, а осуществляют деятельность.

11.4.