<<
>>

МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ ДЛЯ ПРЕДСТАВИТЕЛЯ АДВОКАТСКОЙ ПАЛАТЫ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ ОБЫСКА, ОСМОТРА И ВЫЕМКИ В ОТНОШЕНИИ АДВОКАТА

УТВЕРЖДЕНЫ СОВЕТОМ ФЕДЕРАЛЬНОЙ ПАЛАТЫ АДВОКАТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 16 мая 2017 г. (протокол № 2)

Часть 1 ст. 450.1 УПК РФ предусматривает обязательное присутствие «обеспечивающего неприкосновенность предме­тов и сведений, составляющих адвокатскую тайну, члена со­вета адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, на территории которого производятся указанные следственные действия, или иного представителя, уполномоченного пре­зидентом этой адвокатской палаты» при производстве обы­ска, осмотра и выемки в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности).

Правовая природа статуса независимого наблюдателя от адвокатского сообщества при производстве поисковых след­ственных действий в отношении адвоката основывается на позициях Европейского суда по правам человека. В самом общем виде ЕСПЧ требует, чтобы при производстве обыска существовал «эффективный и всесторонний контроль за со­блюдением рамок производимых обысков» (Постановление ЕСПЧ от 9 декабря 2004 года по делу «Ван Россем против

Бельгии» (Van Rossem v. Belgium), жалоба № 41872/98). При­менительно к обыску в адвокатских помещениях ЕСПЧ ука­зывал, что он «должен быть предметом особенно тщательно­го контроля» (Постановление ЕСПЧ от 13 ноября 2003 года по делу «Элджи и другие против Турции» (Elci and Others v. Turkey), жалоба № 23145/93 и № 25091/94). При этом обя­зательным способом проведения обыска в адвокатской кон­торе должно быть «присутствие независимого наблюдателя, обеспечивающего неприкосновенность предметов, относящихся к профессиональной тайне» (Постановление ЕСПЧ от 9 апре­ля 2009 года по делу «Колесниченко против Российской Федерации» (Kolesnichenko v. Russia), жалоба № 19856/04). В этом же постановлении ЕСПЧ указал, что во время обы­ска у адвоката должны иметь место «гарантии против вме­шательства в профессиональные секреты, например, такие как запрет изъятия документов, защищенных адвокатской тайной, или надзор за обыском со стороны независимого наблюдателя, способного определить, независимо от следственной бригады, какие документы охватываются юридической профессиональ­ной привилегией.Кроме того, что касается электрон­ных данных, содержавшихся в компьютерах заявителя, изъ­ятых следователем во время обыска, по-видимому, не при­менялась процедура отсеивания» (см.

также: Постановление ЕСПЧ от 27 сентября 2005 года по делу «Саллинен и другие против Финляндии» (Sallinen and Others v. Finland), жалоба № 50882/99 и Решение Европейского суда по делу «Тамоси- ес против Соединенного Королевства» (Tamosius v. United Kingdom), жалоба № 62002/00; Постановление ЕСПЧ от 22 мая 2008 года по делу «Илия Стефанов против Болгарии» (Iliya Stefanov v. Bulgaria)).

Конституционный Суд Российской Федерации в Поста­новлении от 17 декабря 2015 года № 33-П «По делу о провер­ке конституционности пункта 7 части второй статьи 29, части четвертой статьи 165 и части первой статьи 182 Уголовно-про­цессуального кодекса Российской Федерации в связи с жало­бой граждан А. В. Баляна, М. С. Дзюбы и других» отметил, что «исследованию органами, осуществляющими уголовное преследование, и принудительному изъятию в ходе обыска не подлежат такие материалы адвокатского производства в отно- 696

шении доверителя адвоката, которые содержат сведения, не выходящие за рамки оказания собственно профессиональной юридической помощи как по уголовному делу, в котором ад­вокат является защитником, так и по каким-либо другим де­лам, находящимся в производстве адвоката, т. е. материалы, не связанные непосредственно с нарушениями со стороны как адвоката, так и его доверителя, совершенными в ходе произ­водства по данному делу, которые имеют уголовно-противо­правный характер, либо с другими преступлениями, совер­шенными третьими лицами, либо состоят в хранении орудий преступления или предметов, которые запрещены к обраще­нию или оборот которых ограничен на основании закона».

Изложенные выше правовые позиции позволяют опреде­лить правовой статус представителя адвокатской палаты при производстве следственных действий (обыска, выемки, осмо­тра) в отношении адвоката и конкретизировать его полномо­чия. Представитель адвокатской палаты в ходе производства следственных действий (обыска, выемки, осмотра) в отноше­нии адвоката вправе:

(1) знакомиться с постановлением суда о проведении в жилых и служебных помещениях, используемых адвокатом для осуществления адвокатской деятельности, обыска, осмо­тра и выемки, а также снимать с него копии своими техни­ческими средствами или выписывать необходимые сведения.

Непредоставление этого полномочия лишает возможность представителя адвокатской палаты определить конкретный объект обыска (выемки, осмотра) и данные, служащие ос­нованием для его проведения, с тем, чтобы обыск не при­водил к получению информации о тех доверителях, которые не имеют непосредственного отношения к уголовному делу. Без ознакомления с соответствующим постановлением суда представитель адвокатской палаты не сможет реализовать основную функцию участия в следственном действии — обе­спечить неприкосновенность сведений, относящихся к про­фессиональной тайне и не указанных в резолютивной части постановления суда в качестве искомых предметов, доку­ментов;

(2) приносить свои возражения на действия следовате­ля как в ходе производства следственных действий (обыска,

выемки, осмотра), так и по его окончании в протоколе след­ственных действий. УПК РФ допускает применение норм по аналогии закона. Часть 3 ст. 243 УПК РФ позволяет лю­бому участнику судебного разбирательства приносить свои возражения против действий председательствующего. Нет никаких оснований для лишения права участников след­ственного действия, в том числе представителя адвокатской палаты, возражать против действий следователя на стадии предварительного расследования. Особенно в ситуации, когда добросовестно действующий адвокат добровольно выдал прямо указанные и конкретизированные в решении суда объекты, содержание которых не составляет адвокат­скую тайну, что исключает необходимость их поиска, в том числе в материалах адвокатского производства, а у следо­вателя — объективно отпали основания поиска указанных в судебном решении объектов. Однако, несмотря на это, следователь принял решение о продолжении производства обыска (выемки);

(3) общаться с адвокатом, в жилом или служебном поме­щении которого производится обыск, выемка, осмотр в целях определения защищаемых адвокатской тайной предметов и до­кументов и недопущения их разглашения. Право следователя запретить лицам, присутствующим в месте, где производит­ся обыск, общаться друг с другом или иными лицами до окончания обыска (ч.

8 ст. 182 УПК РФ) не может распро­страняться на представителя адвокатской палаты и адвоката, поскольку ограничит процессуальные возможности реализо­вать функцию участия в следственном действии — обеспе­чить неприкосновенность сведений, составляющих адвокат­скую тайну;

(4) знакомиться с предметами, документами и сведения­ми, которые могут содержать адвокатскую тайну, до того как следователь ознакомится с ними, с целью отсеивания явно не относимых к предмету обыска (выемки, осмотру) и обеспече­ния конфиденциальности сведений, составляющих адвокатскую тайну, а также высказывать позицию по вопросу о возможно­сти или невозможности их изъятия. Это же касается и изъ­ятия сведений, находящихся на электронных носителях. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в По- 698

становлении от 17 декабря 2015 года, «конкретизация судом предмета обыска (отыскиваемого объекта) предопределяет недопустимость изъятия следователем адвокатских произ­водств в целом, применения видео-, фото— и иной фикса­ции данных просматриваемых материалов адвокатских про­изводств, а также недопустимость изучения (а тем более, оглашения) содержимого документов, имеющих реквизиты создания адвокатом и (или) адвокатским образованием и не включенных судом, санкционировавшим обыск, в число объектов данного следственного действия». Поскольку КС РФ прямо указал на недопустимость изучения следователем содержимого документа, не являющегося предметом обыска (выемки, осмотра), а функция представителя адвокатской палаты заключается в обеспечении неприкосновенности предметов и документов, составляющих адвокатскую тайну, которую невозможно реализовать без изучения документа, то представитель адвокатской палаты должен обладать пра­вом приоритетного ознакомления с документом для опре­деления — является он предметом обыска (выемки, осмотра) или нет. В свою очередь, представитель адвокатской пала­ты обязан определить относимость изученного документа к предмету обыска (выемки, осмотра) и сообщить о своем решении следователю;

(5) знакомиться с протоколом следственного действия и приносить на него свои замечания.

Поскольку представи­тель адвокатской палаты обязан присутствовать при произ­водстве следственных действий в отношении адвоката, то он как участник следственного действия, должен быть внесен в протокол и, соответственно, должен обладать правом на оз­накомление с протоколом следственных действий, приносить на него свои замечания как в части несоответствия сведений реально произошедшим событиям, так и в части фиксации действий следователя, которые нарушили адвокатскую тайну, являлись незаконными и т. п.;

(6) обжаловать действия (бездействие) и решения следовате­ля, которые ограничили или сделали невозможным реализацию представителем адвокатской палаты своих функций по обеспече­нию неприкосновенности предметов и документов, составляющих адвокатскую тайну, а также в случаях, когда в нарушение за­

конодательного запрета (ч. 2 ст. 450.1 УПК РФ) следователь допустил видео-, фото- и иную фиксацию материалов адво­катских производств в той их части, которая составляет адво­катскую тайну.

<< | >>
Источник: Адвокатская деятельность и адвокатура: Сборник норматив­ных актов и документов: в 2 т. Т. II / Под общ. ред. Ю. С. Пи­липенко. — М.: Федеральная палата адвокатов РФ,2017. — 736 с.. 2017

Еще по теме МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ ДЛЯ ПРЕДСТАВИТЕЛЯ АДВОКАТСКОЙ ПАЛАТЫ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ ОБЫСКА, ОСМОТРА И ВЫЕМКИ В ОТНОШЕНИИ АДВОКАТА:

  1. МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ВЕДЕНИЮ АДВОКАТСКОГО ПРОИЗВОДСТВА
  2. РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ОБЕСПЕЧЕНИЮ АДВОКАТСКОЙ ТАЙНЫ И ГАРАНТИЙ НЕЗАВИСИМОСТИ АДВОКАТА ПРИ ОСУЩЕСТВЛЕНИИ АДВОКАТАМИ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  3. МЕТОДИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ ПО РЕАЛИЗАЦИИ ПРАВ АДВОКАТА, ПРЕДУСМОТРЕННЫХ ПУНКТОМ 2 ЧАСТИ 1 СТАТЬИ 53, ЧАСТЬЮ 3 СТАТЬИ 86 УПК РФ И ПУНКТОМ 3 СТАТЬИ 6 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА «ОБ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ И АДВОКАТУРЕ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»
  4. ПОРЯДОК ИЗМЕНЕНИЯ АДВОКАТОМ ЧЛЕНСТВА В АДВОКАТСКОЙ ПАЛАТЕ ОДНОГО СУБЪЕКТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ НА ЧЛЕНСТВО В АДВОКАТСКОЙ ПАЛАТЕ ДРУГОГО СУБЪЕКТА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И УРЕГУЛИРОВАНИЯ НЕКОТОРЫХ ВОПРОСОВ РЕАЛИЗАЦИИ АДВОКАТОМ ПРАВА НА ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НА ТЕРРИТОРИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИ
  5. РЕКОМЕНДАЦИИ ПО ОСУЩЕСТВЛЕНИЮ АДВОКАТАМИ И АДВОКАТСКИМИ ОБРАЗОВАНИЯМИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ МЕЖДУНАРОДНОЙ АДВОКАТСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В СТРАНАХ - ЧЛЕНАХ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА
  6. 12.2.2. Правовое регулирование информационных отношений при производстве и распространении программ для ЭВМ и баз данных
  7. ПОЛОЖЕНИЕ О ПРЕДСТАВИТЕЛЕ СОВЕТА ФЕДЕРАЛЬНОЙ ПАЛАТЫ АДВОКАТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В ФЕДЕРАЛЬНОМ ОКРУГЕ УТВЕРЖДЕНО СОВЕТОМ ФЕДЕРАЛЬНОЙ ПАЛАТЫ АДВОКАТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  8. НАЛОГООБЛОЖЕНИЕ ДОХОДОВ АДВОКАТОВ, ПОЛУЧЕННЫХ ЗА РАБОТУ В АДВОКАТСКОЙ ПАЛАТЕ
  9. ПОЛОЖЕНИЕ О НАУЧНО-КОНСУЛЬТАТИВНОМ СОВЕТЕ ПРИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ ПАЛАТЕ АДВОКАТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  10. ПРАВИЛА ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЙ КВАЛИФИКАЦИОННЫМИ КОМИССИЯМИ И СОВЕТАМИ РЕГИОНАЛЬНЫХ АДВОКАТСКИХ ПАЛАТ В СЛУЧАЕ РАВЕНСТВА ГОЛОСОВ ПРИ ГОЛОСОВАНИИ
  11. Адвокатская деятельность и адвокатура: Сборник норматив­ных актов и документов: в 2 т. Т. II / Под общ. ред. Ю. С. Пи­липенко. — М.: Федеральная палата адвокатов РФ,2017. — 736 с., 2017
  12. 12.2.3. Правовое регулирование информационных отношений при производстве и распространении топологий интегральных микросхем
  13. 3. Методические рекомендации по расчетам внешнеторговых цен
  14. 12.2.1. Правовое регулирование информационных отношений при производстве и распространении произведений науки, литературы и искусства
  15. 13.9. Опыт регулирования информационных отношений, возникающих при производстве и распространении массовой информации за рубежом
  16. Адвокатская деятельность и адвокатура: Сборник норматив­ных актов и документов: в 2 т. Т. I / Под общ. ред. Ю. С. Пи­липенко. — М.: Федеральная палата адвокатов РФ, 2017. — 528 с.,
  17. ПОРЯДОК РАССМОТРЕНИЯ И РАЗРЕШЕНИЯ ОБРАЩЕНИЙ В АДВОКАТСКИХ ОБРАЗОВАНИЯХ И АДВОКАТСКИХ ПАЛАТАХ СУБЪЕКТОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  18. 13.2. Особенности регулирования информационных отношений, возникающих при производстве, распространении и потреблении массовой информации в Российской Федерации
  19. Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации на нарушение конституционных прав и свобод пунктом 2 статьи 35 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»
  20. РЕКОМЕНДАЦИИ АДВОКАТАМ ПО ВЗАИМОДЕЙСТВИЮ СО СРЕДСТВАМИ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ