ВВЕДЕНИЕ

О путешествиях в неведомые земли на заре истории мы узнаем, естественно, лишь тогда и только там, где важные события сохрани­лись для последующих поколений в изображениях или письменах, будь то в виде высеченных на камне надписей и других свиде­тельств или записей, сделанных поэтами и учеными, владевшими искусством письма.

Даже на самых низших ступенях культуры существовала известная, весьма ограниченная потребность в обмене, а следо­вательно, и в торговле, преимущественно для получения необ­ходимых минералов: камня, хорошо поддающегося обработке и пригодного для изготовления орудий труда и оружия (особенно кремния, ограниченная «торговля» которым велась еще за 12 тыс: лет до н. э.). Торговали также солью, раковинами и всевозмож­ными украшениями. Около 4 тыс. раковин моллюска Columbella rustica,встречающегося только в Средиземном море, было обна­ружено в качестве украшений погребенных женщин в захоро­нениях среднекаменпого века, относящихся к 7000—3000 гг. до н. э., в Офнетских пещерах вблизи города Нёрдлингена¹.

Раковины каури^[1][2] из Индийского океана были найдены в за­хоронениях, отнесенных ко времени после 1000 г. до н. э., на юж­ном побережье Балтийского моря и т. д.

Позднее потребность в металлах, преимущественно в меди, бронзе, олове, железе, золоте и серебре, вызвала торговый обмен, порой поражающий дальностью охватываемого им расстояния. Орудия труда, оружие, украшения, гончарные изделия, сосуды, различные предметы обихода оживляли эти связи. Даже самые отсталые племена не могли устоять против соблазна иметь эти удивительные и оказавшиеся такими полезными товары. Тем

самым они инстинктивно, по мере своих возможностей, способ­ствовали развитию торговли.

Но торговля предполагает наличие хотя бы временного мирно­го контакта с соседними странами и, следовательно, вынуждает к изучению чужих земель и людей.

Чудесная молодая наука археология, о которой до конца XIX в. история культуры, признававшая лишь литературные источники, ничего не знала, поразительно расширила наши зна­ния о прошлом. Она позволила нам заглянуть в эпохи, считав­шиеся навсегда погруженными во мрак забвения, эпохи, о кото­рых ничего не рассказывает ни одна народная легенда.

Теперь мы знаем, что люди замечательной галльштатской культуры¹, обитавшие в 1000—500 гг. до н. э. в современном Зальц­каммергуте, пользовались благодаря богатым месторождениям соли значительным благосостоянием, которое в течение столетий не нарушалось войнами. Это позволяло им путем обмена полу­чать как янтарь с севера, так и слоновую кость с юга. Эти мате­риалы сочетались в прекрасных украшениях или рукоятках мечей.

В настоящее время уже установлен ряд интересных фактов. Так, у жителей свайных построек той же эпохи творения трудо­любивых этрусских мастеров встречались с великолепными бронзо­выми изделиями скандинавского происхождения. Вскоре после 2000 г. до н. э. янтарь с южных берегов Балтийского моря и камень из Финляндии проникли в область распространения фатьяновской культуры (вблизи станции Уткино, на нынешней линии железной дороги Вологда— Ярославль)^[3][4]. В бронзовом веке около 1000 г. до н. э. на востоке современной территории СССР торговые связи простирались от центра, расположенного у впаде­ния Камы в Волгу, на запад—до озера Меларен, на восток—до рай­она Томска и на юг—до богатого металлическими рудами Кавказа.

На Кубани развилась другая чрезвычайно высокая культура, подобная галлыптатской¹.

Все эти и многие другие открытия последних десятилетий показывают, каких поразительных размеров достигали перевозки на дальние расстояния у доисторических народов.

Ни одна песня, ни один героический эпос ничего не рассказы­вают нам об этом.

На протяжении тысячелетий никто не ощущал потребности описать для грядущих поколений успехи торговли с дальними странами как достопамятные дела. Менее всего к этому стремились сами купцы, которые на несколько более высоких ступенях разви­тия культуры в погоне за наживой довольно рано разъезжали по чужим странам. Впрочем, и на протяжении значительной части исторического периода они почти всегда оставались людьми необразованными, нисколько не интересовавшимися наукой, людь­ми, «которые не в состоянии дать описание местностей»^[5][6].

Даже самые примитивные народы, видимо, понимали благо- датность мирной торговли, и поэтому с древнейших времен чужеземный купец всегда считался лицом священным и непри­косновенным. Он находился под благосклонной защитой богов, как и особенно важные торговые пути, подобные используемой с 2500 г. до н. э. «янтарной дороге», идущей от нижней Эльбы через Бреннерский перевал к Адриатике. Этот путь почитался всеми живущими поблизости племенами как «Священная дорога»^[7].

Следовательно, уже на заре развития человеческой культуры как на суше, так и на море совершались географические откры­тия, которые и в исторической перспективе остаются великими деяниями.

Египтяне уже в дни I династии, то есть примерно в V тысяче­летии до п. э. (по расчетам Борхардта), плавали на своих судах от устья Нила в богатый кедром Ливан за корабельным лесом. Немного позднее начались плавания египтян по Красному морю в южную страну благовоний—Пунт (см. гл. 1). Сухопутные экспе­диции на Синайский полуостров для разработки месторождений

меди совершались в IV тысячелетии до и. э. как египтянами, так и вавилонянами.

В начале того же тысячелетия особая горная порода—липа­рит—попала с Липарских островов, единственного места, где она распространена, через море в Египет и там нашла себе примене­ние.

В начале Ш тысячелетия на Крите начался блестящий рас­цвет «минойской» культуры. Оттуда задолго до 2000 г. до н. э. велась торговля с Египтом, Троей и Испанией, а около 1700 г. до н. э. торговые связи простирались уже до Южной Англии¹.

Как устанавливались все эти торговые связи? Какие путеше­ствия для открытия новых земель приходилось для этого пред­принимать? Сколько разнообразных испытаний и приключений, какое тщательное обдумывание и подготовка, какое дерзание и стремление в неведомые дали должны были предшествовать таким деяниям!

Около 2000 г. до н. э. довольно тесные культурные связи уста­новились между Пиренейским полуостровом и Ирландией. Бри­танское олово попадает на Пиренейский полуостров и стано­вится там основой для выплавки бронзы, искусство изго­товления которой превращается в достояние всего Средиземно­морья. Лишь немногим позднее ирландское золото стали приво­зить по морю в Скандинавию и Германию.

Какое бесчисленное множество попыток установить транспорт­ные связи нужно было предпринять, чтобы открыть путь такой внушительной торговле! Сколько для этого потребовалось могучей воли к развитию торговли, упорных поисков малых и больших барышей при товарообмене, разведывательных путешествий, от­важной жажды приключений, дерзкой предприимчивости. И все это задолго до Троянской войны, которая когда-то в гуманитар­ных науках считалась началом мировой истории^[8][9]. От некогда «придуманного варварства доклассической эпохи» (Бругш) наша современная наука почти ничего не оставила.

Только около 1500 г. до н. э. появляются первые туманные сообщения, повествующие о преднамеренных и невольных путе­шествиях в неведомые страны. Спустя 500 лет возникают легенды о приключениях Геракла, Одиссея и аргонавтов, предпринимавших свои странствия отчасти для грабежа и торговли, отчасти понево­ле, но отнюдь не из стремления к географическим исследованиям.

Расцвеченные всякого рода чудесами и сказками, преображен­ные зачастую до неузнаваемости, предстают перед нами первые литературные сообщения, содержащие некоторые крупицы сведе­ний по истории торговли¹.

Как только становилось известно, из каких примерно стран поступают особо ценившиеся и самые дорогие товары, так для купцов, естественно, возникал великий соблазн по возможно­сти самим посетить эти края, чтобы избежать удорожающего посредничества. Они решались на большой риск, предпринимая торговое путешествие, которое в случае удачи обеспечило бы им благосостояние до конца жизни. Весьма показательно, что из первых пяти рассматриваемых ниже разведывательных и торго­вых путешествий три были предприняты, чтобы раздобыть золото, благовония, мирру и другие ценные тропические товары.

Исследования, которым посвящена эта книга, убеждают нас в том, что самые замечательные открытия, как правило, соверша­лись благодаря особенно цепным товарам, доставлявшимся в Средиземноморье со всех направлений розы ветров, и часто от границ Ойкумены^[10][11]. Золото поступало преимущественно с юга и северо-востока, янтарь—с севера, олово—с северо-запада, брон­за и серебро —с запада, благовония п слоновая кость —с юга, пряно­сти и драгоценные камни—с юго-востока и шелк (несколько позд­нее)—с востока.

Исследования доисторических захоронений и находок позво­ляют нам правильно понять исторические связи (см. гл. 10 и 19), но, естественно, многие загадки остаются неразрешенными. При каких обстоятельствах, скажем, произошли самые ранние открытия северного побережья Черного моря, обоих Сиртов, Гибралтарского пролива, Северной Адриатики, Альп, Рейна и многих других областей земного шара, остается совершенно не­известным.

В дальнейшем нами рассматриваются лишь достоверные, хотя отчасти расцвеченные вымыслом путешествия, которые либо пре­следовали чисто исследовательские цели, либо сочетались с тор­говыми предприятиями, посольствами и военными походами, либо были совершены сбившимися с пути мореплавателями, сделав­шими случайные открытия. Все они способствовали обогащению географических знаний своей эпохи.