ГЛАВА 77 ПУТЕШЕСТВИЕ СЮАНЬ ЦЗАНА ПО ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ И ИНДИИ (629—645 гг.)

(Том II, стр. 64—71.)...Железными Воротами называют узкое ущелье между двумя параллельными горными цепями, которые справа и слева поднимаются до необычайной высоты. Между ними над пропастями проходит тропа.

Недавно соседний царь сверг с престола властителя этого царства, передал его столицу монашеской общине и построил там два монастыря, в каждом из которых насчитывается почти до 1000 монахов. Эти монахи следуют школе Чуицзиу [Сарвасти- вады], примыкающей к «Малой колеснице».

• Возле этой столицы, совсем рядом с Гангом, возвышается гора Иланьня [Хиранья], из которой поднимаются вверх, затемняя солнце и луну, облака испарений и тумана. С незапамятных вре­мен на эту гору приходили один за другим святые отшельники и мудрецы, чтобы найти здесь успокоение своей душе. Теперь там стоит храм, где следуют правилам, которым научились у них. Когда-то на этой горе жил также Юлай [Татхагата] и разъяснял там в честь богов Великий закон.

¹ Прежде 1 ли равнялось 577 м.

² Памятник в честь какого-нибудь буддийского святого.

На этом месте Юлай в течение трех месяцев разъяснял закон в честь богов.

К югу от Ганга на западной границе царства можно подойти к небольшой горе с двумя вершинами, достигающими необычай­ной высоты. Здесь некогда в течение трех месяцев жил отшельни­ком Будда и обуздал демона Бокуло [Вакула]. На юго-западном склоне горы в глубине пещеры на широком камне видны следы, которые оставил сидевший там Будда; глубина следов около 1 дюйма, длина — 5 футов 2 дюйма и ширина 2фута 1 дюйм. Над этими следами воздвигли ступу. Дальше к югу на камне видны следы кувшина, который там ставил Будда...

К западу от этого места есть 6 или 7 горячих источников с не­обычайно теплой водой.

На юге царство ограничено высокими горами. В растущих на этих горах лесах водится множество диких слонов необычайно больших размеров.

Покинув это царство, Сюань Цзан остановился по пути на южном берегу Ганга и, пройдя приблизительно 300 ли, достиг царства Ченьпо [Чампа]...

(Том II, стр. 169—172.) Покинув это царство [Махьяварапура], Сюань Цзан снова пришел в царство Цючжоло [Гуджара] и на­правился на север. Пройдя 1900 ли по безлюдным равнинам и страш­ным пустыням, он переправился через широкую реку Синьту [Инд] и прибыл в одноименное царство.

Это царство достигает приблизительно 7000 ли в окружности; столица, по имени Бичаньбопуло [Витшавапура?], достигает более 30 ли в окружности. Земля здесь хорошо подходит для выра­щивания хлебных злаков, родит в изобилии просо и пшеницу, и здесь добывают также золото, серебро и медь. В стране зани­маются разведением крупного рогатого скота, баранов, верблю­дов, мулов и т. д. Верблюды низкорослые и только одногорбые. Добывают там в большом количестве красную, как киноварь, соль, а также белую, черную каменную соль и т. д. Народы, живущие дальше, и чужеземцы употребляют эту соль как лекар­ство. Жители от природы суровы и жестоки, но в душе просты и справедливы.

7- 748

В стране насчитывается около 30 языческих храмов. В них живут, смешавшись между собой, приверженцы сект различных вероиспо­веданий. Царь страны принадлежит к касте Сюдоло [шудра]; он справедлив по натуре и чтит закон Будды... Великий алохань [архат] Упоцюто [Упагупта] часто посещал это царство и разъ­яснял закон, просвещая и наставляя людей па путь истинный. В тех местах, где он побывал, всюду строили монастыри и воз­двигали ступы, чтобы так отметить оставленные им следы.

На берегу реки Синту, на изобилующих прудами и болотами землях протяжением в 10ОО ли, поселилось огромное количество семейств. Эти люди дики по природе и, кроме убийств и резни, не знают никаких других занятий. Они живут разведением круп­ного рогатого скота и не признают никаких хозяев. Мужчины бреют бороды, а женщины волосы на голове, и все независимо от общественного положения носят монашеское одеяние... Покинув эту страну, Сюань Цзан прошел около 900 ли в восточном направлении, переправился через восточный рукав Инда и прибыл в царство Мулосаньпулу [Мултан]...

После того как Сюань Цзан покинул это царство [Яркенд], он перешел на востоке высокие горные перевалы и пересек долины. Пройдя около 600 ли, Сюань Цзан пришел в царство Чжусатана [Хотан].

Царство Чжусатана достигает около 4000 ли в окружности. Больше половины страны — лишь безводная пустыня, и пахот­ной земли здесь совсем мало.

Некогда страна была пустынна и необитаема. Там поселился бог Би Ша-мынь. Когда старшому сыну царя Вую [Ашока] выр­вали глаза в царство Тачашило [Таксила], разгневанный царь- отец послал туда своего министра с приказом переселить людей из знатных семейств на север в пустынную долину, что лежит ко ту сторону покрытых снегом гор. Изгнанные таким образом люди дошли до западных границ этой страны, назначили одного из своих родовых вождей верховным правителем и присвоили ему титул царя. В то время в восточной части той же страны жил в изгнании сын императора Восточной страны [Китай]. Подвласт­ные ему жители возвели его во время состязаний в самый высокий ранг, и оп также присвоил себе титул царя...

В 50—60 ли южнее столицы стоит построенный супругой пер­вого царя страны монастырь, называемый Люшисянцзялань.

Услышав эти слова, принцесса тайно раздобыла семена туто­вого дерева, а также грены шелкопряда и спрятала их в ватной подбивке своей шляпы. Когда она прибыла на границу, началь­ник стражи обыскал все, кроме головного убора принцессы, кото­рый он не осмелился осматривать. Вскоре затем принцесса при­была в царство Хотан и остановилась в той части страны, где стоит монастырь Люшисянцзялань. Принцессу встретила боль­шая свита и проводила ее в царский дворец. На том месте прин­цесса оставила грены шелкопряда и семена тутового дерева. С наступлением весны были посеяны семена тутового дерева, а когда пришло время вывестись шелковичным червям, для их кормле­ния собрали листья... Тогда царица приказала высечь на камне закон, который гласил: «Воспрещается убивать шелковичных чер­вей. Когда все бабочки шелкопряда разлетятся, тогда пусть при­ступают к обработке коконов. Кто нарушит этот закон, тот лишится помощи богов». В то же время царица распорядилась

построить монастырь в честь богов. В этом царстве можно еще видеть несколько высохших пней тутовых деревьев, появившихся будто бы из тех первых ростков¹.

Вот почему царство это располагает ныне шелкопрядами, и никто не отважится умертвить ни одного из них. Кто украдет у другого шелк, тому воспрещается разводить шелкопрядов...

К западу от долины Бимо [Бхима] Сюань Цзан пришел в пустыню и, пройдя 200 ли, достиг города Ниян. Город этот дости­гает 3—4 ли в окружности и лежит посреди большого болота. В этой заболоченной местности так жарко и сыро, что продви­гаться по ней приходится с большим трудом. Она покрыта густы­ми зарослями тростника и диких растений, и нет там ни дорог, ни троп. Пользоваться можно только той дорогой, которая ведет в город. Поэтому путники никак не могут миновать города. Царь Хотана оставил там пограничные знаки своего восточного рубежа.

Покинув эту страну, Сюань Цзан направился на восток и при­шел в большую пустыню с зыбучими песками. Пески расстилаются на необозримое пространство; по прихоти ветра они то нагромож­даются в одном месте, то вновь разметаются. Путники не находят там никаких следов человека, и многие из них сбиваются с доро­ги. Со всех сторон до самого горизонта простирается эта пустыня, и никто не знает, в каком направлении нужно идти. Поэтому странники отмечают дорогу, собирая в кучи кости животных. Там нет нигде ни воды, ни растительности и часто дуют жгучие ветры. Когда поднимаются эти ветры, люди и животные падают в изне­можении и заболевают. Временами слышатся то пение и свист, то болезненные стоны, но если прислушиваться к этим звукам, то сознание помутится и потеряешь способность передвигаться. Вот почему там часто гибнут путники. Эти миражи — наваждение демонов^[171][172].

Мы повидали горы и реки, исследовали страны, описали мяг­кие или суровые нравы их жителей, упомянули также о свойст­вах климата и почвы. Обычаи людей не везде одинаковы, их вкусы и склонности не всегда совпадают. Некоторым фактам трудно найти объяснение, а пользуясь одними воспоминаниями о них нельзя подробно рассказать. Он [Сюань Цзан] составил общее

описание всех стран, где ему довелось побывать, собрал о них сведения понаслышке и от очевидцев и точно перечислил народы, которые хотели покориться [китайскому императору!].

В тех странах, где Сюань Цзан подавал пример своим благо­родным поведением, все восхищались его многочисленными добро­детелями. Можно ли сравнивать его с тем, кто отправлялся в путешествие с одной-единственной повозкой или кто проехал расстояние в 1000 ли с почтой?¹

Среди многочисленных пилигримов-буддистов из Китая, совершавших паломничества в святую страну своей религии — Индию (см. гл. 69), первое место занимает, пожалуй, живший в VII в. Сюань Цзан. И пе только потому, что, интересуясь географией, он совершил путешествие значительно боль­шего размаха, чем все его предшественники и последователи, но прежде всего благодаря оставленному им труду. Это произведение можно смело причислить к величайшим шедеврам географической литературы раннего средневековья. Правда, с нашей точки зрения, в труде Сюань Цзана слишком много места отводится буддизму, и отдельные узкоспециальные вопросы нередко с утомительными подробностями повторяются в каждой главе. Кроме того, все изложение щедро пересыпано незначительными анекдотами, фантастическими историями и легендами, сообразно вкусам того времени. И все же в целом труд Сюань Цзана достоен глубокого уважения как выдаю­щееся достижение. Местами он поражает нас своей вполне современной стро­гой объективностью и обстоятельностью изложения. Из цитат, приведенных в начале главы, можно убедиться, что каждая из 138 глав труда Сюань Цзана посвящается характеристике отдельной страны и начинается с указания окружности страны и ее столицы, описания полезных ископаемых, климата, нравов населения и прочих подробностей. Каждой главе предпосылается стереотипное введение, в котором указывается, какое расстояние должен пройти путешественник, чтобы попасть из одной страны в другую, и с какими природными условиями оп встретится по дороге. Имеются и главы, посвящен­ные странам, где сам Сюань Цзан не был, но относительно которых он наво­дил справки.

Путешествие китайского паломника длилось по меньшей мере 16 лет. Началось оно в августе 629 г. из расположенного в Северо-Западном Китае города Сиань (Чанъань) и завершилось в 645 г. Спустя примерно 3 года великий путешественник написал свой труд, чрезвычайно ценный для озна-

¹ Отчет о путешествии Сюань Цзана см. S. Julien, Voyages des pele- rins bouddhistes, t. II, III; lVIemoires sur les contrees occidentales, Lraduits du Sanscrit en Chinois, t. I, II, Paris, 1857—1858. [Труд Сюапь Цзана назы­вается «Датаисиюйцзи», что означает «Записки о странах Запада». Краткое описание путешествия Сюань Цзана см. В. Т. Зайчиков, указ, соч., стр. 19—21; маршрут путешественника по территории современной Киргиз­ской ССР см. С. У м у р з а к о в, Очерки по истории географических откры­тий и исследований Киргизии, Фрунзе, 1959, стр. 20—27; см. также И. А.Аристов, Западный Туркестан в VII столетии по описанию китай­ского путешественника, «Туркестанские ведомости», 1889, № 38, 39, 40.— Ред.

комления с Азией того времени и особенно с Индией. Саму Индию Сюань Цзан исходил во всех направлениях и обследовал все ее районы. Не побывал он только на Цейлоне, который как раз в то время был охвачен сильными волне­ниями. Вот почему гл. 94 его труда, посвященная Цейлону, получилась, к сожалению, несколько краткой и не подкреплена личными наблюдениями.

Долгое время оценить по достоинству труд китайского путешественника было почти невозможно, так как зачастую искаженные до пеузнаваемости, китаизированные санскритские названия местностей и стран препятствовали их идентификации. Только благодаря тщательной работе великолепного переводчика Жюльена¹ и его консультанта по вопросам географии Вивьен де Сен-Мартена² удалось достичь безупречного толкования большинства важнейших названий.

Позднее заслуживающие признательности комментарии к труду о путе­шествии Сюань Цзана дали: к разделу об Индии — Каннингэм³, о Централь­ной Азии — Юл⁴, о Китае и Центральной Азии — Рихтгофен⁵. Итак, теперь маршрут путешествия Сюань Цзапа в значительной части установлен точно. Ввиду того что для характеристики способа изложения Сюапь Цзана в при­веденном выше источнике сообщаются только немногие выдержки, то, поль­зуясь современными названиями местностей, маршрут путешествия можно наметить нижеследующим образом.

В 629 г. Сюань Цзан, в возрасте 26 лет^й, отправился из Сианя через пустыню Гобл к Хами, Куче и Аксу и, перевалив через Тянь-Шань, достиг озера Иссык-Куль; затем он посетил Токмак, Таласе, Исфиджаб, Таш [Ташкент] (древняя столица Туркестана), Фергану, Самарканд, Бухару и, переправившись возле Термеза через Аму-Дарью, направился далее через Каш и Железные Ворота в Тохаристап и Балх. Там Сюань Цзан пробыл довольно долго, неоднократно совершая поездки в различные соседние райо­ны. Затем путь шел по Бамиану и Кабулу к Мапдаравару и Пешавару, через Хапберскин перевал. Сначала Сюапь Цзан пересек расположенную к западу от Инда страну в районе реки Сват, затем возле Утакханды переправился через Инд п проник в Пятиречъе [Пенджаб.— Ред.]. Здесь он посетил Такша- шилу (Таксилу времен Александра Македонского), потом Джелам па одно­именной роке (на сказочном Гидаспе Горация). Затем Сюань Цзан вернулся в Кашмир, где провел целых два года, вероятно главным образом в столице Кашмира — Сринагаре. Далее через перевал Барамула паломник отправил­ся на Пупч, Раджавар, к Чинабу и в царство Чека. Дальнейший маршрут до

¹ S. Julien, Voyages des pelerins bouddhistes, t. I, Hisloire de la vie de Iliouen-Thsang el de ses voyages dans 1’Inde entre les annees 629 et 645; t. II, III, Meinoires sur les contrees occidentales... par Hiouen Thsang, Paris, 1857 — 1858.

² L. Vivien de Sain t-M a r t і n, M emoire analytique sur la carte de i’Asie centrale et de Kinde, op. cit., t. Ill, p. 251—428.

³ A. C u n n і n g h a m, The ancient geography of India, London, 1871.

⁴ 11. Yule, Notes of Hwen-thsang’s account of the principalities of Tokharistan, «Journal of the Royal Asiatic Society», 1873, new. ser. VI, p. 92.

⁵ F. Richthofen, China, Berlin, 1870, В. I, S. 540 (и след.).

⁶ II. С о r d і e r, Hisloire generale de la Chine, Paris, 1920, t. I, p. 561.

самого Сатледжа не вполне ясен. На другой стороне этой реки путь шел на Матхуру, в район современного Дели, и затем в подлинную обетованную стра­ну буддистов — бассейн Ганга. Сюапь Цзан обошел святую землю во всех нап­равлениях, проник в район истоков Ганга и, пробравшись в Непал, надолго задержался в Магадхе, этом центре буддийского паломничества. В одном только большом и богатом монастыре Наланда Сюань Цзан провел целых пять лет.

Продолженный, наконец, маршрут путешествия ведет сначала в восточ­ном направлении к Брахмапутре и в западный Ассам, затем в Тамлук, распо­ложенный па одном из рукавов Ганга — Хугли. Отсюда Сюань Цзан наме­ревался отплыть на корабле на Цейлон, но, последовав совету одного 'мона­ха, отправился сухопутьем в Южную Индию. Он прошел по Декапу, по самой южной оконечности Индии, вышел к Малабарскому побережью, затем снова поднялся па север к устью Инда и побывал сверх того в районе Карачи и в Белуджистане. Вернувшись к Инду, Сюань Цзан отправился через Газпу, Кабул и Хавакский перевал Гиндукуша в Тохаристан, затем направился в сторону Памира, миновал озеро Сарыколь и, наконец, через Кашгар, Яркенд, Хотан, Таримскую впадину и область пустынь возвратился в Китай. Один из пройденных Сюань Цзаном в пустыне Такла-Макан населен­ных пунктов, который он называет Пу-цзай, видимо, был обнаружен Эмилем Тринклером в виде развалин древних строений¹.

Итак, если само по себе это путешествие представляется выдающимся достижением, то еще большее значение оно приобретает благодаря тому, что Сюань Цзан оставил хотя местами и несколько сухое, но весьма поучи­тельное описание своих приключений и наблюдений. В приведенных цитатах из источника два отрывка имеют с культурно-исторической точки зрения особенно большое значение. В одном из них содержится крайне важный рас­сказ о том, как благодаря женскому тщеславию, а именно желанию всегда наряжаться в красивые шелковые платья, и женской хитрости была подорвана монополия Китая па производство шелка, которую ему удавалось сохранить вплоть до V в.² В другом отрывке рассказывается о том, что в страшной Такла-Макан в те времена, как и в наши дни, людям слышались «голоса пустыни», которые приписывались, сообразно воззрениям той эпохи, козням демонов. Для сравнения процитируем то, что сообщает Каталонская карта мира 1375 г. об этих «голосах пустыни». «Нередки случаи, когда путник слышит раздающиеся в воздухе голоса многочисленных дьяволов, подобные

¹ «Sinica», VI, 1, 39; Е. Trinkler, Im Land der Sturme, Leipzig, 1930, S. 130 (и след.).

² На протяжение целых двух тысячелетий родиной шелководства была провинция Шаньдун. Изготовление шелка оставалось «почти в течение целых трех тысячелетий привилегией одного парода», и в его стране он временами стоил дешевле полотна. Впервые китайская монополия была подорвана около 200 г. до н. э. переселенцами из Китая, бежавшими в связи с внутренними беспорядками в Корею. Оттуда, незадолго до начала пашей эры или в 199 г., шелководство проникло в Японию, куда китайский принц Го-мапь доставил грены шелкопряда «как дань» (см. Н. Silbermann, Die Seide, Dresden, 1897, S. 6 (и след.).

голосам его спутников; они зовут путника по имени; в конце концов, дьяволы начинают кружить его по пустыне во всех направлениях, и он уже больше не может найти своих спутпиков».

Хотя Сюань Цзан не побывал ни в одной неведомой стране, его 16-лет­нее странствование все же принадлежит к числу величайших достижений средневековья, и прежде всего потому, что благочестивый паломник, прояв­ляя подлинный интерес к географии, внимательно наблюдал и изучал все пройденные им «138 царств».

Во времена Сюань Цзана буддизм был так широко распространен в Китае, что там насчитывалось около 13 тыс. буддийских храмов¹. Когда в 845 г. враждебно относившийся ко всему чужеземному император У-цзун наряду с христианством и исламом запретил также буддизм и подверг гонениям его последователей, в Китае было одновременно разрушено 44 тыс. буддийских храмов (см. гл. 78).

Самое основательное исследование о путешествиях и достижениях Сюань Цзана принадлежит Билу².

¹ S. В е а 1, Travels of Fan-hian and Sung-yun, London, 1869, p. XXIX.

² S. Beal, The life of Hiuen-Tsiang, by the Shaman Hwui-Li, Lon­don, 1914.