<<
>>

КУПЦЫ И МИССИОНЕРЫ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ В РАЙОНЕ КУЛЬДЖИ (1330-1340 гг.)

...Из Таны [Азов] в Джутархан [Астрахань] нужно сначала ехать 25 дней в повозке, запряженной волами, и 10—12 дней — в повозке, запряженной лошадьми. В пути в большом количестве встречаются морколы [монголы?], и притом вооруженные.

Из Джу- тархана в Сару [Сарай] нужно затратить один день плавания по ре­ке, от Сары в Сараканко [Сарайчик]1 — 8 дней, также по реке[634][635]’. Здесь можно передвигаться как по суше, так и по воде; но по воде легче перевозить взятые с собой товары.

Из Сараканко в Органчи [Ургенч][636] едешь 20 дней в повозке, запряженной верблюдами. Любому, кто везет с собой товары, реко­мендуется навестить Органчи, ибо в этом городе они очень легко продаются. Из Органчи в Отрарре [Отрар] нужно ехать 35—40 дней в повозке, запряженной верблюдами. Но если после выхода из Са­раканко направляешься прямо в Отрарре, путешествие длится око­ло 50 дней. Если нет при себе товаров, предпочтительней пользо­ваться этим путем, чем тем, который проходит через Органчи.

Из Отрарре в Армалек [близ Кульджи] путешествие с вьючны­ми ослами длится 45 дней, и при этом ежедневно встречаешь мор- колов. Из Армалека в Камексу [Ганьчжоу] с вьючными ослами 70 дней пути и от Камексу до реки под названием...[637] — 45 дней на лошадях. Затем можно идти вниз по реке в Кассай [Кинсай, Ханчжоу] и там распорядиться имеющимися при себе серебряными монетами, ибо это весьма оживленное торговое место. Если ты до­стиг Кассая, то с деньгами, которые выручил за проданные там серебряные монеты, можешь ехать дальше, Эти деньги сделаны из бумаги и называются балиши. Четыре таких денежных знака стоят в стране Катай столько же, сколько одна серебряная монета..

Путешествие из Кассая в Гамалеи [Ханбалык, Пекин], главный город страны Катай, длится 30 дней...1

* * *

Возлюбленные братья! Когда расставались с Вами, пошел я, как о том известно Вашему высокопреподобию, в Авиньон в обще­стве дорогого брата Гонсальво Трансторны.

С благословения Его высокопреподобия магистра ордена мы направились оттуда в Асси­зи, чтобы получить отпущение грехов. Потом в Венеции мы сели на борт так называемой караки [вооруженное трехмачтовое судно] и поплыли по Адриатическому морю. Дальше мы прошли Понт [Мраморное море], оставив слева Славянскую землю[638][639], а справа — Турецкую, и сошли на берег в Византийской империи в Констан­тинопольской области, где встретили отца викария Катая в вика­риате Востока. Затем мы перешли на другое судно, поплыли по Черному морю, глубину которого нельзя измерить, в Газарию ІКрьш] в викариате Севера, лежащую в Стране татар. Потом мы плыли по другому бездонному морю [Азовское] и высадились в Та­не [Азов].

Оттуда я выбрался раньше своего спутника и в повозке вместе с несколькими греками избрал путь на Сарай, тогда как мой про­вожатый с некоторыми другими братьями пошел в Ургант [Ургенч]. Я бы охотно пошел с ним, но на основании наведенных справок решил прежде изучить язык страны. С Божьей помощью я изучил чаманский язык[640] и уйгурское письмо, ибо этот язык и письмо наи­более употребительны во всех царствах и империях татар, персов, халдеев, медов[641], а также в Катає. Потом мой спутник вернулся из Урганта и направился назад к вам. Но я не мог снести мысли о том, чтобы, подобно собаке, возвратиться к своим испражнениям, и, дабы быть достойным милости, оказанной мне Его Святейшеством папой, решил не возвращаться. Знайте же, что все наши братья, направляющиеся в здешние страны, удостаиваются тех же привиле­гий, что и паломники, следующие в Иерусалим, а именно — пол­ного отпущения грехов, а тот, кто выдержит испытание до конца,— венца вечной жизни.

Купцы и миссионеры Западной Европы в районе Кулъджи

213

Достойные отцы, с тех пор как изучил я их язык, с Божьей милостью проповедовал, часто без толмача, как среди сарацин, так и среди вероломных еретиков-христиан1. Потом мой викарий обязал меня по получении его письма, соблюдая целительную покорность по отношению к нему и верность своему долгу, ехать дальше и до­вести до конца начатое путешествие.

В названном Сарае я пробыл более года. Это сарацинский город в Татарском царстве, расположенный в викариате Севера. Здесь три года назад один из наших братьев, по имени Стефан, принял славный мученический конец от рук сарацин[642][643]. С несколькими армянами сел я на судно и отправился оттуда по реке Тигрис [Волга, см. гл. 126] и далее вдоль побережья моря Ватук [Бакук или Баку, следовательно, Каспийское море], пока через 12 дней не прибыл в Сарайчик [см. начало этой главы]. От этого места я ехал на повозке, запряженной верблюдами (ехать на этих живот­ных просто отвратительно!), и на 50-й день достиг Урганта, города на границе царства татар и персов. Он называется также Хусом., и там находятся останки Святого Иова (?!)[644].

Затем я опять сел в повозку, запряженную верблюдами, и ехал со слугой, по имени Зингуо, в обществе нескольких заклятых ере­тиков и приверженцев Мухаммеда, среди которых я был един­ственным христианином, пока не достигли мы с Божьей помощью царства медов. Какие муки я здесь претерпел, как много и тяжко страдал, знает один Бог, но скучно рассказывать об этом в письме. Император татар был убит своим родным братом[645], и караван, с которым я ехал, отказался от дальнейшего путешествия в сара­цинские города, опасаясь войны и грабежа.

Я долгое время жил среди сарацин и в течение очень многих дней открыто перед всем народом прославлял имя Иисуса Христа и проповедовал его учение. Я разоблачил и вскрыл мошенничества, ошибки и промахи их лжепророка; их богохульство отражал я гро­могласно и публично; веруя в Господа нашего Иисуса Христа, я сего не убоялся, и Святой дух подкрепил и просветил меня. Они обра­щались со мной обходительно и во время их пасхи[646] поставили меня перед своей мечетью. По случаю пасхи в мечети находились их кадини [кади], то есть их епископы[647], и их талисмани (?), то есть

некоторые их священнослужители из различных кварталов города. Озаренный Святым духом, я в течение 25 дней на той же самой площади перед мечетью вел с ними богословские споры о их лжи­вом Коране и их учении.

Посему у меня едва доставало времени, чтобы хоть один раз в день вкушать хлеб и воду. С Божьей помощью им было изложено и разъяснено учение Святой Троицы, и, в конце концов, они были вынуждены прекратить сопротивление и при­знать его истину. Я одержал победу — Слава Всемогущему Бо­гу! — во всех пунктах во хвалу и честь Иисуса Христа и его свя­той церкви.

Тогда дети дьявола задумали искусить и погубить меня подар­ками, суля мне жен и служанок, золото и серебро, землю, лошадей, скот и другие сокровища сего мира. Но, преисполненный пре­зрения, я каждый раз отвергал все их посулы. Тогда в течение двух дней они забрасывали меня камнями, прижигали голову и ноги огнем, вырывали волосы из бороды и долго осыпали всяческими оскорблениями и поношениями. Всемилостивый Бог, по воле кото­рого я способен радоваться и ликовать во Господе Иисусе Христе, знает, что только благодаря принятым им на себя тяжким страда­ниям я удостоился перенести такое во имя Его.

И вот, к счастью, доставили меня в Армалек[DCXLVIII] — город, стоящий посередине земли медов в викариате Катая. От Урганта, послед­него города персов и татар, на всем пути до Армалека находился я постоянно один среди сарацин, но словом, действием и поведени­ем открыто славил имя Господа Иисуса Христа. Названные сара­цины неоднократно пытались меня отравить; меня бросали в воду, и я принял больше ударов и оскорблений, чем об этом можно рас­сказать в одном письме. Но все же я благодарю Бога и надеюсь 80 имя Его принять еще больше мук, чтобы были отпущены мне грехи мои и чтобы Его милосердием я надежно достиг царствия небесного. Аминь.

Мир вам во Господе Иисусе Христе, молитесь за меня и за всех, кто теперь или в будущем отправится в странствие как проповед­ники. Такие паломничества, с Божьей помощью оказываются весь­ма полезными и позволяют собирать жатву из многих душ. И не на­дейтесь снова когда-либо увидеться со мной, по крайней мере на земле; мы встретимся, может быть, в раю, где наш покой, наша кре­пость, наше возрождение и наше будущее, наш Господь Иисус Христос.

Ибо Он сказал, если ’его Евангелие будет проповедоваться во всем мире, наступит конец; и цель моя — возвещать его разным народам, разъяснить грешникам, в чем их вина, показать им путь к спасению, влить в их души благодать обращения ко Всемогущему Богу.

В Армалеке в праздник Святого Лаврентия, в год Господа нашего 1338, в царстве медов1.

* * *

Мы прибыли в Армалек в царство медов. Там мы построили церковь, купили земельный участок, выкопали колодцы, отслу­жили обедню и крестили несколько человек. Мы проповедовали свободно и открыто, не убоявшись того, что всего год назад епископ и шесть братьев миноритов приняли там за дело Христа славную мученическую смерть, ознаменовавшуюся лучезарными чудесами. Имена этих мучеников: епископ брат Рикард из Бургун­дии[649][650], брат Франциск из Алессандрии, брат Пасхалий из Испании (был пророком, видел, как отверзались небеса, и предсказал муче­ническую кончину себе и своим братьям, разрушение татарского Сарая наводнением и разорение Армалека в наказание за их муче­ничество, а также убийство императора на третий день после их мученической кончины и много других славных дел), брат Лаврен­тий из Анконы, брат Петр, индиец, служивший им толмачом, и купец Гил ОТТ[651].

* * *

В викариате татар — Катає, в городе Армалеке в Срединном царстве татар, умерли в 1340 г. за свою веру следующие минориты: ■епископ Армалека брат Рикард, брат Франциск из Алессандрии, брат Пасхалий из Испании, брат Раймунд из Прованса — эти четы­ре были священниками, а также оба бельца — Лаврентий из Алессандрии и Петр из Прованса — и еще Иоанн из Индии, чер­ный, принадлежавший к третьему ордену Святого Франциска и обращенный нашими братьями. Все они были хорошо приняты правившим тогда императором. Именно он был исцелен от раковой язвы братом Франциском из Алессандрии больше молитвой, чем врачебным искусством, и потому император обычно называл брата Франциска своим отцом и врачом. Потому он подарил братьям земли и предоставил им привилегии и полную свободу проповеди, он даже доверил им крестить собственного сына, достигшего тогда семилетнего возраста и нареченного при крещении Иоанном.

Но Бог допустил, что сам император по пути на охоту был отравлен ядом, и таким же образом были умерщвлены четыре его сына.

Царство захватил негодяй сокольничий, сарацин царской крови, по имени Алисольда. Так как братья своими молитвами обратили в веру многочисленных неофитов, новый император пове­лел, чтобы все христиане стали сарацинами и чтобы каждый, кто не послушается третьего приказа, карался смертью. Когда братья отказались повиноваться этому приказу, их заковали в кандалы и привязали всех к одной веревке, которую тащила по земле разъяренная чернь, причем их били и оплевывали, отрезали им носы и уши и наносили другие увечья, пока они в конце концов не погибли от меча и ликующие не пришли к Господу.

Но вскоре после этого был убит сам названный император, а его дом испепелил пожар. Братья пострадали в упомянутый год накануне праздника Иоанна Крестителя, когда магистром ордена был Герард Одо1.

& & ф

В том же году [1343 г.] после Троицына дня к папе Клемен- тию VI в Авиньон пришел викарий Татарии от Францисканского ордена и испросил у него канонизацию шести францисканских братьев, которые незадолго до этого погибли в Татарии мучениче­ской смертью, причем они удостоились творить многие лучезар­ные и явные чудеса. Когда папа услышал сие, он преисполнился великой радостью, восхвалял и прославлял этот орден п сказал: «Именно с помощью этого ордена воссияет церковь истинным све­том веры в различных частях мира и укрепится в силе своей; и с его помощью будет собрана неоценимая жатва бесчисленных душ»[652][653].

I

Передвижение европейцев] по транзитным дорогам Центральной Азии, начавшееся в XIII в. с путешествий Карпини, Рубрука, Марко Поло и т. д., в XIV в. неуклонно расширялось вплоть до рокового 1368 г. В этом году в Китае было свергнуто чужеземное монгольское господство, но одновременно начался возврат к самой крайней «китайщине», то есть'к принципиально’враж- дебному отношению к иностранцам и к торговле с ними. Это нанесло тяжелый удар культурной жизни Китая, который не смог наверстать упущенное в течение ряда столетий[654]. В XIV в. до 1368 г. сухопутное сообщение начн-

Купцы и миссионеры Западной Европы в районе Кулъджи

217

налось главным образом у Черного и Азовского морей, между тем как Поло начиняли свой путь от побережья Сирии и Армении. Египет, имевший тогда самое важное транзитное значение, в 1171 г. был закрыт для христиан в результате подчинения этого государства султану Саладину1. Перемены, наступившие позднее, были связаны с тем, что генуэзские купцы заняли гла­венствующее положение в торговле понтийских стран в XIII и XIV вв. С 1261 по 1381 г. генуэзцы могли бы называть Черное и Азовское моря «Маге nostro»[«наше море»][655][656][657]. Главной опорой этого господствующего положения Генуи были ее цветущие торговые колонии в Крыму, и особенно Каффа (Фео­досия). Эта колония, основанная только в 1269 г., уже спустя два десятиле­тия приобрела большое значение[658]. Поэтому генуэзские гавани в Крыму стали важнейшими отправными пунктами сухопутных маршрутов, проходивших через Центральную Азию. В противоположность старым караванным доро­гам этот новый путь обладал тем преимуществом, что избавлял от преодо­ления труднодоступных перевалов Памира. Он проходил севернее Каспия, вдоль Аральского моря, примерно по трассе, использованной в свое время Зимархом (см. т. II, гл. 75), Карпини (см. гл. 119) и Рубруком (см. гл. 121), которые шли через Джунгарские Ворота. Однако в XIV в. путешественники, направлявшиеся в Китай, обычно отклонялись от этого пути, шли в область Или и следовали через долину реки Или в Восточный? Туркестан. Во вре­мена монгольского господства эти пути сообщения, как правило, были более безопасными, чем позже.

До нас дошли сведения только о немногих путешествиях в Централь­ную Азию, совершенных в тот период через Илийский край, который едва ли был раньше известен европейцам. В путеводителе итальянского купца Пего- лотти, относящемся примерно к этому времени, и в письме испанского мопаха- францисканца Пасхалия, адресованном собратьям по ордену в Виттории, случайно сообщается о событиях, происшедших в 1330—1340 гг. на торго­вом пути между Азовским морем и Китаем. Несколько позднее папский легат Джованни Мариньола (см. гл. 142) прибыл в Китаи, следуя тем же путем.

Об авторах обоих упомянутых выше сообщений мы знаем относительно мало. Пеголотти был флорентийцем, в юности служившим в знаменитом тор­говом доме Барди во Флоренции. С 1315 по 1317 г. он находился, видимо, в Антверпене, затем уехал в Лондон, а с мая 1324 по август 1327 г. жил на Кипре1. В цоследующие годы, путешествуя по Азии, он, вероятно, хорошо изучил страну и ее население и свои знания изложил в путеводителе[659][660]. Если судить по содержанию этой книги, Пеголотти предпринял в то время тор­говое путешествие через всю Азию, которое довело его до Китая, хотя нигде прямо об этом не говорится[661]. О дате этого путешествия можно только строить догадки. Во всяком случае, в 1335 г. Пеголотти уже вернулся на Кипр. Больше о нем ничего не известно: ни год, ни место его смерти. Мы знаем о Пеголотти, как и о подобном ему путешественнике древнего мира Месе Тациане (см. т. I, гл. 57), только благодаря его довольно хорошему путево­дителю, состоящему из 63 глав. Среди первоисточников приведено начало этого путеводителя, которое только и представляет интерес для данного исследования.

Испанский монах Пасхалий, письмо которого дает нам наглядное пред­ставление о деятельности христианских миссионеров в Центральной Азии и об опасностях, связанных с этой деятельностью, шел от Таны до Кульджи примерно тем же путем, каким незадолго до него следовал Пеголотти. Как известно, именно в мусульманских странах деятельность христианских мис­сионеров во все времена была почти безуспешной, ибо религиозные убежде­ния набожных приверженцев ислама едва ли можно поколебать. И те области, в которых действовал Пасхалий и которые только около 1270 г. были завое­ваны мусульманами, оказались совершенно недоступными для проповедо­вания христианского учения. Поэтому и миссия Пасхалия, несмотря на все его благие намерения, потерпела полное фиаско. Учитывая создавшиеся условия, трагическая гибель посланца веры не представляется нам чем-то неожиданным. До’известной степени в ней можно, пожалуй, винить самого Пасхалия, так как из одного его письма со всей очевидностью следует, что религиозным рвением этот проповедник обладал в значительно большей сте­пени, чем тактом. Само собой разумеется, что неуклонно возобновлявшиеся попытки в чисто мусульманской среде публично разоблачать «лжеучение» Корана и «мошенничества» «лжепророка» Мухаммеда должны были неиз­бежно привести к катастрофе. И она действительно наступила, как только миссионер лишился покровительства благосклонного к христианам хана Газана и-правителем страны стал мусульманин. В «пророчестве» Пасхалия, предсказавшего свою мученическую кончину, что позднее изображалось откро­вением свышё, при ближайшем рассмотрении нет ничего поразительного. Насильственная смерть этого миссионера, погибшего вместе со многими дру-

Купцы и миссионеры Западной Европы в районе Кулъджи 219

гими христианами в 1339 г., вероятно, была неизбежным следствием оскорб­лений и вызовов, постоянно бросавшихся исламу1.

Однако вскоре после этого был убит также и мусульманский султан Алисольда. Поэтому Джованни Мариньоле удалось в более спокойной обста­новке снова создать в Армалеке маленькую христианскую общину, когда он примерно через год после смерти мученика Пасхалия проходил через этот город, следуя в Китай (см. гл. 142). Но результаты этой новой попытки добиться доступа в Центральную Азию для римско-католической церкви оказались весьма недолговечными,

1По этому вопросу см. «Historisch-politische Blatter», ed. Gorre, В. 38, S. 717 (статья Кунстмана); Н. Holzapfel, Handbuch der Geschichte des Franziskaner ordens, Freiburg, 1909, S. 258.

<< | >>
Источник: Рихард Хенниг. НЕВЕДОМЫЕ ЗЕМЛИ. ТОМ 3. МОСКВА - ИЗДАТЕЛЬСТВО ИНОСТРАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. 1962

Еще по теме КУПЦЫ И МИССИОНЕРЫ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ В РАЙОНЕ КУЛЬДЖИ (1330-1340 гг.):

  1. Земельная реформа в странах Западной Европы
  2. Земельные реформы в странах Восточной Европы
  3. 98) Упразднение автономий и депортация ряда народов страны в отдаленные районы.
  4. 2. Обеспечение жилыми помещениями граждан, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях
  5. ГЛАВА 1 «Горское хищничество»: мифы и реальность
  6. АФРИКАНСКОЕ ИСКУССТВО
  7. ГЛАВА 53 ЗАПАДНАЯ ГЕРМАНИЯ: ЭКОНОМИЧЕСКИЙ РОСТ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ СТАБИЛЬНОСТЬ
  8. МЕЗО-НЕОЛИТ
  9. Оглавление
  10. Изменения в общественном строе в первой половине XIX в.
  11. II. Договоры русскихъ съ нѣмцами
  12. ИСКУССТВО МАГРЕБА И САХАРЫ
  13. СОЦИАЛЬНО-ПРАВОВАЯ ЛЕКСИКА ВОСТОЧНОГО ПРОИСХОЖДЕНИЯ ИЗ ДАГЕСТАНСКИХ РУКОПИСЕЙ И НАДПИСЕЙ XIV-XX вв.
  14. МЕТАЛЛ
  15. Пермский период