<<
>>

Сравнительный анализ административно-судебных функций Государственного Совета до и после реформы 1906 г.

Государственный Совет Российской империи был создан в 1810 г. на основе Непременного Совета, уже тогда неофициально именуемого «государственным». Непременный Совет был создан указом от 30 марта 1801 г.[61].

и представлял собой совещательное учреждение, в состав которого входило 12 представителей высшей знати, назначаемых императором. Именно здесь должны были обсуждаться важные государственные дела. Непременный Совет играл роль совещательного органа при императоре и в этом значении заменил существовавший с 1768 г. Совет при Высочайшем дворе. Совет успел за свое девятилетнее существование принять деятельное участие в образовании министерств, в подготовке известного указа от 20 февраля 1803 г. «О вольных хлебопашцах»[62]. С образованием Комитета министров законосовещательное значение Непременного Совета существенно уменьшилось, а после учреждения Государственного Совета Непременный Совет был упразднен[63].

В статусе высшего совещательного органа при императоре Государственный Совет просуществовал 95 лет без принципиальных изменений, хотя его компетенция за эти годы неоднократно уточнялась. Так,

в его ведении в разное время находились проверка смет государственных приходов и расходов, сметы и штаты государственных учреждений, жалобы на определения департаментов Сената, годовые отчеты Государственного банка, и некоторые вопросы, требующие утверждения верховной власти.

Необходимость преобразования государственного строя обосновывалась М. М. Сперанским по заданию императора в ряде записок и докладов[64]. План преобразований был представлен императору в 1809 г. Как известно, Сперанский говорил о необходимости учреждения в России трёх установлений, соответствующих трем основным функциям государственной власти: Государственной Думы, Сената и Министерства. Однако особое значение он придавал учреждению Государственного Совета, в котором эти установления «соединяются и чрез которое державная власть на них действует и приемлет их действия»[65].

Обосновывая особую роль Государственного Совета, Сперанский подчеркивал два момента: финансовый и организационный.

В связи с первым он говорил, что состояние финансов требует введения новых налогов, тогда как «налоги тягостны бывают особенно потому, что кажутся произвольными». Чтобы избежать такого впечатления и сохранить «всю целость народной любви» он предлагал державной власти разделить ответственность с Государственным Советом и тем самым показать необходимость налогов, «признанную и представленную от Совета». По поводу второго в записке указывалось: «Смешение дел управления и суда в Сенате дошло уже до такого беспорядка, что, независимо от общего преобразования, нельзя более отлагать нужные меры и исправления, а меры сии во всех предположениях не могут быть приняты иначе, как отделением

части управления и назначением ей особенного порядка»[66]. Ещё одну важную задачу Государственного Совета должна была составить работа над гражданским законодательством, дабы «доставить гражданскому закону всю зрелость уважения». Под эти задачи было определено и введение четырех департаментов: законов, дел военных, дел гражданских и духовных и государственной экономии (отд. 2 § 1 Образования Государственного Совета[67]).

Согласно «Образованию.», «в порядке государственных установлений» он составлял «сословие, в коем все части управления в главных их отношениях к законодательству соображаются и через него восходят к верховной императорской власти» (ст. I). Г осударственный Совет должен был упорядочить процесс законодательства в стране: в его департаментах проверяли, редактировали каждый поступавший законопроект, основательно его обрабатывая, добивались наиболее правильного его соответствия интересам государства.

Основной задачей Государственного Совета было предварительное рассмотрение государственных дел, «зависящих от разрешения и утверждения верховной императорской власти» (§ 29). В него вносились все те дела, которые требовали принятия нового закона, устава или учреждения, предметы внутреннего управления, требующие отмены, ограничения или дополнения прежних положений, дела о толковании законов, общие меры и распоряжения (§ 29, п.

1,2). Сам Государственный Совет не обладал законодательной инициативой, поскольку это был совещательный орган, рассматривающий законопроекты, внесенные министрами, до их утверждения императором. При этом все министры входили в состав

Государственного Совета в силу занимаемой должности, хотя и не могли быть председателями департаментов (ст. VI, XII).

В основном предметом рассмотрения Государственного Совета становились вопросы, требующие принятия нового или пересмотра старого закона. Однако уже тогда в поле его зрения попадали некоторые по преимуществу административные дела:

- общие меры и распоряжения, приемлемые к успешнейшему исполнению существующих законов, уставов и учреждений (§ 29, п. 4);

- общие внутренние меры, в чрезвычайных случаях приемлемые (п. 5);

- дела о вознаграждении частных людей за имущества, взимаемые на государственные нужды (п. 9); дела, по которым отчуждается какая- либо часть государственных доходов, или имуществ в частное владение (п. 8);

- дела по части контроля за административными органами, т.е. отчеты всех министерств в управлении принадлежащих к ним частей ( п. 10).

Как и планировал М. М. Сперанский, говоря о необходимости упорядочения государственного управления, первоначально в компетенцию Г осударственного Совета не включались дела судебные, поскольку главным судебным ведомством в стране предполагалось оставить Сенат. Однако «Общее учреждение Министерств»[68] установило в 1811 г., что дела о предании министров суду за должностные преступления рассматриваются Государственным Советом. Донесение, «возбуждающее ответственность» министров вначале поступало на высочайшее усмотрение (§ 289) и, если было сочтено достойным внимания, передавалось на рассмотрение Общего собрания Государственного Совета (§ 291). Государственный Совет избирал из членов своих Комиссию для произведения следствия, и для принятия от

министра надлежащих объяснений (§ 292), после чего составлялось заключение (§ 293). Если проведенное Государственным Советом следствие устанавливало, что министр, «хотя не нанес с умыслом государственного ущерба, но образом управления своего лишился высочайшего доверия», то по представленному заключению министр лишался своего звания (§ 295).

Если следствием устанавливалась вина министра, дело передавалось Верховному уголовному суду, который не проводил нового следствия, а выносил приговор, основываясь на материалах, добытых следствием Государственного Совета (§ 296). После реформы 1906 г. эта функция была сохранена за Первым департаментом Г осударственного Совета.

Комиссия составления законов и Комиссия прошений, состоявшие при Государственном Советет также получили определенные полномочия. Особенно важной считалась Комиссия по составлению законов, так как именно она вплоть до 1826 г. занималась кодификацией и разработкой нового законодательства. Затем Комиссия была преобразована во II отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии, что автоматически лишило Г осударственный Совет права знакомиться со всеми законопроектами и, тем более, принимать участие в их разработке.

В 1812 г. был учрежден Комитет министров[69], который собирался под председательством генерал-фельдмаршала графа Салтыкова и состоял из Главнокомандующего в столице (который в отсутствие председателя занимал его место), из председателей департаментов Государственного Совета, из министров и чинов, управляющих министерствами. Совет, наряду с Комитетом министров и другими высшими органами Империи, получил чрезвычайные полномочия на время длительного отсутствия монарха в

столице: согласно указу от 29 августа 1813 г. решение большинства собрания Государственного Совета становилось законом (ст. 32 гл. 6 по прод. 1832 г.).

В 1832 г. текст «Образования Государственного Совета» был немного изменен и дополнен в связи с изданием Свода законов. Происходит некоторое ограничение его полномочий в сфере администрации. Так, если по «Образованию» 1810 г., Государственным Советом рассматривались ежегодные отчеты министров, то с 1832 г. обсуждение отчетов было изъято из его компетенции. Министры и главноуправляющие отдельными частями министерств должны были отправлять свои отчеты в Комитет министров. Установилась и практика разрешения министерских разногласий, в соответствии с которой Комитет министров приобрел в деле контроля за администрацией большую роль, чем Государственный Совет.

Так претворялась в жизнь идея Сперанского о сосредоточении в Государственном Совете законосовещательной функции, которую он артикулировал, осознав нереальность перспективы созыва законодательной Государственной Думы. С другой стороны, именно в этом году в составе Государственного Совета появился специальный департамент по делам Царства Польского. До 1837 г. в нём велось особое делопроизводство.

Следующим этапом в эволюции Государственного Совета стало принятие в 1842 г. нового «Учреждения Государственного Совета»[70]. Согласно этому документу компетенция Государственного Совета существенно расширилась, прежде всего, за счет финансового направления. В задачу Государственного Совета входило теперь рассмотрение смет и раскладок земских по губерниям повинностей, а также смет и раскладок общественного сбора на мирские расходы государственных поселян; одобрение новых предложений по доходам и расходам городов и ежегодным

сметам столичных Дум; штаты вообще, кроме установленных временно и в виде опыта. К административному направлению работы Государственного Совета также добавилось немало задач. Именно здесь рассматривались: дела об учреждении компаний на акциях, когда ими испрашивались особые преимущества или исключительные привилегии; дела о привилегиях на открытия, изобретения или усовершенствования в искусствах, мануфактурах или ремеслах, равно на введение в России изобретений или усовершенствований, сделанных в чужих краях; дела о сложении недоимок и казенных взысканий, а также ежегодные отчеты о государственных расходах и доходах.

Расширилась и судебная составляющая компетенции Государственного Совета, который стал решать вопросы лишения дворянства и классных, или офицерских чинов, за преступления; осуществлял производство следствий над министрами и генерал-губернаторами в случае обвинений удостоенных предварительно Высочайшего одобрения. К этой же сфере можно отнести дела, при решении которых в Общем собрании Сената не составилось узаконенного большинства голосов, или когда с решением его не соглашался министр юстиции; дела по разногласию Общего собрания Сената с Военным советом, когда при исчислении голосов членов Военного совета совокупно с голосами сенаторов, не составилось узаконенного большинства, или с большинством в сем порядке исчисленным, не согласится министр юстиции; дела по искам частных людей на подведомственные Адмиралтейств-совету департаменты и зависящие от них учреждения, в случае несогласия Сената с мнением Адмиралтейств-совета; Доклады Сената об отмене или пересмотре прежних его судебных решений; дела, по особенным Высочайшим повелениям, вносимые.

Как мы видим, этим Учреждением было окончательно закреплено право Государственного Совета судить министров и генерал-губернаторов,

добавлено право о возведении в дворянство, однако после принятия нового Учреждения ряд вопросов был изъят из компетенции Государственного Совета. К законопроектам, которые не рассматривались в нём после 1842 г., относились (п. 24 УГС 1842 г.)[71]:

1) законопроекты военного и морского ведомства;

2) законопроекты, касающиеся Кавказского края, Закавказья и Сибири (для этого существовали межведомственные органы — Кавказский и Сибирский комитеты);

3) дела, предоставленные непосредственно докладам министров;

4) административные указы, утвержденные Комитетом министров.

Основные полномочия Государственного Совета были расширены в этот период за счет административных и судебных дел.

В 1842 г. к вышеназванным делам добавились:

1) об учреждении акционерных компаний с запросом об особых привилегиях (ст. 23 п. 7);

2) дела о привилегиях на открытия, изобретения (ст. 23 п. 13);

3) о введении в дворянство и о его лишении за преступления, об утверждении в почетных достоинствах — княжеском, графском, баронском (ст. 23 п. 17)[72].

В то же время, все, что касалось докладов министров, сферы деятельности Комитета министров и военного ведомства (все изменения и дополнения к законам), изымалось из компетенции Совета.

В 1826 г. Комиссия Совета по составлению законов была преобразована во II Отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Департамент законов, таким образом, лишили функции по выработке всех законопроектов до вынесения их на обсуждение Общего

собрания Государственного Совета. Согласно Учреждению 1842 г. это положение дел было сохранено, и теперь проектами законов и дополнений стало заниматься преимущественно II Отделение Собственной Его Императорского величества канцелярии.

В 40-х годах XIX столетия возрастает и роль Комитета министров в законопроектной деятельности, в целом усиливается влияние исполнительной власти в этой сфере. Тем не менее, Учреждение Государственного Совета 1842 г. сохранило «главные основания» «Образования Государственного Совета» 1810 г.: Совет — высший в империи орган с законосовещательными функциями. После принятия «Учреждения» 1842 г. стало не обязательным рассмотрение всех законопроектов в Государственном Совете, в то время как в статье 3 Учреждения Государственного Совета 1810 г. говорилось: «По сему все законы, уставы и учреждения в первообразных их начертаниях предлагаются и рассматриваются в Государственном Совете, и потом действием Державной власти поступают к предназначенному им совершению».

Тем не менее, перегруженность Совета административными, судебными и финансовыми делами отвлекало его от основной функции — обсуждения законов[73]. Поэтому в 1882 г. II Отделение С. Е. И. В. к. было преобразовано в Кодификационный отдел Г осударственного Совета. Правда, уже в 1893 г. отдел был упразднен в связи с передачей вопросов кодификации Государственной канцелярии. Согласно ст. 121 Учреждения Государственного Совета 1906 г., в случаях, когда при подготовке нового издания Свода законов или при внесении в него новых законов встречались вопросы, которые не могли быть разрешены кодификационным порядком, государственный секретарь или министр, к ведению которого данный

предмет относился, обращался с представлением о разъяснении, изменении или дополнении подлежащих статей Свода или других законов[74]. Более того, в апреле 1908 г. император утвердил положение Совета министров, обязывавшее ведомства до внесения законопроектов в Совет министров получать заключение Государственной канцелярии, а также привлекать ее сотрудников в межведомственные комиссии для разработки сложных проектов.

В Учреждении Государственного Совета 1906 г. глава, посвященная Государственной канцелярии, содержала лишь общее указание на то, что в составе Канцелярии образуются отделения, управляемые статс-секретарями или помощниками статс-секретарей на правах секретарей, в отличие от предыдущих учреждений Совета, в которых довольно подробно описывалась внутренняя структура Канцелярии[75].

Согласно ст. 10 Учреждения Государственного Совета 1901 г. департаментов в Совете было снова четыре: 1) Законов; 2) Гражданских и Духовных дел; 3) Государственной экономии; 4) Промышленности, наук и торговли.

Компетенция по Учреждению Государственного Совета 1901 включала (ст. 31)[76]:

1. Все предметы, требующие нового закона, устава и учреждения.

2. Предметы внутреннего управления, требующие отмены, ограничения или дополнения прежних Положений.

3. Дела, требующие в законах, уставах и учреждениях изъяснения их смысла.

4. Меры и распоряжения общие, приемлемые к успешнейшему исполнению существующих законов, уставов и учреждений.

5. Общие внутренние меры, в чрезвычайных случаях приемлемые.

6. Объявление войны, заключение мира и другие важные внешние меры, когда, по усмотрению обстоятельств, могут они подлежать предварительному общему соображению.

7. Государственная роспись доходов и расходов, финансовые сметы Министерств и Главных управлений, все дела о денежных из казны ассигнований, дела о сборах и доходах, не подлежащих внесению в финансовые сметы Министерств и Главных управлений, кроме капиталов, на определенные цели пожертвованных, способы уравнений государственных доходов и расходов и чрезвычайные финансовые меры.

8. Сметы и раскладки земских повинностей в местностях, в которых не введены земские учреждения.

9. Отчеты: а) отчет Государственного контроля по исполнению Г осударственной росписи, б) кассовый отчет Министра финансов, в) годовые отчеты Государственного банка, Государственных сберегательных касс и Государственных Дворянского Земельного и Крестьянского Поземельного банков, для рассмотрения этих отчетов в общих видах государственного хозяйства и соответствия деятельности Банков и Касс с целями, указанными в их уставах, а также обсуждения размера затрат этих учреждений на каждую отдельную их операцию в связи с имеющимися для этого средствами, и г) отчеты Санкт-Петербургской ссудной казны и Московской ссудной казны при разногласии относительно их утверждения между Министром финансов и Государственным контролером.

10. Все вообще штаты, в том числе издаваемые временно и в виде опыта, за исключением штатов, указанных в Учреждении Комитета министров.

11. Частные случаи отчуждения какой-либо части государственных доходов или имуществ, требующие Высочайшего соизволения.

12. Дела о принудительном отчуждении недвижимых имуществ, временном их занятии и установлении права участия в пользовании ими для государственной или общественной пользы.

13. Дела о вознаграждении частных лиц за имущества, отчуждаемые или временно занимаемые для государственной или общественной пользы.

14. Дела об учреждении заповедных имений.

15. Дела об утверждении в почетных достоинствах (княжеском, графском и баронском) и о передаче дворянами фамилий, гербов и титулов.

16. Дела об ответственности за нарушение долга службы членов Государственного Совета, Министров, Главноуправляющих отдельными частями, генерал-губернаторов и Главноначальствующего гражданской частью на Кавказе и о предании суду за преступления должности прочих высших чинов, занимающих должности первых трех классов, а также Главнокомандующих, главных командиров, командующих войсками в военных округах и лиц, пользующихся равной с ними властью.

17. Дела, из Общих собраний Правительствующего Сената на основании Учреждения оного поступающие, а равно дела по разногласиям Общего собрания Сената с Адмиралтейств-советом.

18. Дела об учреждении Компаний на акциях, когда ими спрашиваются особые преимущества или исключительные привилегии.

19. Дела о сложении недоимок и казенных взысканий.

20. Дела об отмене или изменении постановлений Земских собраний и Г ородских Дум, а также приговоров Собраний городских уполномоченных, не соответствующих общим государственным пользам и нуждам или явно нарушающих интересы местного населения, в тех случаях, когда такая отмена или изменение вызывает возвышение земского или городского

обложения против определенного общественными установлениями размера, а также об отнесении некоторых земских расходов губернии или уезда на счет казны или об оказании земству воспособления иного рода.

21. Проекты законов, кои действуют на всем пространстве Империи с включением Великого Княжества Финляндского, равно законов, применяемых в пределах Великого Княжества, если они касаются общегосударственных потребностей или находятся в связи с законодательством Империи, для рассмотрения в порядке, установленном Высочайшим Манифестом и Высочайше утвержденными Основными положениями 3 февраля 1899 г.[77]

Основные правила:

1) Первообразное начертание законов, издаваемых для Империи со включением Великого Княжества Финляндского, приемлет начало с Высочайшего каждый раз соизволения в тех случаях, когда по общему течению дел управления представится необходимым составить новое постановление или изменить либо дополнить действующий закон.

2) Порядок сей соблюдается в отношении как законов, кои действуют на всем пространстве Империи со включением Великого Княжества Финляндского, так равно и законов, применяемых в пределах Великого Княжества, если они касаются общегосударственных потребностей или находятся в связи с законодательством Империи.

3) Высочайшее соизволение относительно издания указанных выше законов (ст. 1 и 2) испрашивается подлежащим Министром Империи и Министром Статс-секретарем Великого Княжества Финляндского, по предварительном их между собою сношении. Финляндский Генерал- Губернатор, когда по ходу управления Великого Княжества признает

необходимым восполнить действующие в крае законы в порядке, настоящими Положениями установленном, сообщает свои по сему предмету предложения, для дальнейшего их направления, подлежащему Министру Империи Министру Статс-секретарю Великого Княжества.

4) По воспоследовании Высочайшего соизволения относительно издания закона для Империи со включением Великого Княжества Финляндского, министр Империи, о доставлении заключений по существу проекта означенного закона, сносится с Финляндским Генерал- Губернатором, Министром Статс-секретарем Великого Княжества Финляндского и Императорским Финляндским Сенатом.

5) По тем законодательным предположениям, кои в порядке внутреннего управления Великого Княжества Финляндского поступают на утверждение Финляндского сейма, требуется заключение Сейма и в порядке издания законов, упомянутых в статье 2 сих Положений. Заключение Сейма имеет состояться на ближайшем его очередном собрании, если не последует Высочайшего повеления о созыве с этой целью чрезвычайного Сейма.

6) По получении заключений Финляндского генерал-губернатора, Министра Статс-секретаря Великого Княжества Финляндского и Императорского Финляндского сената, а в подлежащих случаях (ст. 5) и Финляндского сейма, министр Империи вносит законопроект в Государственный Совет установленным в его учреждении порядком. К представлению по сему предмету прилагаются в списках заключения Сената и Сейма.

7) Законопроект сей рассматривается Государственным Советом на общем основании, при участии Финляндского генерал-губернатора и Министра Статс-секретаря Великого Княжества Финляндского, а также тех сенаторов Императорского Финляндского Сената, кои, по Высочайшему избранию, будут особо к тому назначены.

8) Удостоенное Высочайшего утверждения мнение Государственного Совета по упомянутому законопроекту обнародуется установленным порядком как в Империи, так и в Великом Княжестве Финляндском. Тут мы видим особое положение Финляндии в делах законодательных.

Какие еще акты, кроме относящихся к отдельным территориям, были отнесены к категориям особых узаконений?

22. Дела, на основании особых узаконений, а также по особенным Высочайшим повелениям вносимые.

21 и 22 пункты указывают на то, что в России существовала особая классификация законодательных актов.

К особым узаконениям следует отнести акты, относящиеся к отдельным территориям, в данном случае речь идет о Финляндии, законодательство которой пытались интегрировать в общегосударственную систему российского права. Правда, без особого успеха. Сепаратистские настроения в обществе в 1905 г. обозначили вопрос о финляндском представительстве в будущем парламенте Российского государства. В 1910 г. был принят закон «О порядке издания касающихся Финляндии законов и постановлений общегосударственного значения», которым пытались решить и порядок представительства Великого княжества в общеимперских законодательных органах. Этим законом была установлена квота: два финских представителя в парламенте Российского государства[78]. Очевидно, назрела проблема и того, что финляндское законодательство нуждалось в определенном надзоре со стороны общеимперских властей и учреждений, чтобы предотвратить дальнейшее обособление и отчуждение Финляндии. Ввиду отсутствия одного постоянного и специализированного учреждения

для просмотра и проверки законопроектов, касающихся Финляндии, они не получали надлежащей согласованности, ни соображения с интересами империи. С момента принятия особых Положений от 3 февраля 1899 г. принимались попытки унификации финляндского законодательства, создавались комиссии и комитеты, разрабатывались специальные проекты об общегосударственном законодательстве. Так, 28 марта 1909 г было издано Высочайше утвержденное положение Совета министров об учреждении русско-финляндской комиссии для выработки проекта правил о порядке издания касающихся Финляндии законов общегосударственного значения[79].

В ходе заседаний русско-финляндской комиссии выяснилось, что между представителями русской и финляндской точек зрения не будет достигнуто единомыслия, ибо финляндские члены, защищали теорию финляндской особой государственности, русские же, ссылались, прежде всего на статью 2 Основных Государственных законов, Финляндию за самостоятельное государство не признавали и утверждали, что она есть только окраина с развитыми внутренним самоуправлением, но не больше.

Русские члены не замедлили представить и свои предположения, в которых порядку общегосударственного законодательства они предполагали подчинить следующие отрасли дел: воинскую повинность, участие в общегосударственных расходах, вопросы о подданстве и о положении иностранцев, судоустройство и судопроизводство, надзор за школьным делом, железные дороги, таможни, привилегии и авторское право, денежное, телеграфное и почтовое дело, мореплавание и прочее. Словом, проект русских членов комиссии заключал (в ст. 2) перечень в сущности меньший, чем те, что содержатся в соответственных статьях конституций иностранных государств, например в германской. Опубликование общегосударственных

законов по проекту русских членов комиссии, предполагалось предоставить Правительствующему Сенату, ему же подлежал бы и надзор за исполнением[80].

Однако, несмотря на все старания российских властей, процесс унификации финляндского законодательства так и не был завершен, ибо финляндские власти не желали признавать общегосударственное законодательство, в рамках которого финляндскому сейму отводилась бы только консультативная роль[81].

После реформы, по новому Учреждению Государственного Совета 1906 г. департаментов осталось два — Первый и Второй. Фактически полномочия департамента Законов и Гражданского департамента, сосредоточились теперь в Первом департаменте с некоторыми изменениями. Часть функций была передана в Общее собрание Государственного Совета, часть ушла в другие учреждения.

Первый департамент рассматривал теперь более узкий круг вопросов, нежели старые департаменты Законов и Гражданских и духовных дел. Он сосредоточился теперь на делах о привлечении к ответственности лиц, обвиняемых в антиправительственной деятельности, о присвоении гербов, об учреждении заповедных имений, изменении завещательных распоряжений и т. д. За 1906 г. Первым департаментом было рассмотрено всего 38 дел, в то время как только одним лишь Департаментом гражданских и духовных дел за 1902 г. рассмотрено было 450 дел.

Департамент Государственной экономии, созданный в 1810 г.[82], до 1900 г. был весьма обременен делами торговли, промышленности и народного хозяйства. Созданный в 1900 г. Департамент промышленности,

наук и торговли[83] весьма облегчил работу Департамента Государственной экономии, взяв на себя рассмотрение вышеназванных дел, однако в результате реформы 1906 г. этот департамент был расформирован, а полномочия его переданы в Общее собрание Государственного Совета, Департамент же Государственной экономии, теперь именуемый просто Вторым, сосредоточился на делах финансового характера. Но и эти изменения были не окончательными. Вскоре Второй департамент лишился полномочий решать дела об отчуждении недвижимых имуществ под строительство железных и шоссейных дорог, под устройство и расширение улиц и площадей, эта функция была полностью передана в Особое присутствие о принудительном отчуждении недвижимых имуществ и вознаграждении их владельцев[84].

Поскольку в России, где отсутствовал парламент, исторически сложилось так, что ответственность высших должностных лиц реализовывалась в рамках судебно-административных органов, то и после возникновения парламента создавалось впечатление, что парламентская ответственность высших должностных лиц и депутатов Государственной Думы не является собственно парламентской функцией. Между тем, деление функций на парламентские и непарламентские не только условно, но даже и не всегда верно. Это противопоставление спорно даже для ситуации, когда речь идет о развитом парламенте в системе строгого разделения властей, который отсутствовал в Российской империи. В широком понимании любая функция может быть причислена к парламентским, если выборные депутаты сами ее осуществляют или делегируют свои полномочия части своих коллег. Но Государственный Совет являлся чисто бюрократическим, если не по

составу, то по духу учреждением, поскольку перед реформаторами не стояла задача формирования его по выборному принципу. Напротив, речь шла о максимальном сохранении власти монарха в сфере администрации, что исключало ограничение влияние бюрократии на парламент. Отсюда и сохранение за ним ряда судебных и административных функций, отсюда и разговор о непарламентских задачах, решаемых нашей верхней палатой.

Парламент как орган государственной власти состоит из избираемого депутатского корпуса и коллектива помощников, в частности, образующих вспомогательные структурные подразделения парламента. Важно подчеркнуть, что вспомогательный корпус не может сформироваться именно как парламентский ранее возникновения «сущностного» элемента парламента — пленарного собрания избираемых более или менее демократично депутатов. Поэтому собственно верхней палатой можно считать Общее собрание Государственного Совета, тогда как, например, Государственная канцелярия, образованная почти за столетие до конституционной реформы 1905-1906 гг., не являлась парламентским учреждением по происхождению и сохраняла традиции в новых условиях. Она не успела стать фактическим парламентским институтом и по содержанию деятельности, поскольку ее деятельность, как и деятельность обоих департаментов Государственного Совета, его особых присутствий не была направлена на обеспечение законотворческих функций избираемых членов Государственного Совета. Но только они и придавали этой законодательной палате облик парламентского учреждения.

1.2.

<< | >>
Источник: АЛИЕВА ЗУЛЬФИЯ ИБРАГИМОВНА. Административно-судебные подразделения в структуре Государственного Совета 1906-1917 гг. (историко-правовое исследование). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2019. 2019

Еще по теме Сравнительный анализ административно-судебных функций Государственного Совета до и после реформы 1906 г.:

  1. АЛИЕВА ЗУЛЬФИЯ ИБРАГИМОВНА. Административно-судебные подразделения в структуре Государственного Совета 1906-1917 гг. (историко-правовое исследование). Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2019, 2019
  2. ГЛАВА 1. РЕФОРМА ГОСУДАРСТВЕННОГО СОВЕТА 1905-1906 гг.
  3. Влияние реформы Государственного Совета на деятельность государственного секретаря и Государственной канцелярии
  4. Судебно-административные функции верхних палат зарубежных парламентов второй половины XIX — начала XX в.
  5. 13. Система административной юстиции в после октябрьской (советской) России
  6. 44) Судебная реформа 1864г.
  7. Место и роль председателя Государственного Совета в структуре высшей государственной администрации Российской империи
  8. 76) Судебная реформа 1922г.
  9. Судебная реформа 1938 года
  10. Законодательство судебной реформы и новые принципы судоуст­ройства
  11. ТЕМА 12 - СУДЕБНАЯ РЕФОРМА 1864 ГОДА
  12. Подготовка нового Учреждения Государственного Совета
  13. Общие принципы организации, структура, полномочия членов и кадровый состав Особых присутствий Государственного Совета
  14. Порядок рассмотрения дел в Особых присутствиях Государственного Совета
  15. ГЛАВА 2. ДЕПАРТАМЕНТЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО СОВЕТА
  16. Государственные реформы Петра I
  17. Государственное устройство Киевской Руси. Князь и княжеский совет
  18. ГЛАВА 3. ОСОБЫЕ ПРИСУТСТВИЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО СОВЕТА
  19. 75) Реформа органов государственной безопасности в связи с переходом к НЭПу.