<<
>>

ГЛАВА 155 ПОСОЛЬСТВО КЛАВИХО В САМАРКАНДЕ (1403-1406 гг.)

...Посланцы [кастильского короля] оставались в городе Трапе­зунде с того дня, когда приехали, с пятницы 11 апреля [1404 г.] до субботы, 26-го числа того же месяца... И в воскресенье, 27 апреля, посланцы выехали оттуда и с ними охранный отряд, кото­рый приказал им дать император, чтобы проводить их по его земле.

В этот день они ночевали у одной реки, которая называется Пексик, в одной пустой церкви, которая там была...

На другой день, в понедельник, они выехали оттуда, а охранный отряд, который им дал император, возвратился и сказал, что не смеет идти дальше, боясь врагов императора; посланцы же пошли своим путем...

На другой день, во вторник, они шли по тяжелой дороге через очень высокие горы, изрезанные реками и покрытые снегами, и па ночь остановились возле одного замка, который называется Сигапа и стоит на вершине высокой скалы; к нему не было другого входа, кроме деревянного моста, переброшенного с одной скалы к воротам замка...

На другой день, в четверг, 1 мая, утром Кабасика спустился из своего замка и пришел туда, где находились посланцы; с ним было около 30 всадников с луками и стрелами. Властитель этой земли й все его спутники сошли с лошадей; он срл и пригласил посланцев сесть возле себя и сказал им, что он живет в этой земле, как они сами видят, изрезанной горами и пропастями, что этот проход нужно оберегать от турок, его соседей, с которыми он постоянно в войне, что ему с теми, которые у него живут, нечего есть, кроме того, что им дают проезжающие или что они отнимут на земле своих соседей; поэтому он просит, чтоб они оказали ему помощь вещами или деньгами. Посланцы отвечали, что они не купцы, а люди, направленные их государем, королем Кастилии, к царю Тимур-бегу, что у них нет ничего, кроме того, что они ему везут; а посланец Тимур-бега, который был с ними, сказал, что он хорошо знает, что эта земля принадлежит импе­ратору Трапезонскому, вассалу Тимур-бега, что то, что они ве­зут, принадлежит Тимур-бегу и что они должны быть в безо­пасности на этой земле...

Посланцы предложили кусок] эскарлатины [красного сукна],который был у них,и серебряную чашу, а посланец

Тимур-бега дал кусок флорентийского сукна и одежду из тонкого' полотна. Они не удовлетворились всем этим и потребовали, чтобы им дали еще... поэтому пришлось купить у проезжего купца кусок камлота и дать им. Этим они удовлетворились, и владелец замка объявил, что в безопасности доставит кастильских посланцев до земли Арсингской, сопровождая их, пока они не придут к Тимур-бегу.

На другой день, в четверг, 29 мая, около полудня приехали- к большому городу, по имени Кальмарину [Эчмиадзин? ], а оттуда лигах в шести видна была высокая гора, на которой появился Ноев ковчег во время потопа. Этот город стоял на ровном месте, с одной стороны протекала мимо него та большая река, что называется Корас [Кура], а с другой стороны была глубокая долина про­между скал такой ширины, на какую можно стрельнуть из само ­стрела; эта долина опоясывала город вокруг и шла до самой реки....Этот город Кальмарин был первый, какой был построен в мире после потопа, и построило его племя Ноя... [Сле­дует описание дальнейшего путешествия в Тебриз через Азер­байджан, где путники увидели жирафу, египетский подарок Тимур-бегу.]

Еще были в этом городе, красивые и богатые мечети, а также- были бани, самые великолепные, думается, какие только могут быть на свете. Посланцы оставались в этом городе девять дней., и, когда они захотели уезжать, им привели царских лошадей, чтоб- ехать им и людям их и чтоб можно им было повезти все свое добро, потому что, начиная с-этого места, у царя были заготовлены лоша­ди, чтобы те, которые приезжают к нему, могли ехать на них день, и ночь, иные по суткам, а другие по полусуткам;...и так были устроены дороги до самого Самарканда. От этого города до Вавилона [Багдада] было 10 дней пути; а он стоял справа от Б алдака.

В пятницу, 20 июня, посланцы выехали из Тавриза около девятого часа и приехали к ночи в замок, который называется 3 ай дана...

[Описание путешествия через Персию.

В Султанин хороший прием посольству оказал старший сын Тимура, Миран Мирза. За Тегераном заболевают многие члены посольства, которых до­ставляют в Тегеран, где двое из них умирают. В Нишапуре уми­рает также Гомес де Саласар. Описание дальнейшего путешествия через Хорасан и Хиву.]

В следующий четверг, 21 августа, посланцы приехали к большой реке, которая называется Вьядме [Аму-Дарья]... В тот же день они переправились на другой ее берег, а вечером были уже в большом городе, который называется Термит... В этот город приехал также один царский гонец, который был направлен к посланцам; он сказал им, что царь приказал приветствовать их и прислал узнать, как они

едут и каково им было в дороге, хорошо ли с ними обходились и скоро ли они прибудут... в понедельник они обедали у по­дошвы одной высокой горы... Эта гора очень высока, и в том месте есть проход, которым можно пройти сквозь гору по тре­щине; и кажется, точно он проделан человеческими рукамщ потому что с обеих сторон поднимаются очень высокие горы, а про­ход ровный и очень глубокий...

Этот проход в горах называется Железными Воротами и во всей этой цепи гор нет другого прохода, кроме этого; он защи­щает Самаркандское царство, так как со стороны Индии нет другого прохода, кроме этого... Этими Железными Воротами владеет Тимур-бег, и они приносят ему большой доход, потому что через них проходят купцы, идущие из Индии в Самарканд. Тимур-бег, кроме того, владеет другими Железными Воротами, которые находятся возле Дербента, в конце провинции Татарии,, и ведут к городу Каффе[1327]... От одних Железных Ворот до других будет 1500 лиг, если не больше... Говорят, что прежде в этом проходе от одной горы до другой были ворота, все покрытые желе­зом, и никто не смел пройти в них без позволения... [Описание дальнейшего перехода через Кеш, родной город Тимура, вблизи которого умирает еще один из послов.]

В этот день, в понедельник, 8 сентября, посланцы выехали из этого сада и дома, где жили, и отправились в город Самарканд...

Как только они приехали, их ввели в один дом, который стоял перед садом, и к ним явились два сановника, сказавшие, чтоб они дали подарки, привезенные царю, что они их пере­дадут людям, которые отнесут их царю... Ворота в этот сад были очень широкие и высокие, превосходно отделанные золотом, лазурыо и изразцами; около них стояло много привратников, вооруженных палицами...

Их привели к одному старому сановнику, который сидел на воз­вышении. Это был сын сестры Тимур-бега, и они поклонились ему; потом их подвели к маленьким мальчикам, которые сидели на воз­вышении. Это были внуки царя, и им они тоже поклонились. Тут у них спросили письмо, которое король послал Тимур-бегу, и они дали его; письмо взял один из этих мальчиков, как сказали, сын Мирана Мирзы, старшего сына царя; эти три мальчика тотчас же встали и понесли письмо царю, потом сказали посланцам, чтоб они шли к нему. Царь находился как будто на крыльце перед вход­ной дверью в прекрасный дом, стоявший там; он сидел на возвыше­нии, и перед ним находился фонтан, который бил вверх, а в фонтане были три предмета, похожие на красные яблоки. Царь сидел скре­

стив ногина шелковом ковре, а локтем опирался на подушку. На нем была надета одежда из шелковой материи, гладкой, без рисунка, а на голове высокая белая шапка с рубином наверху, жемчугом и драгоценными камнями. Как только посланники увидели царя, они приветствовали его, преклонивши правое колено и сложивши руки крестом на груди; потом подошли ближе и поклонились снова; потом поклонились еще раз и остались коленопреклоненными. Царь приказал им встать и подойти ближе... он не дал им поцеловать руки, потому что у них нет этого в обычае и они никакому великому царю руки не целуют: а не делают этого потому, что у них очень высокое мнение о себе. После этого царь обратился к ним с вопро­сом: «Как поживает король, мой сын? Каковы его дела? Здоров ли он?»...

...Письмо, которое король прислал ему, внук царя держал вы­соко перед ним; наш магистр богословия сказал через переводчика, что это письмо, которое прислал его сын король, никто не сумеет прочесть, кроме него, и что, когда царю будет угодно его послушать, он прочтет письмо.

Тогда царь взял письмо из рук своего внука, развернул его и сказал, что хотел бы прочитать его сейчас. Магистр отвечал, что если его милости будет угодно [он готов]. Царь ска­зал, что позднее, пришлет за ним, что они будут тогда одни на досуге в отдельной комнате и там он прочтет и скажет, чего они хотят... [Следует описание различных церемоний, богатств Тиму­ра, разнообразных торжеств в честь посланцев, а также рассказ о городе Самарканде. Затем дается справка по истории Централь­ной Азии и о Китае. Перед отъездом посланцев Тимур заболевает, и посольство не может с ним попрощаться.]

В пятницу, 21 ноября, посланцы выехали из Самарканда и вступили на хорошую, ровную и многолюдную дорогу. Шесть дней они шли по густонаселенной местности, где им давали все, что им было нужно,— и пищу и помещение...

В среду, 10 декабря, переплыли большую реку Биамо [Аму- Дарья] на лодках... [Следует описание путешествия с проводни­ком через пустыню.]

В воскресенье, 14 декабря, приехали в одно селение и остались там на понедельник и вторник; а в следующую среду выехали отту­да и вступили в другую пустыню, по которой шли добрых пять дней; она была плоская, и в ней было больше воды, чем в первой; дорога большей частью шла среди низкого кустарника; почва была песчаная, и страна очень жаркая. Последних три перехода были очень длинными; шли день и ночь и останавливались, только что­бы покормить лошадей и поесть самим. В воскресенье, 21 декабря, пришли в большой город, который называется Баубартель и нахо­дится уже в Хорасане. Этот город стоит у подножия высокой горы, покрытой снегом, и в местности очень холодной; город лежит на равнине и не окружен оградой... В четверг, 25 декабря, в

праздник Рождества, когда закончился 1404 год1 от Рождества Христова, они выехали оттуда. Путь их лежал между высокими снежными горами, и они шли среди них пять дней; местность была мало населена и очень холодна. В четверг, 1 января [1405 г.], они приехали в очень большой город, стоявший на равнине за этими горами и называвшийся Кабрия; вокруг него не было стен.

Тут они пробыли четверг и пятницу. Этот город находится уже в Медии...

[Описание дальнейшего путешествия, крайне утомительного из-за глубокого снега. Прибытие в Тебриз 28 февраля. Здесь при­шлось прождать целый месяц, ибо после того, как Тимур скончал­ся в Отраре (17 февраля), вспыхивают внутренние раздоры. 29 апреля по поручению 22-летнего Хулила, внука Тимура, у кастильских послов отбирают все их имущество, как и у египет­ских послов, находившихся в то время в Тебризе. Лишь 22 августа послы отправляются в путь, встречаясь с новыми трудностями. Им пришлось ехать по армянской области,, где вспыхнуло восста­ние, и они часто пользовались окольными путями. Наконец, 17 сентября послы прибыли в Трапезунд, а затем на корабле — в Перу (предместье Константинополя). Прибытие туда 22 октября. Дальнейшее плавание через Хиос в Сицилию и Гаэту, а затем в Кор­сику и Геную. Отплытие из Генуи 1 февраля 1406 г.; вследствие частых штормов послы прибывают в Сан-Лукар (устье Гвадал­квивира) только 1 марта. Возвращение в Севилью 24 марта 1406г.][1328][1329]

* * *

...Впредь Вы можете посылать в эти страны Ваших купцов, чтобы Мы оказали им всяческий почет и уважение, а также и Наши торговцы должны посещать тамошние земли, и пусть им будет оказан почет и внимание, и никто да не совершит над ними наси­лия и не причинит ущерба [дабы они по меньшей мере не испы­тывали никаких затруднений, кроме тех, которые они должны и без того претерпеть], ибо купцы способствуют процветанию мира {quia mundus per mercatores prosperatur)[1330].

* * *

Карл, Божьей милостью король франков, к весьма прославлен­ному и победоносному государю Тимуру [Themyrbeo].Привет и мир! Весьма прославленный и победоносный государь! Не оспа­ривается ни законом, ни религией, не противоречит здравому смыслу, а должно скорее считаться полезным, если земные короли и правители соединяются друг с другом постоянным доброжела­тельством и узами дружбы, даже если возникли между ними раз­ногласия из-за легковерия или молвы, потому что этому чаще всего сопутствуют мир и покой... Да будет угодно Вашему Величеству, чтобы наши купцы и другие христиане тотчас получили право завязывать торговые сношения с Вашими подданными, торговать без взаимных препятствий и иметь неограниченный доступ в Ваши страны и подчиненные области, как это было во времена Наших высоких предшественников[1331]...

Около 1400 г. политическое положение на Ближнем Востоке напоминало то, которое сложилось к 1240 г. И в том и в другом году христианские народы не были в состоянии справиться со своим главным мусульманским врагом и оба раза ошибочно полагали, что могут найти политических союзников против ислама в усилившихся монголах. Если в ХШ в. сарацины намерева­лись нанести последние удары по потерпевшей крушение политике крестовых походов, то в конце XIV в. с юго-востока грозно надвинулась турецкая опасность.

В битве на Косовом поле 15 июня 1389 г. войска фанатиков турок уже разгромили Сербию; Византийскую империю все теснее сжимало кольцо ислама, и она все больше утрачивала свою независимость. Тогда Сигизмунд, ставший позднее германским императором, создал нечто вроде крестоносного войска и попытался помочь Константинополю, которому угрожали турки.

Однако христиане были наголову разбиты при Никополе (28 сентября 1396 г.). Султан Баязид потребовал сдачи Константинополя, а император Мануил |Палеолог] пытался отдать свой город Венецианской Республике, которая, однако, отклонила это предложение. Тогда Мануил отправился в поисках помощи на Запад, передав управление своему племяннику Иоанну VII. И вдруг пришла неожиданная помощь со стороны монголов. Если в XIII в. победоносные войска монголов, продвигаясь вперед, нанесли очень тяжелые удары исламу и в 1258 г. даже захватили древнюю столицу халифата— Багдад, то в XIV в. сильная буря снова принеслась из степей Центральной

Азии и монголы еще раз на 50 лет задержали завоевание Константинополь турками. Хромой Тимур был новым грозным вождем и повелителем бесчислен­ных монгольских полчищ. Он, казалось, хотел продолжить и завершить завоевания Чингис-хана. В конце XIV в. Тимур со всей силой обрушился на мусульманские народы, а в 1401 г. разрушил до основания враждебный ему Багдад, завоевал Дамаск и, наконец, нанес привыкшим к победам туркам тяжелейшее поражение в великой битве при Ангоре (20 июля 1402 г.). В плен к победителю Тимуру попал даже сам турецкий султан Баязид I (см. гл. 154).

Выше уже говорилось о том, какие совершенно необоснованные надежды породила в христианском мире неожиданная помощь монголов после 1145 г,, и еще больше после 1221 г. (см. т. II, гл. 115, 118). Такие же честолюбивые надежды появились у многих христианских государей в связи с битвой при Ангоре, о собенно у тех правителей Западной'Европы, которым непосредственно не угрожало вторжение монголов. Это побудило их стремиться к установлению дипломатических дружественных отношений с победоносным монгольским властелином Тимуром, резиденция которого находилась тогда в Самарканде.

С 1245 по 1254 г. европейские правители и папа направляли своих послан­ников и миссионеров ШМонголию. Теперь их посылали в Самарканд, доступ к которому был крайне затруднен в течение многих столетий, почему он и слыл почти сказочным городом. В конце XIV — начале XV в. европейцы неодно­кратно бывали в Самарканде, иногда по собственному желанию, иногда поне­воле, как Шильтбергер.

Аналогия ме ^пу событиями XIII и XV вв. будет еще полнее, если мы обратим внимание на посольства, направленные к властцтелю монголов после 1400 г. королями Франции и Кастилии.

До нас дошло письмо короля Карла VI, доставленное Тимуру «братом Иоанном»[1332]. Отрывок из этого письма приведен в начале главы. Этим «братом Иоанном», рукоположенным архиепископом Востока, был не кто иной, как упоминавшийся выше, в конце гл. 142, архиепископ Султации Иоанн Галли- фонтский. Именно Иоанна наряду со многими другими орденскими братьями Тимур использовал в качестве своего посла после крупной победы, одержан­ной при Ангоре. Архиепископ должен был убедить христианских государей За­пада возобновить торговые связи с монголами. Письмо Тимура было написано на персидском языке, но в пути архиепископ, видимо, перевел его на латынь. Путь послов шел через Венецию, прежде всего в Париж, ко двору короля Карла VI, которому1 был вручен оригинал письма Тимура с переводом. 15 июня 1403 г. послу вручили ответкороля Карла. Инициатива, безусловно, исходила от Тимур-ленга, письмо которого, очевидно, было направлено ко всем могущественным правителям"! Запада. Поэтому Иоанн Галлифонтскцй надолго задержался в Европе и, видимо, вел также переговоры с правителями Венеции, Генуи, герцогом Миланским, английским королем Генрихом IV (1399—1413) и как будто даже с королем Венцелем в Праге. Правда, никаких

подробностей об этих переговорах мы не знаем. Во всяком случае, еще в 1404 г. посол Тимура находился во Франции, где он написал свой труд «.Libel- lus de notitia orbis»,рассмотренный в гл. 142.

Более подробно мы осведомлены о попытках кастильцев возобновить пе­реговоры с Тимуром. На этот раз инициатива исходила, очевидно, от кастиль­ской стороны. Король Кастилии Генрих III (1390—1406), дядя Генриха Мореплавателя, сначала.послал к Тимуру двух дворян — Пелайо Сотомайора и Фернандо Паласуэлоса. Однако они выполнили свое поручение, еще нахо­дясь в Малой Азии, где встретились с Тимуром, когда он начинал поход против турок. Послы были приняты с почетом и оказались свидетелями победы, одержанной монголами у Ангоры. Победа эта для всех христиан была весьма радостным событием. Вскоре послы возвратились в Кастилию в сопровожде­нии монгольского посла Мухаммеда ал-Кази. Посол Тимура передал Генриху письмо своего повелителя и ценные подарки.

Генрих захотел еще раз обратиться к Тимуру, и, когда Мухаммед ал-Кази собрался в обратный путь, к нему присоединился новый посол — Руй Гон­салес Клавихо, получивший задание посетить Тимура в его столице Самар­канде. О приключениях, пережитых Клавихо в пу^и, у нас сохранилось довольно подробное сообщение, так как посол вел превосходный дневник.

Путешествие Клавихо длилось почти три года. Покинув Севилыо 22 мая 1403 г., он морем через Сицилию и Родос добрался до Константинополя, вблизи которого потерпел кораблекрушение. В связи с этим ему пришлось пережидать в Константинополе, пока не кончится зима. Только с наступлением весны Клавихо на корабле попал в Трабзон, откуда 11 апреля 1404 г. снова отправился в путь через Армению и Северную Персию. После относительно благополучного путешествия он 8 сентября добрался до Самарканда, где его приняли с большим почетом, вручив ценные подарки. Не лишено вероятности, что Клавихо находился в Самарканде одновременно с Гансом Шильтбергером, который провел там часттэ своей бурной жизни1.

Пробыв в Самарканде 2х/2 месяца, Клавихо отправился в обратный путь 21 ноября 1404 г. Тут ему пришлось перенести тяжелые испытания и опас­ности, так как он внезапно лишился покровительства могущественного Тимура. Повелитель монголов, несмотря на болезненное состояние и 69-летний возраст, 26 ноября 1404 г. отправился в поход против Китая с войском, состоявшим якобы из 1800 тыс. человек. В начале января монголы перешли по льду через Сыр-Дарью и 13 января 1405 г. достигли Отрара[1333][1334]. Но здесь Тимур тяжело заболел и умер 17 февраля[1335]. На этом и закончился военный поход. Смена правителя вызвала сильные беспорядки, и внук Тимура Хулил, которому было тогда только 22 года, приказал задержать кастильских послов

и даже лишить их имущества. Поело почти полугодового вынужденного пре­бывания в Тебризе послы, наконец, смогли продолжить свое путешествие и 24 марта 1406 г. наконец возвратились в Севилью. Но стимулы к отправле­

нию нового посольства, разумеется, отпали в связи с тяжкими испытаниями, которые выпали на долю Клавихо в Тебризе^

Весьма надежная книга Клавихо представляет большую ценность для изучения культуры того века, а также психологии монголов. В сильных натурах монгольских императоров Чингис-хана и Тимур-ленга мечта облаго­детельствовать весь мир, хотя бы ценой непрерывных опустошительных войн и массовых убийств, сочеталась с влечением к искусству, науке, технике и к сношениям с другими народами. Но в мелких душах их преемников резко проявились как раз низменные инстинкты предков: властолюбие и корысто­любие. Мы это уже показали на примере внука Тимура Хулила. Клавихо

приводит еще один в высшей степени показательный пример духовной дегра­дации монгольских правителей и их изощренного властолюбия. Он сообщает, что старший сын Тимура Миран Мирза в качестве наместника своего отца совершил в Султанин величайшую глупость, которая вполне роднит его с Геростратом: он приказал разрушить все прекрасные здания в городе, чтобы будущие поколения не забыли его имени и говорили о нем: «Хотя Миран рения»1.

Мирза сам ничего не сделал, зато он велел разрушить лу1

ДНІ

ме в мире тво­

Но в дневнике Клавихо даются и более привлекательные картины куль­туры того времени. О Тебризе он сообщает, например, что там было 200 тыс. домов. Интересно также сообщение Клавихо о том, что египетские послы, направлявшиеся к Тимур-ленгу и встретившиеся с кастильцами в армянском городе Хое, везли монгольскому хану в качестве подарка от египетского сул­тана жирафу (for пи fa).Это животное испанцы никогда раньше не видели.

После возвращения из Самарканда Клавихо прожил еще несколько лет и пользовался в Испании большим почетом. Скончался он 2 апреля 1412 г.

Самый поздний перевод отчета о путешествии Клавихо сделан на англий­ском языке и издан в 1928 г. вместе со специальным исследованием его значе­ния для науки[1336][1337].

<< | >>
Источник: Рихард Хенниг. НЕВЕДОМЫЕ ЗЕМЛИ. ТОМ 3. МОСКВА - ИЗДАТЕЛЬСТВО ИНОСТРАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. 1962

Еще по теме ГЛАВА 155 ПОСОЛЬСТВО КЛАВИХО В САМАРКАНДЕ (1403-1406 гг.):

  1. Глава VI Утверждение закона и публикация его
  2. Глава 2. НАЛОГООБЛОЖЕНИЕ
  3. Глава II. Договоры.
  4. Глава I. Территорія
  5. Глава IV. Стоглавъ
  6. Глава I. Территорія.
  7. Глава I. Территорія.
  8. Глава 8 ПРАВООТНОШЕНИЯ
  9. Глава 3.8. Правоотношения
  10. Глава 3.9. Правотворчество
  11. Глава 3.8. Правоотношения
  12. Глава 3.9. Правотворчество
  13. Глава 8. Материя
  14. Глава 9. Движение
  15. Глава 10. Противоречие
  16. Глава 11. Становление