§ 5. ПОНЯТИЕ И ЦЕЛИ ЮРИДИЧЕСКОЙ КОНВЕРГЕНЦИИ

Конвергенция(от лат.сопуегдо - приближаюсь, схожусь) в биологии означает возникновение сходства в строении и функциях у относительно далеких по происхождению групп организмов в процессе эволюции; результат обитания в сходных условиях и одинаково направленного естественного отбора.

Предпосылкой теории конвергенции можно считать складывавшуюся в западной науке, начиная с 1958 г., доктрину «единого индустриального общества», которая рассматривает все индустриально развитые страны капитализма и социализма как компоненты некоего единого индустриального общественного целого. Весомый вклад в теорию конвергенции внесла появившаяся в 1960 г. теория «стадий роста», претендующая на социально-философское объяснение основных ступеней и стадий всемирной истории. Как следствие этих двух концепций и сложилась совокупность взглядов на процессы взаимодействия, взаимоотношений и перспектив капитализма и социализма, получившая название теории конвергенции¹.

Теорию конвергенции разрабатывали П. Сорокин, Дж. К. Гэлбрейт, У. У. Ростоу (США), Ж. Фурастье и Ф. Перру (Франция), Я. Тинберген (Нидерланды), Х. Шельски и О. Флехтгейм (ФРГ) и др.^[700][701] Первоначально эта теория доказывала образование экономического сходства между развитыми странами капитализма и социализма, которое она видела в

развитии промышленности, технологии, науки. В дальнейшем теория конвергенции стала прокламировать растущее сходство в

культурно-бытовом отношении между капиталистическими и

социалистическими странами - тенденции развития искусства, культуры, института семьи, образования.

конвергенции идеологий, идеологических и научных доктрин¹.

Юридическая конвергенция как таковая еще не стала предметом специального научного анализа. О правовом аспекте конвергенции ведется речь преимущественно в компаративистских исследованиях (А. И. Саидова, Р. Давида и др.). В теории права этой проблеме в какой-то мере уделил внимание известный отечественный правовед С. С. Алексеев, посвятив данному вопросу один из разделов своей работы «Избранное», где правовая конвергенция рассматривается как сближение правовых систем современности^[702][703]. В последние годы обозначил свой интерес к проблемам конвергенции Н. М. Коршунов^[704].

Для того чтобы определить адекватный объем понятия юридической конвергенции, рассмотрим ее признаки, структуру и взаимосвязь с различными родственными явлениями.

Как было отмечено выше, термин «конвергенция» означает сближение, сведение в единое. С этой позиции термин «юридическая конвергенция» корреспондирует с термином «правовая глобализация».

Юридическая конвергенция - это один из двух путей к образованию единого глобального права (наряду с его искусственным созданием). Следовательно, она представляет собой процесс постепенного формирования толерантности и подобия правовых систем. При этом подобие не означает формирования тождества и единообразия; это скорее когерентность (от лат. cohaerens - находящийся в связи) на основании скоррелированности и комплементарности.

Юридическая конвергенция весьма близка по содержанию и к правовой аккультурации.

В целом, можно сказать, что правовая аккультурация - это один из способов «сближения» правовых систем, т. е. вариант юридической конвергенции на основании принципа подобия и следования более совершенным образцам (парадигмам) регулирования общественных отношений с помощью права.

Вместе с тем юридическая конвергенция шире правовой аккультурации, поскольку помимо процессов формирования подобия она сближает не только правовые системы, но и их элементы внутри правовых систем и может быть направлена на глобализацию (если осуществляется целенаправленно).

Юридическая конвергенция отличается и от гармонизации законодательства.

В международно-правовой литературе гармонизацию относят к числу основных форм сотрудничества государств¹.

По мнению М. М. Клетченковой,в общей форме гармонизацию можно определить как способ, обеспечивающий формирование общих основ правовой политики сотрудничающих государств в отдельных областях общественной жизни или сферах экономики; это - процесс, направленный на сближение права разных государств и устранение или уменьшение

₂

различий в нем^[705][706].

В. М. Баранов и М. А. Пшеничнов утверждают, что гармонизация законодательства - особый тип взаимодействия законов, сложное системное явление, пронизывающее собой многие, если не все, процессы совершенствования, унификации, социализации структурных элементов правовой системы. В общегосударственном контексте гармонизация позволяет согласовывать (сближать) различные по динамике и направленности, а порой и встречные противоборствующие интересы отдельных слоев и групп населения, хозяйствующих субъектов, территориальных единиц и образований^[707].

В целом, гармонизация законодательства - это:

- способ взаимодействия внутри и вовне правовых систем;

- разновидность согласования требований правовых предписаний;

- двусторонняя или многосторонняя добровольная процедура, когда деятельность субъектов гармонизации направлена на согласование и совместное преодоление противоречий и недостатков;

- метод сближения правовых систем и их элементов.

Следовательно, юридическая конвергенция соотносится с гармонизацией законодательства как целое и часть. Гармонизация законодательства выступает методом юридической конвергенции.

Как было отмечено выше, при рассмотрении юридической конвергенции обычно речь идет о сближении правовых систем. Вместе с тем, несмотря на имеющиеся определения правовой системы, охватывающие, по мнению их авторов, все, что так или иначе опосредовано правом^[708], некоторая часть права выходит за рамки правовой системы общества. Следовательно, юридическая конвергенция - это сближение не только системно-юридических элементов национального права, но и стихийно-правовых явлений в праве отдельных государств. Кроме того, анализ современного законодательства позволяет выявить сближение права и закона, права и иных социальных и несоциальных регуляторов.

В настоящее время наблюдается тенденция к расширению процессов взаимодействия в праве. А значит, и конвергенционные механизмы, связанные с правовым регулированием, не исчерпываются взаимодействием правовых систем, так как различного рода взаимодействия возможны и внутри системы права, и в процессах формирования и действия права. В связи с данным обстоятельством можно вести речь уже не о юридической конвергенции как собственно юридическом явлении, а о других вариантах сближения между странами и народами, осуществляемого на основе права, например, об опосредовании экономических, политических и духовных межгосударственных связей.

Юридическая конвергенция - это процесс взаимодействия между элементами внутри системы права, между правом и иными регуляторами отношений в обществе, а также между правовыми системами различных государств, характеризующийся сближением, увеличением количества связей между элементами сближающихся объектов и степенью согласованности воздействия этих элементов на общественные отношения.

Юридическая конвергенция представляет собой определенный процесс.

Процесс юридической конвергенции - это совокупность взаимосогласованных этапов сближения юридических и на их основе неюридических явлений для достижения целей юридической конвергенции.

закона и опосредованной (производной) целью - обеспечения естественных и неотчуждаемых прав и свобод.

Относительно целей юридической конвергенции следует отметить, что:

- они имеют не однозначный, а скорее множественный характер;

- являются непосредственными результатами, к которым с учетом логики развития данного процесса он должен прийти;

- заключаются в обеспечении развития других процессов.

Непосредственной целью юридической конвергенции является достижение когерентности права, возникающей на основе сближения национальных правовых систем. Правовые системы когерентны, если разность в результатах регулирования однотипных отношений несущественна и правовые последствия не противоречат общим и частным целям правового регулирования (на основании достигнутой общности и согласованности между правовыми системами возможно общее установление, изменение и прекращение правоотношений).

Наиболее показательно когерентность правовых систем проявляется в конституционном законодательстве.

В настоящее время насчитывается более ста действующих конституций. Некоторые из них приняты свыше100 лет назад (конституции Швейцарии 1874 г., США 1787 г., Норвегии 1814 г.), однако большинство конституций появилось после Второй мировой войны. Несмотря на то, что каждая из ныне действующих конституций обладает специфическими индивидуальными чертами, им присущи некоторые общие черты. Эти совпадения являются следствием конвергенции и примером формирующейся когеренции конституционного права в важнейших институтах и принципах данной отрасли. Причем когеренция между конституциями формируется по двум основным типам: во-первых, сближение на основании совершенных образцов и формирования подобия за счет синхронизации и гармонизации законодательства; во-вторых, сближение на основании односторонней комплементации (ключ-замок). Данный способ характеризует перестройку правовой системы реципиента таким образом, чтобы страна-донор имела определенные тайные или скрытые политические, экономические и другие преференции во взаимоотношениях с государством реципиентом.

Примером второго типа когеренции между конституциями может служить влияние права западного образца (в частности, Конституции США) на восточные правовые системы.

Конституция США - это Основной закон США, имеющий высшую юридическую силу. Она была принята 17 сентября 1787 г. на 593

Конституционном Конвенте в Филадельфии и впоследствии ратифицирована всеми 13 существовавшими тогда американскими штатами. Конституция США считается первой в мире конституцией в современном понимании^[709]. Она состоит из семи статей, за время ее действия были приняты 27 поправок, ставшие ее неотъемлемой частью (в том числе поправки, составляющие Билль о правах).

В преамбуле Конституции США зафиксировано: «Мы, народ Соединенных Штатов, в целях образования более совершенного Союза, утверждения правосудия, обеспечения внутреннего спокойствия, организации совместной обороны, содействия общему благосостоянию и обеспечения нам и нашему потомству благ свободы, учреждаем и принимаем эту Конституцию для Соединенных Штатов Америки».

Хотя преамбула обозначает общие цели, ради достижения которых народ принял Конституцию, она никогда не считалась источником каких-либо конкретных полномочий, возложенных на правительство Соединенных Штатов или какой-либо из его департаментов. Вместе с тем преамбула содержит исключительно важное положение о том, что Конституция принимается народом Соединенных Штатов в целом, что свидетельствует в пользу демократической республиканской формы правления в США, как и деление государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную (ст. 1 -3 Конституции США).

В свою очередь, в Японии Конституция была принята только в 1947 г. Более 300 лет эта страна оставалась изолированной и закрытой от внешнего мира. В конце 80-х гг. XIX в. начались резкие изменения в японском праве, т. е. его европеизация, в том числе были провозглашены первые права граждан (свобода выбора места жительства, профессии). Поражение Японии во Второй мировой войне и ее оккупация войсками США - одна из основных причин, приведших к крутой ломке конституционных институтов. Проект послевоенной Конституции Японии был составлен в штабе оккупационных войск и затем доработан правительством страны. Конституция была принята парламентом, избранным в апреле 1946 г. Третьего ноября 1946 г. император специальным декретом промульгировал Основной закон, который вступил в силу 3 мая 1947 г. В Конституции Японии весьма заметно влияние Конституции США. Оно прослеживается в закреплении прав и свобод,

особенно личных прав, основанных на концепции индивидуализма^[710]. В данном случае основой конвергенции норм, регулирующих правовой статус гражданина, стало признание западноевропейской концепции естественного права и личности как активного носителя прав и свобод.

Конституция Японии 1947 г. гарантирует «нерушимость и вечность» основных прав граждан (ст. 11 и 97). Они рассматриваются как абсолютные и присущие человеку от рождения и не могут нарушаться даже путем издания парламентом соответствующего закона. Конституция установила, что «все люди должны уважаться как личности» (ст. 13), они «равны перед законом и не могут подвергаться дискриминации в политическом, экономическом и социальном отношениях по мотивам расы, пола, социального положения, а также происхождения». Особо оговаривается равенство мужчин и женщин, в том числе равенство при замещении государственных постов (ст. 44).

В японской Конституции нашли свое отражение все группы прав, свобод и обязанностей граждан: личные (гражданские), политические и экономические, социальные, культурные. Личные права и свободы предоставляют конституционную защиту частной жизни граждан, свободу человека от неправомерного вмешательства государства.

Право «на жизнь, свободу и стремление к счастью» закрепляет ст. 13. Далее конституционное право на жизнь развивается в ст. 36, в которой запрещается применение пыток и жестоких наказаний, и в ст. 31, гласящей, что «никто не может быть лишен жизни или свободы или быть подвергнут какому-либо наказанию иначе как в соответствии с процедурой, установленной законом». Среди так называемых инновационных прав Конституция Японии закрепляет право на безопасность и право на здоровую окружающую среду.

Право на свободу мысли и совести (ст. 19) отражает личные права в духовной сфере и предполагает свободу от идеологического контроля. Япония является светским государством, поскольку Конституция признает свободу религии и, кроме того, «государство и его органы должны воздерживаться от проведения религиозного обучения и какой-либо религиозной деятельности» (ст. 20).

Также Конституция Японии закрепляет неприкосновенность жилища, тайну частной жизни и коммуникаций (ст. 35). Статья 22 предусматривает свободу передвижения и поселения.

В достаточно широком объеме Конституция Японии устанавливает уголовно-правовые и процессуальные гарантии личных прав и свобод. По американскому образцу Конституция Японии провозгласила принцип «привилегии против самообвинения»: «Никто не может быть принуждаемым давать показания против самого себя. Признание, сделанное по принуждению, под пыткой или под угрозой либо после неоправданно длительного ареста или содержания под стражей, не может рассматриваться как доказательство. Никто не может быть осужден или подвергнут наказанию в случае, когда единственным доказательством против него является его собственное признание». Никто не может быть арестован без должных оснований (ст. 34). Арест может проводиться только при наличии приказа компетентного работника органов юстиции (ст. 39 запрещает привлечение к ответственности вторично за одно и то же деяние). Право на беспристрастный суд, открытое разбирательство и на защиту в судебном процессе сформулировано в ст. 37 Конституции Японии.

Политические права связаны с участием в политической жизни государства и управлением им. Японская Конституция предоставляет гражданам избирательное право (ст. 15, 44 и 93) и право подачи «мирных петиций», причем в Основном законе обозначен их круг: возмещение ущерба, смещение публичных должностных лиц, введение, отмена исправление законов, указов или предписаний. К политическим свободам относятся свобода собраний и объединений, а также свобода слова, печати и всех иных форм выражения мнений (ст. 21).

Понимание социально-экономических прав и свобод тесно связано с концепцией социального государства, ядром которой является принцип ответственности государства за обеспечение развития общественного благосостояния, социального обеспечения и народного здравия. Эти идеи нашли отражение в ст. 25 Конституции Японии.

В целях недопущения и предотвращения возможной военной агрессии, союзники включили в проект Конституции принцип-обязательство об отказе Японии от войны и вооруженных сил. В результате ст. 9 Конституции, по которой до сих пор не умолкают дискуссии, гласит, что, «искренне стремясь к международному миру, основанному на справедливости и порядке, японский народ на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров. Для достижения цели, указанной в предыдущем абзаце, никогда впредь не будут создаваться сухопутные, морские и

военно-воздушные силы, равно как и другие средства войны. Право на

₁

ведение государством войны не признается»¹.

В целом, наличие в Конституции Японии блока охраняемых прав и свобод - это яркое свидетельство юридической конвергенции на глобальном уровне. Вместе с тем обусловленный американской оккупацией законодательный запрет Японии иметь вооруженные силы свидетельствует о методе комплементации, примененном в рассмотренном варианте конвергенции и достигнутой на этой основе когерентности.

Еще одним примером конвергенции с правовой системой США, где присутствие государства и права этого государства более очевидно, служит правовая система Республики Филиппины. В настоящее время в данном государстве действует Конституция, принятая в 1987 г.

Территория Филиппин, состоящая более чем из 7 тыс. островов, до конца 1930-х гг. находилась в орбите американской модели колониальной конституционной юстиции. Четвертого июля 1946 г. после почти двухлетней борьбы с США, которые пытались затормозить освободительный процесс и возобновить полное господство над довоенными автономными Филиппинами - фактически одной из самых больших колоний Вашингтона, президенты США и Филиппин в Маниле подписали соглашение о суверенитете Филиппинских островов. И хотя в соглашении последним был навязан ряд принципиальных условий, выход на мировую арену независимой Республики Филиппины стал историческим фактом.

Однако при этом объектом конституционного контроля в новой республике оставалась Конституция 1935 г., которая изменялась

парламентом Филиппин. Данные изменения в 1939 и 1940 гг. были утверждены президентом США и лишь в 1947 г. - всенародным референдумом. Таким образом, сильное влияние США сохранялось и после разрушения колониальной зависимости Филиппин. Современная Конституция Филиппин, продолжая традиции Конституций 1935 и 1972 гг., предписывает создание и функционирование правовой системы по американскому образцу: четко проявляются три ветви власти; создан двухпалатный парламент, президент формирует ответственное перед ним правительство, имеется свой Билль о правах^[711][712].

Форма правления Филиппин, сформированная под сильным внешним влиянием, когерентна форме правления США по принципу комплементарности, что позволяет США и сегодня активно вмешиваться во внутреннюю и внешнюю политику Филиппин. Иными словами, формально-парадигмальная аккультурация на деле оборачивается возможностью «подобрать ключи» к управлению этой бывшей колонией. Конечно, конвергенция в данном случае не вызывает сомнений, но она носит односторонний, неравноправный характер.

Обеспечение прав человека на Филиппинах конституционно зафиксировано в ст. III Конституции, которая содержит Билль о правах. Нормы Билля охраняют человеческое достоинство, личную неприкосновенность и неприкосновенность жилища, неприкосновенность частной жизни и т. д. По форме и по названию филиппинский Билль о правах когерентен американскому, однако по содержанию данные нормы в большей степени когерентны Всеобщей декларации прав человека.

Таким образом, в данном случае основным конвергирующим фактором являются права и свободы, а использование метода комплементации при сближении явно не выражено, но тем не менее присутствует в отраслевом законодательстве, так как даже в настоящее время (хотя колониальный режим далеко в прошлом) присутствие США проявляется во многих сферах жизни Филиппин.

Как следует из представленных примеров, максимальная когерентность между конституционным законодательством различных стран уже существует на основании всемерного обеспечения прав и свобод, ставших образцом (парадигмой) сближения стран и народов. При этом в других вопросах конституционного регулирования возможны расхождения в использовании метода комплементации. Причем прямой зависимости между оккупацией или другой формой экспансии и методами конвергенции не наблюдается.

Например, оккупация Западной Германии не повлекла однозначных итогов, как в Японии. В послевоенной Конституции (Основном законе) ФРГ также большое внимание уделяется правам и свободам личности. Они поставлены в начале документа как реакция на необходимость преодоления опыта Веймарской республики и националистического государства. Основные права и свободы стали правом прямого действия, которому подчинено законодательство, исполнительная и судебная ветви власти. Центральное место занимают право человека на достоинство и право человека на свободу (ст. 1 и 2). Общее право немца на свободу дополняется правом на жизнь, здоровье, свободу вероисповедания, свободу мнений,

объединений. Права, обеспечивающие свободы, дополняются правами, обеспечивающими равенство. Наряду с общей формулировкой принципа равенства (ч. 1 ст. 3), имеются специальные положения, обеспечивающие равенство мужчины и женщины (ч. 2 ст. 3), запрет предпочтения по признакам пола, происхождения, расы, языка, отечества, места рождения, вероисповедания, религиозных и политических взглядов, не допускается ущемление из-за недостатков (ч. 3 ст. 3). Также закрепляется равенство статуса граждан (ст. 33) и равенство в избирательных правах (ст. 38). Основной закон обеспечивает незыблемость конституционных прав и их судебную защиту (ч. 4 ст. 19)¹. Вместе с тем запрета на вооруженные силы в ФРГ не имеется, хотя и существуют некоторые ограничения в данном вопросе.

Вторым важным фактором конвергенции (ее опосредованной целью) и последующей когеренции правовых систем является народный суверенитет.

В этом отношении едины как «старые», так и «новые» конституции. В преамбуле Конституции США провозглашается: «Мы, народ Соединенных Штатов... учреждаем и принимаем эту Конституцию...». Здесь же перечисляются цели «образования более совершенного Союза», но ничего не говорится о власти и ее носителях. Статья 25 Конституции Бельгии 1831 г. гласит: «Все власти исходят от народа. Они осуществляются установленным Конституцией порядком». В ст. 1 Конституции Итальянской Республики сказано: «Италия - демократическая республика, основывающаяся на труде. Суверенитет принадлежит народу, который осуществляет его в формах и в границах Конституции». В ст. 1 Конституции Испании 1978 г. записано: «1. Испания - социальное, правовое и демократическое государство... 2. Национальный суверенитет принадлежит испанскому народу, от которого исходят полномочия государства». Конституция Филиппинской Республики в редакции 1984 г. говорит о «суверенном филиппинском народе»^[713][714].

В японской конституционной истории принцип народного суверенитета как основы государственной власти ранее не существовал. Однако по Конституции 1947 г. такой основой стал народ. Принцип народного суверенитета реализуется и при изменении Конституции Японии - требуется проведение особого референдума или выборов, а способ ратификации определяется парламентом.

К высокой степени когеренции как результату конвергенции норм конституционного права можно отнести и то, что все современные конституции в той или иной форме закрепляют институты частной собственности, устанавливают и закрепляют форму правления соответствующего государства - республику или монархию, формы конституционного контроля и основные принципы теории разделения власти.

В некоторых конституциях (итальянской, французской, германской) концепция разделения власти не выражена семантически точно, она как бы подразумевается, из нее исходят. В других (американской, датской, японской) принцип разделения власти четко сформулирован в соответствующих статьях.

Итак, в современном мире наблюдается неуклонное сближение ныне действующих «старых» и «новых» конституций путем формирования сходства и подобия, в отдельных случаях используется одностороння комплементация. Все это свидетельствует о той или иной степени их когерентности с перспективной целью - обеспечения возможностей более эффективного взаимодействия стран и народов.

Вместе с тем принципиальное сходство и безусловную конвергенцию анализируемых правовых систем нельзя рассматривать как одновекторный вариант парадигмальной когерентности или глобализации. По отношению к формированию и осуществлению власти, а также способам обеспечения и фиксации основных прав и свобод результаты конвергенции различны. При этом формально-парадигмальная когеренция верховной власти, создание формы правления по американскому (или английскому) образцу фактически оборачивается вариантом экспансивного насаждения представителями администраций развитых стран (или стран-победительниц) конституционного строя, основанного на вертикальной централизованной системе, с возможностью сохранения контроля или хотя бы влияния со своей стороны.

Права и свободы в рассмотренных конституциях имеют содержательные различия, но принципиально подобны. Конвергенция в данном случае осуществляется в рамках общемирового процесса правовой глобализации, основанной на интегративной аккультурации или транснациональной правовой парадигме^[715].

Таким образом, рассмотренные примеры юридической конвергенции и основанной на ней когерентности права зависят от многих факторов, среди которых решающее значение имеют:

а) тип и форма сближающихся правовых систем;

б) степень экономической и политической развитости государств их носителей;

в) степень совершенства самой правовой системы с точки зрения юридической техники;

г) практика реализации содержащихся в правовой системе предписаний.

Итог конвергенции рассмотренных выше правовых систем - это достижение значительной степени их связанности (когерентности). Следовательно, и непосредственная цель юридической конвергенции выражается в установлении (образовании) когерентностиправовыхсистем.

Если проанализировать по подобной схеме сближение права и закона, элементов системы права, нормативного и ненормативного правового регулирования, а также сближение права и иного социального и несоциального регулирования, то аналогично можно выявить когерентность как непосредственную цель осуществляемой конвергенции. Следовательно, когерентность - общая непосредственная цель юридической конвергенции, которую обозначим как когерентность права.

Когерентность права - это непосредственная цель юридической конвергенции, обусловливающая высокую степень связанности и согласованности между элементами системы права, правом и системой социального и несоциального регулирования, а также между национальными правовыми системами.

политической, экономической и духовной сферах жизнедеятельности общества.

Например, занимаясь разработкой международных стандартов бухгалтерского учета, комитет FASB руководствуется следующими положениями. В конечном итоге процесс глобализации приведет к всемирному использованию для составления отчетов, отражающих как внутренние, так и международные финансовые операции, единого множества высококачественных стандартов бухгалтерского учета. Потребность в такого рода стандартах определяется желанием иметь высококачественную и сопоставимую в международном масштабе финансовую информацию, которая уже сейчас необходима владельцам капиталов для принятии решений на глобальном рынке акций. Комитет FASB считает, что прогресса в указанном направлении можно добиться с помощью повышения международной сопоставимости отчетности. Разумеется, при условии сохранения наивысшего качества стандартов бухгалтерского учета в Соединенных Штатах^[716]. Фактически в данном случае цель юридической конвергенции - обеспечение глобализации в сфере бухучета.

Кроме того, требует юридической конвергенции новое комплексное направление развития науки - так называемая NBIC-конвергенция.

NBIC-конвергенция - это объединение в конструкторско-технологиический комплекс нано-, био-, инфо- и когнотехнологий, т. е. технологий управления сознанием. В принципе, название «NBIC-конвергенция» не совсем верно. В конвергенцию необходимо добавить особый тип технологий оптимального природопользования, т. е. технологий конструирования и эксплуатации природных и искусственных ландшафтов. В этом случае будет уже не четыре, а пять элементов, которые необходимо объединить:

- нанотехнологии;

- биотехнологии;

- информационные технологии;

- технологии управления сознанием, т. е. «когно»;

- природопользовательские технологии, или технологии конструирования и эксплуатации природных (естественных, возникших без участия человека), искусственных (космическая станция, подводная лодка, «умный дом» и т. п.) и гибридных (городские конгломераты) ландшафтов.

С конструкторско-технологической точки зрения интеграция, или конвергенция, пяти указанных типов технологий имеет смысл для решения одной, единственно возможной, задачи: создания

₁

носителей совершенно новых видов сознания¹.

Требует юридической конвергенции и обеспечение экономического «подтягивания» некоторых стран до уровня Евросоюза. Например, экономическая конвергенция Болгарии и Евросоюза. Аналитики информируют, что у данной акции есть две, так сказать, ипостаси. Одна из них - это номинальная конвергенция. Ее показателей - таких, как уровень цен, инфляция, годовые проценты по банковским займам, объем денежной массы и т. д., - очевидно, можно достичь без особых усилий. Гораздо сложнее осуществить (если не на все 100 %, то хотя бы приблизиться к европейским критериям) другую, реальную, конвергенцию. В ее «состав» входят такие компоненты, как ресурсная отдача национальной экономики, участие в общеевропейском разделении труда, реальные доходы

₂

населения, его социальный статус и др.^[717][718]

Таким образом, цели юридической конвергенции могут быть разнообразными в зависимости от вида, формы, метода конвергенции, а также условий ее реализации, взаимосвязи с другими видами конвергенции.

Цели юридической конвергенции - это прогнозируемые, юридически значимые результаты, на которые, как правило, направлен процесс юридической конвергенции и которые выражаются в максимальной когерентности (связанности) конвергирующих правовых явлений, а также в правовом обеспечении политических, экономических, духовных и иных неюридических связей и отношений.