ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенное исследование позволяют прийти к ряду выводов.

В отличие от новоучрежденной Государственной Думы, Государственный Совет подвергся реформированию, в процессе которого многие его прежние структурные особенности и компетенция оказались частично сохраненными.

При этом ряд старых функций указанных структурных подразделений Государственного Совета, которые во многом были связаны с обслуживанием административных полномочий императора, предполагалось их постепенное отмирание в будущем, чтобы в перспективе департаменты и отделения могли стать элементами общего аппарата российского парламента. Впрочем, на протяжении рассматриваемого периода подобная тенденция не просматривалась. Напротив, их роль и значение как бюрократических структур, обслуживающих императора, только возрастала. Примером такой отмирающей функции было предоставление Первому департаменту права реализовывать процессуальную стадию предания суду высокопоставленных чиновников в обход судебных палат, но под контролем императора.

Доказательством бюрократизации служат и изменения, которые произошли в делопроизводстве Государственного Совета. До 1906 г. дела заслушивались в департаментах, откуда поступали в общее собрание. В обновленном Совете все дела законодательного характера рассматривались непосредственно общим собранием. Из департаментов, особых присутствий и Государственной канцелярии рассмотренные ими дела поступали на

монаршее утверждение, минуя общее собрание. Личный состав департаментов монарх ежегодно комплектовал только из числа назначаемых членов верхней законодательной палаты.

Изменения в системе формирования личного состава обновленного Государственного Совета, оборачивались целым рядом противоречий в кадровой политике монарха относительно верхней законодательной палаты.

Административно-судебные подразделения Государственного Совета оказались обособлены от Государственного Совета как законодательной палаты. Их связывали разве только общее наименование и общая Государственная канцелярия. Эти административно-судебные учреждения являлись наследием Государственного Совета эпохи неограниченного самодержавия: департаменты отчасти, особые присутствия в полной мере.

Особое присутствие для предварительного рассмотрения всеподданнейших жалоб на определения департаментов Правительствующего Сената было важным звеном в системе учреждений, занимавшихся приемом жалоб и иных обращений российских подданных. Однако Особое присутствие не разрешало дел по существу, а лишь давало заключение о том, «в какой мере изложенные в жалобе объяснения могут

служить достаточным основанием к переносу дела на рассмотрение Общего собрания Сената».

В целом в реформированном Государственном Совете (так же, как и в правящей элите России начала XX в.) преобладали представители высшей бюрократии, в союзе с верхами поместного дворянства, представленными в избираемой части Общего собрания Государственного Совета как верхней законодательной палаты. Члены Государственного Совета по назначению оказались в более зависимом положении от правительства, чем до 1906 г. В результате Государственный Совет на деле оказался не столько частью представительства (хотя бы и имущих классов), сколько Советом чиновников, постановляющим свои заключения по указаниям высшего начальства. Бюрократические слои численно доминировали во всех подразделениях Государственного Совета — как в общем собрании, игравшем роль верхней законодательной палаты, так и прежде всего в его административных и административно-судебных учреждениях. Таким образом, сохранение и частичное увеличение административной и административно-судебной компетенции реформированного

Г осударственного Совета гарантировало его консервативную роль в системе высших органов государственной власти Российской империи.