Хозяйственные правонарушения

Еще один тип судебных исков, традиционно разбиравшихся соглас­но адату, составляли хозяйственные правонарушения. В советское время это примерно 19% дел, зарегистрированных в сельской мест­ности (подсчитано по материалам «Годовых отчетов колхозов и совхо­зов Дагестанской АССР»: ЦГА РД, ф.

Иски по делам первой категории в советское время продолжали разбираться на местах сначала сельскими словесными, а с 1928 г. — общественными судами и сельскими либо районными советами. Истцами и ответчиками в них обычно были члены одного и того же коллективного хозяйства или соседних колхозов/совхозов. Нередко они принадлежали к издревле соперничающим сельским фракциям (кланам-тухумам, кварталам) (Архивы райкомземов Ахтынского, Ру- тульского, Хунзахского и Цумадинского районов; ср.: Лавров:1982, 117-118, 128-129). Причиной ссор и тяжб были время от времени повторявшиеся потравы скотом приусадебных участков или колхозных пастбищ, пожары, нарушения очередности при пользовании обшест-

Мельница советского времени в окрестностях с. Тлондода

венными оросительными каналами и пастбищами весной и летом (по­левой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1992-2001 гт.

Хотя по закону в 30-80-е годы для урегулирования хозяйственных конфликтов суды должны были обращаться к колхозному праву, на деле они продолжали придерживаться норм местного адата, приспо­собленных к советским условиям. Дело в том, что после форсирован­ного проведения коллективизации основные положения Устава сель­скохозяйственной артели были перетолкованы горцами согласно поземельным и хозяйственным нормам местного адата. Первые пред­седатели коллективных хозяйств, с детства привыкшие следовать ада­ту, вольно или невольно вносили его нормы в колхозные институты.

Так, статус общинного владения (харим) перешел на колхозную и государственную (совхозную) собственность. Недаром в 20-х — пер­вой половине 30-х годов крестьянские комитеты общественной взаи­мопомощи (ККОВ) в горах создали первые коллективные хозяйства на основе бывших общинных пастбищ. Так были образованы товарище­ство по совместной обработке земли (ТОЗ) в с. Аскент, сельскохозяй­ственная артель-коммуна в с. Чох, ТОЗ «Заря Востока» в с. Хуштада, совхоз «Геджух», колхоз им. Сталина в с. Хунзах, колхоз им. Мирза- бекова в с. Шиназ и многие другие (ЦГА РД, ф. 38, on. 1, д. 3, л. 18,

on. 2, д. 5, л. 17-18; полевой материал В.О.Бобровникова, собран­ный в 1992 и 1995 гг. в Цумадинском районе, в 1997 г. — в Ругуль- ском районе РД).

Вплоть до укрупнения колхозов в 50-60-е годы большинство горных колхозов сохраняли старые границы досоветских общин-джамаатов, отмеченные естественными природными преградами — реками, гор­ными хребтами и оврагами-балками. Но и после укрупнения остава­лось много мелких одноаульных колхозов. А в конце 80-х — начале 90-х годов в горах начинается повальный распад крупных коллектив­ных хозяйств на мелкие одноаульные или даже одноквартальные кол­хозы. Причем возникают они обычно в рамках дореволюционных джамаатов. В 1992-1998 гт. я наблюдал этот процесс в селениях Гимерсо, Ричагоних, Цумада, Хвайни, Эчеда, Борч, Рутул, Кала и др. (полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1990-е годы в Хунзахском, Цумадинском, Ахтынском, Рутульском районах РД; подробнее см.: Бобровников: 1997в, 135).

Личные приусадебные участки унаследовали права обобществленных в 30-е годы частносемейных полей (мульк). В некоторых отдаленных горных колхозах, например в колхозе «Красный партизан» с. Кванада (образованном в 1941 г.), большинство мульков сохранило своих прежних владельцев (полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1992 г. в Цумадинском районе РД). Вплоть до конца 80-х годов их продолжали передавать по наследству, тайно продавать и дарить. Причем, как прежде мульк не мог перейти не к члену джамаата, так и приусадебным участком мог пользоваться только член данного колхо­за или рабочий совхоза (Архив Дагестанского обкома КПСС, ныне в составе ЦГА РД, ф. р-1, оп. 15, д. 124, л. 292). Русские учителя и врачи, появившиеся в горных селениях в 40-60-е годы, как правило, не могли получить здесь приусадебного участка.

В то же время в хозяйственных нормах адата при коллективизации произошли определенные изменения. При разборе хозяйственных преступлений дореволюционный словесный суд ограничивался штра­фами в пользу потерпевшего и общины. В 30-50-е годы по знаме­нитому указу 1932 г. случаи порчи общественного имущества стали наказываться намного строже. Известны примеры, когда виновных в случайном поджоге колхозных построек или чабанов, не спасших колхозные стада от волков и стихийных бедствий, «раскулачивали» и ссылали за пределы Дагестана (Архив Рутульского района, с. Рутул; полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1997 г. в Рутуль­ском районе РД).

В 60-80-е годы колхозы и совхозы Дагестана вернулись к досо­ветской практике штрафов за хозяйственные преступления. В подоб­ного рода конфликтах виновную сторону присуждали к возмеще­нию натурой или деньгами ущерба пострадавшему и одновременно

Частный хутор, превращенный в приусадебный участок колхоза им. Чапаева

к штрафу в пользу коллективного хозяйства. Например, в совхозе им. Ленина с.

Дела второй категории также рассматривались на местах в колхо­зах или совхозах. В роли истца здесь выступало само коллективное хозяйство, по адатной традиции считавшееся верховным собственни­ком как коллективных, так и частных земель на своей территории. Ответчиками чаще оказывались его члены, реже — члены соседних колхозов. Иск обычно возбуждался колхозным сторожем, поймавшим нарушителя закона с поличным. Колхозных сторожей назначали по жребию для проверки исполнения постановлений колхозного началь­ства, касающихся весеннего сева, летней страды и осенней уборки урожая. Они должны были обходить земли колхоза и докладывать словесному суду обо всех замеченных ими нарушениях хозяйствен­ного адата. Интересно отметить, что вплоть до 40-х годов колхозные сторожа и полевые исполнители носили имя дореволюционных испол­нителей джамаата (например, авар. г1елиби). Позднее их стали назы­вать ахран (от рус. глагола «охранять») (Архив Пумадинского района, с. Агвали, д. 239; полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1996 г. в Цумадинском районе РД).

Колхозное право унаследовало от адата функции охраны сельско­хозяйственных угодий и надзора за соблюдением единого сельскохо­зяйственного оборота на землях общины. В горах до 60-х годов кол­лективные хозяйства экономно использовали каждый клочок плодо­родной земли. Под угрозой высоких штрафов колхоз, как прежде община-джамаат, запрещал самовольно изменять использование любых категорий земель на своей территории.

Годекан советского времени в с. Тлондода

ном «открытии» сначала верхних, а затем нижних участков полей-мег. Летом и осенью «закрытыми» считались зимние пастбища на южных, солнечных склонах гор (РФ ИИАЭ, ф. 5, on. 1, д. 1658, л. 4, 7, 14- 20, 25-27; подробнее см.: Бобровников, Рощин: 1995; Бобровни­ков: 1997а, 193-200).

Под влиянием советских преобразований хозяйственные нормы адата постепенно менялись. Строительство сети автодорог привело к укреплению экономических связей гор и равнины. В послевоенные десятилетия хозяйства равнины и предгорий Дагестана стали специа­лизироваться на выращивании зерна, а горные колхозы — на отгон­ном животноводстве. С 60-х годов в горы стали регулярно завозить дешевый хлеб и муку. Горцы привыкли жить в основном на привоз­ном продовольствии и забросили десятки тысяч гектаров террасных полей. Это привело к отмене целого ряда хозяйственных норм обыч­ного права.

Вследствие развития оптовой торговли повсеместно был забыт та­кой адат, как запрет на сбор винограда, злаков (кукурузы) и плодов (грецкие орехи, персики и другие фрукты) до 15-го дня осени. Особен­но сильно это было заметно в селениях на равнине и в предгорье, оказавшихся вблизи быстро растущих городов Махачкала, Буйнакск, Хасавюрт, Кизляр, Дербент (Традиционное и новое: 1988, 30-31,

47-52). С 70-х годов горные селения вышли за старые границы и вопреки адатным запретам заняли часть бывших полей-мег и даже харима. Их планировка стала более свободной (полевой материал В.О.Бобровникова, собранный в 1992 г. в Цумадинском районе РД). Горное земледелие вступило в полосу затяжного кризиса, что приве­ло к росту скрытой безработицы.

4