ПОСОЛЬСТВО МАВРОВ В СКАНДИНАВИИ (844/45 г.)

Прибыли к эмиру Абд-ар-Рахману¹ послы норманского короля и стали просить у него мира после того, как норманны, выйдя из Севильи, напали на его земли, потерпели там поражение и поте­ряли своего флотоводца.

Тогда он отправился в город Шильб^[349][350], где для них обоих уже был снаряжен корабль... Первым владением норманнов, которого он достиг, был остров. Тут они пробыли несколько дней, починили свои суда и отдохнули. Норманский корабль отплыл раньше, чтобы сообщить королю, что прибыли послы, и король был этим весьма обрадован. Он послал своих людей им навстречу, и пос­лы отправились к нему в королевскую резиденцию. Это большой остров в Мировом океане, на котором есть проточная вода и растут сады. От материка тот остров отделен тремя проливами... Вблизи того острова находится множество других островов, малых и боль­ших. Населены они одними норманнами, которым принадлежит также и вся близлежащая суша на много дневных переходов. Они были язычниками, теперь же исповедуют христианскую веру^[351].

В 843 г. в районе Хихона норманны впервые вторглись на Пиренейский полуостров и в 844 г. захватили Севилыо^[352]. Крупное сражение между мав­рами и норманнами не принесло, видимо, победы ни одной из стороп, но за­ставило викингов отступить. Арабские источники утверждают, что норманны потерпели поражение и вскоре запросили мира. Бесспорно лишь, что некий скандинавский король направил посольство к Абд-ар-Рахману II, чтобы уста­

новить с ним дружеские отношения. Абд-ар-Рахман охотно пошел на это предложение и в свою очередь направил в Скандинавию в сопровождении нор­манского посольства своего доверенного, поэта ал-Газаля, снарядив ему специальный корабль.

Остается не совсем ясным, в каком из Скандинавских государств побы­вало посольство мавров. К сожалению, в донесении посла не упоминается никаких географических названий. Вместо этого обстоятельно и со вкусом описывается любовная интрига между ал-Газалем и скандинавской коро­левой, которой посвящена и приведенная в донесении любовная песнь. Указание на то, что резиденция короля находилась на острове, по мнению Якоба, не заслуживает доверия, так как арабы, подобно древним эллинам, не отличали островов от полуостровов¹. Поскольку в те времена Шлезвиг был главной резиденцией датских королей, обычно высказывается мнение, что арабское посольство как и в 973 г. (гл. 99), в основном находилось именно там. Шлезвиг и соседний Хайтабю занимали в тот период чревычайно выгод­ное положение на торговом пути между Балтийским и Северным морями, по­скольку приблизительно до 1200 г. прямая судоходная связь между этими морями не поддерживалась из-за опасного «железного берега» Западной Ют­ландии^[353][354]. Товары перевозились исключительно по суше с рек Эйдер и Трене к заливу Шлей. По этой причине самая западпая точка залива Шлей была в то же время крайним пунктом на западе, до которого могли доходить корабли с Балтики. Итак, Ла-Бом имел все основания назвать Хайтабю (Шлезвиг) «скандинавским Коринфом»^[355]. Абсолютно неприемлемым представляется мнение Нансена, согласно которому мавры побывали не в Дании, а в Ир­ландии^[356]. Ирландия к тому времени уже в течение 4—5 веков была цитаделью христианства, и к ней никак не может относиться весьма характерное сооб­щение о том, что население страны было языческим и лишь недавно приняло крещение.

В 1927 г. норвежский ученый Квалеп высказал предположение, что по­сольство мавров было направлено не к датскому королю Гаральду Клаку, а к норвежскому королю Хьёрлейфру, поскольку набеги на Испанию могли совершать только норвежские норманны^[357]. Поэтому местом пребывания посоль­ства следует, по его мнению, считать остров Стейнсё вблизи Ставангера.

нибудь заметное обращение населения в христианство. В Дании, напротив, как раз в тот период христианство начало широко распространяться благо­даря миссионерской деятельности Апсгара. Впрочем, окончательную победу эта религия одержала в Дании лишь после 966 г., когда крещение принял король Гаральд Синезубый (935—985)¹.

Содержащееся в донесении посла упоминание о «проточной воде» по­зволяет заключить, что речь идет о Ютландии. Следует иметь в виду, что в те времена из Северного моря в Шлезвиг можно было добраться только одним путем (если не считать пути из Норвегии), а именно на судах через устье Эйдера, затем по реке Трепе и далее волоком небольшое расстояние от Трене до реки Шлей. Приток Эйдера, река Трене, был судоходным до Эл­лингштедта, где у англичан имелся складочный пункт. Оттуда до Шлезвига либо ехали по суше, либо плыли на малых судах по реке Рейдер-Ay до пунктов Грос-Реде и Клейн-Реде и тащили оттуда суда по семикилометровому во­локу до Хаддебю-Нор, то есть в бассейн Балтийского моря^[358][359]. Совершенно фантастическим представляется высказываемое иногда предположение, что в средние века здесь еще существовал постоянный судоходный путь между Северным и Балтийским морями^[360]. Ученые, плохо знакомые с конкретными условиями местности, не раз принимали волоки за сплошные водные пути. Сам Шлезвиг носил вначале название Слисторп; после разрушения датча­нами Рерика (в районе Висмара) в 808 г. он стал главным торговым центром в юго-западной части Балтийского моря.

После 20-месячного отсутствия посольство благополучно возвратилось к Абд-ар-Рахману. Повелитель мавров, видимо, был удовлетворен результа­тами путешествия, так как вскоре по его указанию было отправлено другое посольство — к королю франков; о приеме, оказанном ему под Реймсом в 847 г., сообщают «Annales Bertiniani»^[361].

Отчет о путешествии ал-Газаля был продиктован им владевшему грамо­той Таммаму-ибн-Алькаме (ум. в 896 г.). Позднейшие поколения познакоми­лись с ним благодаря трудам Ибн-Дихйи (ум. в 1235 г.).