ОТКРЫТИЕ ИСЛАНДИИ ИРЛАНДСКИМИ ОТШЕЛЬНИКАМИ И ПРОБЛЕМА СТРАНЫ ХВИТРАМАННАЛАНД (около 795 г.)

Тридцать лет тому назад \trigesimus пипс annus est]несколько- клириков, находившихся на этом острове с ± февраля до 1 авгу­ста, сообщили мне, что там не только во время летнего солнце­стояния, но и в предшествующие и последующие дни заходящее солнце как бы только прячется за небольшой холм, так что там даже на самое короткое время не бывает темно.

Я считаю, что лгут или заблуждаются те, кто писал, будто Туле- окружает застывшее [concretum]море, а равным образом и те, кто писал, что со дня весеннего до дня осеннего равноденствия там царит сплошной день без ночи и, напротив, со дня осеннего до дня весеннего равноденствия — непрерывная ночь. Добравшие­ся туда, клирики прибыли в страну в обычный сезон сильных холодов и тем не менее, пока они там жили, дни всегда сменялись ночами, кроме периода летнего солнцестояния, однако на расстоя­нии одного дня пути дальше к северу они обнаружили замерзшее [congelatum]море¹.

* * *

В те времена Исландия от гор до берега была покрыта лесами, и жили там христиане, которых норвежцы называли паларами. Но позднее эти люди, не желая общаться с язычниками, ушли оттуда, оставив после себя ирландские книги, колокольчики и посохи; из этого видно, что они были ирландцами^[250][251].

* * *

В книге «Дух времени», составленной священником Бедой, упоминается остров, называемый Туле, и говорится, что он лежит в 6 днях плавания к северу от Британии. Там, но словам Беды, зимой не бывает дня, а летом, когда день самый длинный, не насту­пает ночи. Поэтому ученые мужи полагают, что под Туле разуме­лась Исландия, так как в одной части этой страны по ночам светит солнце, когда день бывает самым длинным, и долго совсем не видно солнца, когда ночь бывает самой длинной.

Священник Беда, как записано, умер в 735 г. по воплощении Господа нашего, и более чем за 100 лет до заселения Исландии норманнами там жили люди, которых норманны называют паппа [священники]. Эти люди были христианами, и полагают, что они приплыли с запада [kiustnir mean ok komnir til vestan ит haj], ибо после их отъезда остались ирландские книги, колокольчики, посохи и еще много других вещей, по которым можно было судить, что это были западные люди. Такие вещи находились на востоке — па Папее и Папили. И в английских книгах упоминается, что в те времена между этими землями существовала связь¹.

* * *

Морское течение отнесло [Ари] в Страну белых людей [Хвит- раманналанд], которую многие называют Большой Ирландией. Эта страна находится в море па западе близ Славного Винланда. ■Сообщается, что она лежит в 6 днях плавания к западу от Ирлан­дии^[252][253]. Из этой страны Ари не смог вернуться и был там крещен. Впервые об этом рассказал лимерикский мореплаватель Храфн, долгое время живший в Лимерике, в Ирландии. Как сообщил Тор-

кель сын Геллирса, люди из Исландии говорили, со слов ярла Торфина с Оркнейских островов, что Ари опознали в Стране белых людей и уехать оттуда он не мог, но пользовался там большим уважением¹.

* * *

Плывя из Винланда при южном ветре, они попали в Маркланд. Там они встретили пять скрелингов: одного бородатого мужчину, двух женщин и двух детей. Люди Карлсефни схватили мальчиков, остальные же скрелинги убежали и скрылись под землей. Море­плаватели увезли с собой обоих мальчиков, обучили своему языку и окрестили их. Мальчики называли свою мать «фетхильди», а своего отца ■— «уфеги». Они говорили, что в стране скрелингов правили короли: одного зовут Афальдамон, другого — Афальди- да. Мальчики рассказывали, что там нет домов, а люди живут в пещерах или норах.

Они говорили, что против страны скрелингов лежит другая земля. Там жили люди, которые ходили в белых одеждах, громко кричали и носили шесты с привязанными к ним флагами.

В гл. 79 мы уже познакомились с одним из самых своеобразных фактов в истории культуры — со страстным стремлением к отшельничеству благо­честивых ирландских христиан, побуждавшим их к постоянным поискам необитаемых океанских островов. Исследователи последнего времени неод­нократно указывали па это примечательное явление как па «всегда коре­нившуюся в ирландцах страсть к путешествиям, которая влекла на отда­ленные острова меньшие или большие группы людей, первоначально стре­мившихся к отшельничеству»^[256]. Лучший знаток истории Ирландии Покорный высказывает по этому поводу следующее мнение: «Когда Ирландия стала для них слишком тесной, они заселили Гебридские, Оркнейские и Шетланд­ские острова; более того, на своих утлых суденышках ирландцы отважива­лись отправляться в плавание по безграничным просторам океана и в 795 г. достигли Исландии, далее Гренландии (?) и, возможно, даже берегов Север­ной Америки»^[257].

Важнейшим из сделанных ирландцами открытий новых земель было, несомненно, открытие Исландии, состоявшееся примерно за 75 лет до того,, как норманны достигли этого острова.

Согласно сообщению Дикуила, ирландские клирики (отшельники) были первыми мореплавателями, добравшимися до далекой Исландии еще в VIII в.

Неоднократно отстаивавшаяся прежде, да и теперь еще не оставленная гипотеза о том, что Пифей из Массилии побывал в Исландии и что этот остров следует считать его знаменитым Туле, исходит от Дикуила. Тем не менее это предположение, безусловно, нельзя поддерживать. Оно легко опровер­гается тем, что ряд признаков, характерных для Туле Пифея, совсем не под­ходит к Исландии древнего времени: прежде всего заселенность острова, наличие хлебных злаков, пчел и т. д. (см. т. I, гл. 20). В настоящее время, очевидно, уже не подлежит никакому сомнению, что Пифей мог найти Туле только в Центральной Норвегии.

Плавание клириков в Исландию, о котором сообщил Дикуил, было первым, которое можно доказать.

Дикуил не говорит о том, что его осведомители-клирики открыли Ислан­дию. Он только сообщает, что они «находились» там в течение полугода. Почему клирики Дикуила отправились в Исландию? По своей ли воле поплыли они к уже известной земле или, направляясь па Фарерские острова, были отброшены туда бурей? Почему, далее, для плавания по Северной Атлантике избрали они именно разгар зимы, когда там часто свирепствуют жестокие штормы? Почему, наконец, пробыв в Исландии полгода, они затем вернулись на родину? Обо всем этом мы, к сожалению, от Дикуила ничего не узнаем. Если клирики отплыли в Исландию, стремясь убежать от мир­ской суеты, то как же обосновать их возвращение? Остается, пожалуй, только предположить, что они сопровождали какого-нибудь жаждавшего уединения благочестивого инока или нескольких своих собратьев и, после оказания помощи при постройке хижины, были затем предоставлены самим себе. Такое толкование внесло бы некоторую ясность, но при этом пришлось бы еще предположить, что об острове имелись уже более ранние сведения, да и загадка зимнего плавания осталась бы нерешенной. Чрезвычайно точ­ное указание Дикуила, что клирики прибыли на остров 1 февраля, вряд ли позволяет сомневаться в том, что плавание действительно состоялось в январе и было, следовательно, исключительно рискованным.

Нет никаких оснований подвергать сомнению искренний рассказ Дикуила, да это, видимо, никогда и не делалось. Осведомители Дикуила были поражены тем, что в течение нескольких педель в Исландии не наступает темноты в период летнего солнцестояния, хотя возникшие в древности и вос­произведенные еще Бедой Достопочтенным (около 730 г.) рассказы о том,

что ночь и день в Туле длятся по полгода, не нашли там своего подтвержде­ния¹.

Неясными остаются подробности плавапия, но само оно бесспорно, и можно приблизительно установить его дату. Дикуил закончил свой труд в 825 г.^[258][259] Ровно за 30 лет до этого он узнал о приключениях клириков в Ислан­дии. Их плавание, очевидно, тогда только что завершилось. Отсюда можно сделать вывод, что оно состоялось примерно зимой 794 или 795 г. Следова­тельно, не позднее этой даты ирландские отшельники постоянно проживали в Исландии^[260] и покинули ее только после 863 г.

Вполне вероятно, что еще до этих клириков путь в Исландию проло­жили другие ирландские анахореты. Но надежных доказательств на этот счет нет.

Неоднократно высказывалось предположение, что Исландия была извест­на еще Беде Достопочтенному, умершему в 735 г. Но это неверно. В своих трудах Беда об Исландии не упоминает. Правда, он мельком говорит об отстоящем в 6 днях плавания от Британии острове Туле^[261], но это сообщение он заимствует из античной литературы и из представлений Пифея. Отсюда нельзя делать никаких выводов в пользу Исландии, которую ошибочно отождествили с Туле только из-за Дикуила.

Необходимо слегка коснуться еще одного странного обстоятельства. Немало толков прежде вызывал тот факт, что название «Исландия» будто бы уже фигурирует в папской булле от 834 г. Между тем в то время на острове определенно еще никто не жил, кроме ирландских анахоретов, а они, разу­меется, не вели никакой переписки. Итак, оставалось совершенно непонят­ным, как мог папа Григорий IV, занимавший престол св. Петра, знать об Исландии или даже подчинить ее ведению только что созданного Гамбург­ского архиепископства, если на острове не было никакой общины, нуждав­шейся в попечительстве и в миссионерской деятельности. Дословный текст этой папской буллы приведен в гл. 100, и там же убедительно доказано

что этот документ подложный и что в подлиннике буллы Исландия не упоминается.

Правда, Нансен, тоже не принимавший во внимание мнимую папскую буллу, высказал предположение, что кельты, возможно, жили в Исландии еще с первобытных времен¹. В отношении Фарерских островов, как нам известно (гл. 78), подобная гипотеза еще отчасти может быть как-то подтверж­дена. Что же касается Исландии, то здесь мы не имеем никаких доказательств. В Исландии не обнаружено никаких доисторических находок, позволяю­щих заключить о заселении острова до VIII в. Трудно также представить себе, чтобы люди могли когда-нибудь отправляться в такие далекие районы океана без особых побудительных причин, вроде поисков неизвестных, необитаемых островов ирландскими отшельниками или стремления норман­нов IX в. посетить Фарерские острова. Вероятно, совсем безлюдная Ислан­дия, с ее все же еще сравнительно умеренным климатом, была идеальной обителью для набожных мужей, решивших навсегда порвать с греховным миром и вести спокойную жизнь, предаваясь благочестивым размышлениям.

Если ирландские отшельники действительно были первооткрывателями Исландии, то нельзя априорно отрицать вероятности того, что в отважных плаваниях по океану они совершали открытия необитаемых земель, распо­ложенных гораздо дальше к западу. Возможно также, что ирландские ана­хореты не только опередили норманнов в открытии Оркнейских и Фарерских островов^[262][263], а также Исландии, но и достигли Северной Америки гораздо раньше 1000 г., когда состоялось первое плавание норманнов к этому кон­тиненту (см. гл. 104). Заметим кстати, что речь здесь идет только о теоре­тических возможностях', доказательств, что именно так оно и было, нет, не считая лишь некоторых весьма скудных отправных точек.

Таинственная страна Хвитраманпаланд (Страна белых людей) или Большая Ирландия упоминается в саге как раз в связи с рассказом о первом плавании норманнов в Винланд (см. гл. 104). Что же это за страна? Вопрос неясный и крайне спорный^[264]. Попытка Нансена представить все предание ирландской сагой^[265] представляется малоубедительной.

Нельзя согласиться с таким поверхностным толкованием, какое хочет дать этому преданию Нансен. Ведь «Лапднамабок», труд Снорри Стурлу­сона (около 1241 г.), который признается всеми сочинением строго истори­ческим, тоже сообщает о Хвитраманналанде, или Большой Ирландии.

Со своей стороны Штехе весьма определенно заявляет: «Все, о чем сооб­щает Ари Мудрый или «Ланднамабок» или что переписано оттуда, можно считать надежным историческим свидетельством». Итак, в основе рассказа по меньшей мере заключено историческое зерно.

Но если эта история заслуживает доверия и понимать ее нужно так, как опа изложена, то отсюда следует, что ирландцы еще до норманнов достигли восточного побережья Америки и основали там поселение. Позво­лительно ли делать подобное заключение,— это еще вопрос. Но, безусловно, примечателен тот факт, что в ирландских сагах о мореплавателях (а они, несомненно, весьма древнего происхождения) отмечается чрезвычайно много черт, соответствующих особенностям природных условий стран восточ­ного побережья Америки. Мы уже говорили об упоминании «Виноград­ного острова» в саге о св. Брандане (гл. 79). Не менее интересны рассказы об островах Птиц и Птичьих яиц, а также о густых туманах, с которыми встретились в океане на неведомом Западе эти легендарные мореплаватели. Правда, все эти особенности нельзя считать достаточно надежным доказа­тельством того, что ирландцы достигли Америки раньше норманнов. Нельзя, однако, отрицать, что в совокупности их можно рассматривать как вескую «улику».

Больше всего, несомненно, нас поражает крайне своеобразное назва­ние страны, упоминаемой в скандинавских сагах,— Хвитраманналанд. Оно ставит психологическую проблему. Представляется совершенно неве­роятным, чтобы люди белой расы могли когда-либо присвоить вновь откры­той ими земле название Страны белых людей. Зачастую исследователи при­бегали к весьма надуманной гипотезе, неоднократно выдвигавшейся еще до самого последнего времени¹, но, по существу, лишенной всякрго правдо­подобия. Они утверждали, что в названии страны нашли отражение люди, одетые в белые одеяния, и что при этом, возможно, речь шла о монахах, облаченных в белые рясы своего ордена. В связи с этим неоднократно выска­зывалось мнение, что названием «Хвитраманналанд» норманны обозначали только расположенные в западной Ирландии монастырские острова Аранмор и Инишмор. Такую догадку высказал Некель^[266][267]. Подхваченная Эркесом, она упорно отстаивалась им против выдвинутых автором этих строк весьма веских возражений^[268]. Между тем подобная гипотеза во всех отношениях не только неправдоподобна, но и недоказуема.

Прежде всего в скандинавской саге об Эйрике Рыжем, отрывок из кото­рой приведен на стр. 145, говорится о том, что сообщение о Стране белых людей исходило вовсе не от норманнов, а от «скрелингов». Мальчики в Марк­ланде впервые рассказали всю историю о людях в белых одеждах и об их процессиях. Под мальчиками-скрелингами, почти бесспорно, следует под­разумевать отнюдь не индейцев, а эскимосов, так как приведенные в саге

слова из их родного языка, согласно данным Тальбитцера, явно заимство­ваны у эскимосов¹. Логически рассуждая, европейское название «Большая Ирландия» могло быть дано только стране, которая по своим размерам была болъгие Ирландии, и, следовательно, его нельзя относить к такому незначительному островку у западного побережья Ирландии, как Аранмор. По мнению автора, Сторм совершенпо справедливо указал на то, что такое типичное название, как «Большая Ирландия», по аналогии с «Великой Гре­цией», «Великобританией», «Великой Швецией», могло быть присвоено только колониальной стране, действительно превосходившей своими разме­рами родину переселенцев^[269][270]. Но прежде всего в истории присвоения геогра­фических названий, кроме как у Геродота, положительно не найти примера, чтобы цвет одежды жителей, без более подробной характеристики, послу­жил бы основанием для названия страны. Единственное исключение — меланхлеиы (то есть «черные плащи») Геродота^[271]. Но из этого названия можно хотя бы ясно понять, что действительно одежда жителей была черной. Можно ли, одпако, серьезно предполагать, что местность, где обитало это скифское племя, Геродот мог бы назвать «Страной черных» или что ту часть Аравии, жители которой носят белые бурнусы, могли когда-либо назвать «Страной белых людей»?

Географические и этнические названия, связанные с каким-либо цве­том, встречаются нередко. Предположение Эркеса, что подобные названия обычно давались только в течение последних столетий, глубоко ошибочно; они известны издавна. В трудах древних авторов мы встречаем названия «левкоэфиопы» (белые эфиопы)^[272], «левкосирийцы» (белые сирийцы)^[273], «мела- ) с

ногетулы» (черные гетулы)^[274], AifHoJtsS жиоосбос (эфиопы огнецветные)^[275] п др. В соответствующую эпоху такие названия всегда служили для характе­ристики необычайно светлого или темного цвета кожи, свойственного опре­деленным племенам. Кроме того, у древних индийцев мы встречаем назва­ние племени панду, у египтян — тамаху. Это были племена, которые их темнокожие соседи единодушно называли «белыми»^[276]. Дальнейшие поучи­тельные примеры приводит в разных местах русский монах-летописец

Нестор¹, живший в XI в. Он говорит о «белых (светловолосых?) хорватах» (то есть о кроатах), о «белых венграх», которых следует отождествлять с хазарами. Последних еще Приск называл «белыми гуннами», в отличие от «черных гуннов», которых, согласно Шлёцеру, надо отождествлять с мадь­ярами. К этой категории относятся также и разнообразные тюркские назва­ния народов древности, с входившим в их состав словом «кара» (черный), например кара-китаи и т. д. В конце средних веков португалец Азурара слу­чайно упоминает даже о «белых маврах»^[277][278]. В наше время весьма распростра­нены такие названия, как белорусы и т. п. Однако во всех приведенных при­мерах и во многих других случаях основанием для присвоения названия всегда служил необычный цвет кожи или волос, а никак не одежды. Точно так же и «белого Мессию» индейцев Центральной Америки следует считать светлокожим богом, а не божеством, облаченным в белую одежду.

Основываясь на этих фактах и исходя из соображений культурно-исто­рических и психологических, автор с полной уверенностью утверждает, что характерное название Страны белых людей должны были дать стране либо представители цветной расы, либо белые для выделения особо светлого пле­мени, находившегося среди темнокожего населения. Другого объяснения найти нельзя. Совершенно исключается, чтобы такое крайне своеобразное название было придумано белыми людьми с тем, чтобы отразить в нем белые одежды, которые к тому же надевались только во время религиозных обря­дов.

Нет никакого основания также относить целиком название и понятие страны Хвитраманналанд к области фантастики, что подчеркивает и Неккель. Ведь это название встречается даже в бесспорно подлинном историческом труде. Высказанное Эркесом предположение, что тождественная Стране белых людей Большая Ирландия является не чем иным, как самой Ирлан­дией, не выдерживает критики^[279]. В цитированном выше отрывке из «Ландна- мабока» собственно Ирландия и Большая Ирландия названы одна за другой как две совершенно различные страны. Еще более неправдоподобным пред­ставляется мнение Штехе, будто Исландия первоначально была названа открывшими остров ирландцами Большой Ирландией, а исландцы позднее, уверенные в существовании такой страны, не подозревали, что под этим на­званием подразумевался их родной остров^[280].

Хвитраманналанд назывался по-ирландски Tir-na-Fer-Finn,то есть Страна белых людей. Следовательно, ирландцам тоже было известно, что там

жили или белокожие, или белокурые люди. Если название страны намекало на цвет кожи ее обитателей, то весьма возможно, что речь шла о Большой Ирландии, но если имелся в виду светлый цвет волос, то ирландцы-кельты исключаются как темноволосые. О лежащей на западе Стране белых людей было известно в Ирландии, на Оркнейских островах, в Исландии и Гренлан­дии. Следовательно, и по этой причине нельзя признать правильным излюб­ленное Нансеном толкование, будто дело идет только о «пересказе древней легенды об островах Блаженных, расположенных на западе», или о белых одея­ниях, которые носили на «острове Анахоретов»¹. Подобное толкование не учи­тывает значения психологии в присвоении названий. Кроме того, Хвитра- манналанд, как название реально существующей страны, встречается не только в саге, по и в таком чрезвычайно ценном и весьма надежном древнем историческом источнике, как «Ланднамабок», и притом рядом с Большой Ирландией.

Возражение Эркеса, что ирландец Дикуил тем не менее ни слова не сооб­щает о Хвитраманналанде, совершенно неубедительно^[281][282]. Дикуил жил в на­чале IX в. и потому еще ничего не знал даже о плаваниях св. Брандана, зафиксированных в письменных источниках только в течение XI и XII вв. Первые сведения о Хвитраманналанде появились не ранее конца X в., а воз­можно, только в XI в. Поэтому из молчания Дикуила нельзя делать никаких заключений.

Совершенно неправдоподобной представляется также и догадка, высказанная в XVIII в. Шепингом, будто Хвитраманналанд надо искать на Азорских островах^[283]. Похоже на то, что эта странная догадка основывалась на том месте из саги, в котором говорится, что жители восточного побережья Америки помещали таинственную страну «против страны скрелингов». Азор­ские острова ко времени их открытия в 1431/32 г. были совершенно безлюд­ными (см. т. III, гл. 165) и, стало быть, вряд ли могли раньше служить прию­том для белых людей. Да и вообще гипотеза Шёнинга не выдерживает ника­кой критики и относится к домыслам, типичным для кабинетного ученого.

Безусловно, правдоподобным представляется толкование, согласно которому эпитет «белый» относился, вероятно, к цвету волос. Вот что сообщил по этому поводу проф. Штехов в письме к автору от 18 мая 1946 г.: «Смуглые от непогод викинги не очень заметно отличались цветом кожи от индейцев Северной Америки. Медно-красный цвет кожи коренного населения Америки особенно характерен для жителей тропических областей континента, по не так сильно бросается в глаза в Северной Америке, и меньше всего на ее северо-востоке. Здесь, очевидно, из-за более древней примеси северо-европей- ской крови наблюдаются типичный бледный цвет кожи и даже орлиные носы жителей Северной Европы. В северо-восточной Америке главным призна­ком различия между викингами и индейцами служил прежде всего цвет

волос: белокурые викинги и темноволосые индейцы!» Поэтому Штехов пред­почитал бы переводить слово «Хвитрамаппаланд» как «Страна белокурых людей» и полагает, что оно образовалось так же, как название «белорусы». Догадка эта, по мнению автора, заслуживает внимания.

Впрочем, следует задуматься над тем, что волосы, которые мы называли бы светлыми, темноволосые люди гораздо чаще считали рыжими или рыже­ватыми. Это относится, например, к арабам и маврам (см. гл. 113), а также к итальянцам (Барбаросса!).

В рассказе о Стране белых людей, переданном норманнам детьми мар- кландских скрелингов, можно узнать описание христианской процессии (люди в белых одеждах, шествующие с пением и хоругвями). Детская наив­ность этого описания как раз и вселяет уверенность в том, что язычники, дети природы, для которых подобная процессия была совершенно непонят­ным зрелищем, действительно ее наблюдали. Нельзя себе представить, чтобы христиане могли так наивно описывать широко распространенный и привыч­ный для них обряд!

Возражение Неккеля, будто «процессия и церковное песнопение весьма определенно указывают на Европу»¹, необоснованно, хотя бы потому, что вместе с ирландцами-христианами в страну по ту сторону океана весьма рано должно было проникнуть и христианское вероучение, что вполне уклады­вается в границы возможного. Мотивировка Неккеля, что «ирландцы никогда не были народом мореплавателей», в высшей степени ошибочна. Нельзя высту­пать с подобным утверждением в отношении народа, который, безусловно, дал первооткрывателей Фарерских островов и Исландии. Кроме того, иссле­дованиями Циммера убедительно доказано, что на заре средневековья древ­ние ирландцы были первоклассными мореходами (см. гл. 78). Итак, нет никаких оснований искать Большую Ирландию в Европе.

Тем большее значение приобретает тот весьма знаменательный факт, что страна Хвитраманналанд была известна даже арабам. Во всяком случае, великий Идриси хорошо знал название «Хвитраманналанд», которое он, воз­можно, слыхал во время своего случайного пребывания в Англии^[284][285].

Рафн был убежден в том, что страна Хвитраманналанд находилась во Флориде. На этом основании он безоговорочно утверждает, что Ари, сын Марса, прибыл во Флориду «около 983 г.»^[286] Джонсон также связывает с этим предположением приведенное выше индейское сказание. Хотя гипотеза Рафна и допустима, она совершенно недоказуема и отчасти неправдоподобна, так как Флорида лежит весьма далеко на юге. Автор придерживается того мне­ния, что если за названием «Хвитраманналанд» действительно стоит реальная страна, то она, видимо, находилась значительно севернее, в непосредствен­ной близости к Винланду или Маркланду.

Кстати сказать, гипотеза о тождестве Хвитраманналанда с монастыр­ским островом Аранмор позднее была отвергнута тем же исследователем, кото­

рый впервые ее выдвинул, а именно германистом Неккелем. Еще до Неккеля, в 1890 г. Гельцих в ходе крайне неудачных умозаключений, изложенных в гл. 104, высказал мысль, что рассказ о Хвитраманналанде, пожалуй, надо отнести к Ирландии. Автор не знает, не побудил ли Неккеля опубликовать его гипотезу об Аранморе именно этот домысел Гельциха. Во всяком случае, Некель считал это положение лишь рабочей гипотезой и не придавал ей, как он письменно уведомил автора, никакого значения, ибо она случайно пришла ему на ум. Ознакомившись с очерком автора о Хвитраманналанде от 1928 г., опубликованном в «Петерманнс Миттейлунген», Неккель заявил, что он «совсем не прочь» признать правильность того, что пазвание страны могло быть придумано только цветным населением, и, следовательно, можно пред­положить, что таинственная земля действительно находилась только на Американском материке. «Название «Страпа белых людей» и легенда о Бран- дано с ее Виноградным островом наводят на серьезные размышления». В опубликованном в 1934 г. втором издании своего труда Неккель, действи­тельно, отказался от гипотезы об острове Аранморе. И все же она была позднее подхвачена Штехе, оставаясь по-прежнему лишенной правдоподобия в гео­графическом, культурно-историческом и психологическом отношениях. Автор хотел бы упомянуть о том, что и Шеллгас, великолепный знаток древней Америки, исследователь культуры майя, после появления работы о Хви­траманналанде писал 19 мая 1928 г.: «Я полностью присоединяюсь к вашей аргументации».

Рафн сообщает, что на Фарерских островах, вплоть до его времени, «имела широкое хождение молва, будто Винлапд впервые открыли добравшиеся туда ла своих судах ирландцы, которые вели там войны»¹. В таких древних народных преданиях исторического характера большей частью таится зерно истины. В опубликованном Рафпом древнем народном эпосе «Garmen Fae- roeicum» («Фарерская песня») события разыгрываются главным образом в Вин- ланде. Это свидетельствует по меньшей мере о том, что жители Фарерских островов никогда не сомневались в реальности земель, находящихся по ту сторону океана. К ним относилась и загадочная Большая Ирландия.

Как бы мы ни ухищрялись в различных домыслах, все же приходится допустить, что Большая Ирландия, или Хвитраманналанд, должны были находиться только в Новом свете, в окружении цветного населения, которое позднее создало аналогичное по смыслу понятие «бледнолицых». Во всяком случае, не исключается вероятность того, что в Северной Америке в течение некоторого времени существовала колония ирландских христиан, возникно­вение которой на неизвестном месте и в неизвестное время было связано с пла­ваниями по океану благочестивых ирландских клириков. Довольно опреде­ленное указание Гумбольдта, что Хвитраманналапд должен был находиться на «южном побережье между Виргинией и Флоридой»^[287][288], разумеется, лишено оснований и недоказуемо, если только, вопреки всем ожиданиям, какая- нибудь археологическая находка не подтвердит этой гипотезы.

Гумбольдт, видимо, выдвинул такую гипотезу на основании сообщения Джонстона от 1819 г. о распространении среди индейцев предания, будто во Флориде некогда жили белые люди, владевшие железными орудиями труда¹.

В «Ланднамабоке» (падежном историческом источнике) приводится рас­сказ об Ари, сыне Марса, который долго жил в Хвитраманналанде, принял там крещение, но по неизвестной причине не смог покинуть эту страну. Здесь будет уместно поставить вопрос: можно ли представить себе, чтобы Ари, находясь на крохотном островке Аранмор, лежащем на виду ирландского побережья, «не смог уехать» оттуда и чтобы этот воинственный викинг позво­лил безоружным, презренным клирикам диктовать ему свои условия? В ка­честве свидетелей, знавших по слухам Хвитраманпаланд, упоминаются исто­рические личности, которые можно опознать. Так, Храфн, лимерикский мореплаватель, согласно Нансену, был «исландским купцом-путешествен­ником начала XI в.»^[289][290], а в Торфинне, которому Храфн рассказывал всю эту исто­рию, по данным Рафна^[291], можно узнать ярла Оркнейских островов — Тор- финна, сына Сигурда (1008—1064). Последний в свою очередь, говорят, сооб­щил этот рассказ Торкелю, сыну Геллирса, который был не кем иным, как дядей исландского историка Ари Фроде. Итак, можно, несомненно, считать, что эту необыкновенную историю «Ланднамабок» заимствовал из утрачен­ного труда Ари Фроде. Этот автор, подобно тому как принято в «Ланднамабо­ке», нередко указывает на источники своих сведений. Ари подробно описы­вает от случая к случаю, какой свидетель доставил ему материал и как тот в свою очередь узнал о сообщенном факте.

Итак, на основании самых надежных исландских исторических источ­ников можно, видимо, считать установленным, что уже около середины XI в. на Оркнейских островах ходили рассказы о Стране белых людей. Совершенно очевидно, что эта страна не могла находиться около Ирландии и Оркнейских островов и что ее название не имело отношения к процессии облаченных в бе­лые одеяния священнослужителей. Страну Хвитраманналанд мы должны искать только на дальнем западе, где «белые люди» казались исключением. Привести неопровержимые доказательства в пользу этой гипотезы нельзя. Но если не отрицать априорно наличия в саге о Хвитраманналанде зерна исто­рической правды и не принимать ее за чистейший вымысел (против чего есть серьезные возражения), то исключается возможность любого иного толко­вания. Приходится делать выбор между предположением, что все предание —

■ простая сказка, и гипотезой о существовании христианской колонии в Север­ной Америке еще до норманнов.

Если, по единодушному мнению специалистов, в ирландских сагах о плаваниях, несмотря на все сказочные черты, все же имеется историче­ское ядро (см. гл. 79), то почему же рассказ о заморской стране на западе, который был известен в Ирландии, на Оркнейских островах, в Исландии

и Гренландии, должен считаться лишенным всякого реального основания» Во всяком случае, тот факт, что «белые люди», или «бледнолицые», были замечены на Американском материке, когда они с пением и «флагами» на «ше­стах» принимали участие в ритуальном шествии, представляется неизмеримо более правдоподобным, чем маловразумительное предположение, будто хри­стианская процессия могла показаться в Европе необычной и диковинной, вызвав толки во всем европейском мире от Ирландии до Гренландии.

Но прежде всего страна, где в белые одежды облачались только во время процессий (стало быть, редко), никогда не могла называться Страной белых людей.

Против такого объяснения говорят соображения психологического порядка, и обходить их нельзя.

Исландский полярный исследователь Стефанссон в своем докладе на за­седании Пенсильванского исторического общества в Питтсбурге 19' апреля 1935 г. высказал мнение, что «Туле» Дикуила была также Северной Амери­кой, а не Исландией. Отождествляя Туле с Хвитраманналандом, Стефанссон утверждает даже, что с 1120 по 1528 г. там находилась резиденция епископа! В Европе оригинал доклада Стефанссона, видимо, остался неизвестным, хотя его смелая догадка дословно записана¹. Гипотеза Стефанссона не имеет под собой твердой основы, поскольку она аргументируется совершенно лож­ными предпосылками: «Открытие Исландии было одновременно открытием Северной Америки, так как из Исландии можно видеть Гренландию, а из Гренландии — следующий остров и так далее, пока взору не откроется материк».

Это утверждение не соответствует истине, и гипотезу Стефанссона следует отвергнуть. Автор не видит никаких оснований толковать на свой лад ясное сообщение Дикуила.

В заключение следует сказать несколько слов по вопросу о том, могли ли ирландские суда в эпоху раннего средневековья совершать дальние пла­вания по океану. Один американский ученый на основании тщательного изучения вопроса высказал по этому поводу следующее мнение: «Ирланд­ские суда того периода имели достаточный тоннаж, чтобы успешно совершить подобное путешествие [в Ньюфаундленд!]. Они были даже лучше приспособ­лены для дальнего плавания под парусами, нежели суда Колумба»^[292][293].

Итак, имелись, пожалуй, предпосылки для основания ирландской коло­нии в Америке, но не для ее длительного существования. Пополнение коло­нии переселенцами с родины было невозможно, особенно после 1171 г., когда начался захват Ирландии Англией.