Марксистская философия

Марксистская философия возникла на стыке гегелевской философии и фейербаховского материализма.

Карл Маркс(1818—1883) — родился в Трире, в семье юриста.

(1820—1895) — сын крупного капиталиста. Они были боль­шими друзьями, их дружба — образец взаимопонимания между людьми.

К. Маркс с самого начала отказался от обычной карье­ры человека своего круга. Он поступил на юридический фа­культет Берлинского университета, но докторскую диссер­тацию написал на философскую тему. Он увлекся филосо­фией Гегеля. В то же время его интересовали экономичес­кие и социально-политические вопросы.

Ни Маркс, ни Энгельс не были профессиональными философами. Главный труд Маркса “Капитал” посвящен исследованию политической экономии. Маркс хотел напи­сать систематический труд о диалектике, но так и не сде­лал этого. У Энгельса есть две относительно крупные рабо­ты: “Анти-Дюринг” и “Диалектика природы”, в которых он в систематическом виде излагает философию марксизма, экономическое учение и так называемую теорию научного социализма.

Марксистская философия берет свое начало в филосо­фии Гегеля. Маркс использовал даже гегелевскую манеру философствования. Некоторая спекулятивность, игра сло­вами. Маркс иногда выражал свои мысли в парадоксальной форме. После периода увлечения Гегелем он пережил ув­лечение Фейербахом. Прочитав сочинение Фейербаха “Сущ­ность христианства”, он пересмотрел свои философские взгляды в сторону материализма и атеизма.

В сущности, марксистская философия — это эклекти­ческое соединение элементов материализма и идеализма (гегелевской философии, французского, фейербаховского материализма и английского эмпиризма). Она стала гранди­озным зданием, когда сотни философов в XX в. развили ее во всех направлениях.

В СССР марксистская философия была государствен­ной, единственно признанной философией.

нуждены были работать в рамках марксистской парадигмы. Возник интересный феномен: разные варианты марксист­ской философии. Был вариант ленинско-сталинского марк­сизма. Был вариант гегеле-марксизма. Наиболее яркий пред­ставитель последнего — Э. В. Ильенков. Был позитивист­ский марксизм, который ориентировался на методологию научного познания. Был своеобразный вариант экзистенци­алистского марксизма.

Материалистическая диалектика. По Энгельсу, это “на­ука о наиболее общих законах развития природы, обще­ства и мышления”. В марксистской философии считалось, что Маркс и Энгельс произвели революционный переворот в философии прежде всего тем, что соединили материа­лизм и диалектику. Якобы до Маркса материализм и диа­лектика развивались разными философами: материализм был метафизическим, т. е. антидиалектическим, а диалек­тика идеалистической, т. е. развивалась на почве идеализ­ма. Маркс взял от идеалиста Гегеля диалектику и соединил ее с материализмом Фейербаха.

В марксистской диалектике вся проблематика своди­лась к так называемым законам и категориям. Ф. Энгельсом были сформулированы три основных закона диалектики:

1. Закон единства и борьбы противоположностей (закон диалектического противоречия).

2. Закон перехода количества в качество и обратно (за­кон перехода количественных изменений в качественные).

3. Закон отрицания отрицания.

(Маркс и Энгельс утверждали, что это — гегелевские законы. На самом деле Гегель нигде не говорил о законах диалектики. Концепция законов диалектики — упрощенная, примитивная интерпретация диалектических идей Гегеля.)

Как видим, на первом плане в марксистской диалекти­ке — законы (диалектики). Они важнее явлений, так как управляют ими, а беспорядка и хаоса вроде бы нет. Когда утверждается мысль, что все регулируется законами, то

происходит крен в сторону порядка, закономерности. На са­мом деле в мире и человеческом обществе хватает всего: и порядка, и беспорядка.

Наш мир — это вероятностный мир, и случайность иг­рает в нем не меньшую роль, чем необходимость, законо­мерность. Выражение “законы диалектики”, хотим мы это­го или нет, акцентирует внимание на познании закономер­ности, упорядоченности реального мира и оставляет в тени другую, прямо противоположную его сторону: неупорядо­ченность, многообразие явлений, стохастику. А это создает известный перекос в сторону механистического, лапласов­ского детерминизма, абсолютизирующего необходимость, закономерность, упорядоченность. Марксистская диалекти­ка — это, в сущности, вариант квазилапласовского детер­минизма.

Закон единства и борьбы противоположностей — глав­ный в марксистской диалектике. В. И. Ленин называл его ядром диалектики. Особенность этого “закона” в том, что с внешней стороны он утверждает идею порядка, законо­сообразности (закон ведь!), на самом же деле он “позволя­ет” марксистам делать все, что угодно, учинять какой угод­но порядок-беспорядок (см. об этом подробнее ниже, стр. 234).

Два других “закона” диалектики — это не более чем философские мифы. Концепция “закона отрицания отрица­ния” навязывает историческим процессам жесткую схема­тику. Сначала должно быть утверждение, потом отрица­ние, а затем отрицание отрицания. Сначала тезис, потом антитезис, а затем синтез. На самом деле все в жизни, в

обществе-истории многовариантно, движется весьма слож­ными путями, где-то отступает, где-то движется по кру­гу, где-то развивается, а где-то становится, движется впе­ред. И человек не просто следует законам истории, а выби­рает. Да, последующее отрицает предыдущее, но развива­ется только то, что не только отрицает, но и что-то ут­верждает. Из семени рождается стебель и он отрицает семя.

Кроме этих основных законов в марксистской диалек­тике рассматривались разные философские понятия-кате­гории, которые получили статус категорий диалектики. Это материя и движение, пространство и время, возможность и действительность, сущность и явление, случайность и необходимость, причина и следствие.

Исторический “материализм”. Маркс считал, что в ос­нове жизни человеческого общества лежит способ произ­водства материальных благ. Способ производства разделя­ется на производительные силы и производственные отно­шения. Производственные отношения составляют матери­альный базис общества. А над материальным базисом над­страиваются такие формы общественного сознания, как на­ука, культура, искусство, политика, право, мораль, фи­лософия, религия и т. д. По Марксу, история человеческо­го общества — это ряд сменяющих друг друга обществен­но-экономических формаций, в которых главную роль иг­рает способ производства материальных благ. Он различал 5 формаций: первобытнообщинный строй; рабовладение; фе­одализм (крепостной строй); капиталистический строй; ком­мунистический строй. Таким образом, согласно Марксу, ис­

торией управляет закон смены общественно-экономических формаций. Каждая смена общественно-экономических фор­маций — это революция. Революцию он определял как ло­комотив истории, т. е. что она ускоряет исторический про­гресс. В предисловии к “Критике политической экономии” (1859) высказаны основные социальные идеи Маркса. Маркс понимал развитие человеческой истории по гегелевской схеме. Сначала тезис-утверждение, затем отрицание, по­том отрицание отрицания. Первобытнообщинная формация, с точки зрения Маркса, была утверждением.

Маркс считал, что в этих трех общественно-экономи­ческих формациях господствует частная собственность на средства производства, поэтому они конфликтны, антаго­нистичны, неустойчивы. Он указал на такую особенность развития этих трех типов обществ — смягчение степени эксплуатации человека человеком по мере смены одной формации другой. Самый жесткий тип эксплуатации — это рабство, и самая мягкая форма эксплуатации — наемный труд, когда человек продает свою рабочую силу. Маркс ут­верждал, что прогресс цивилизации развивается в рамках этих трех формаций таким образом, что достижения куль­туры достаются ценой больших человеческих жертв. Он уподоблял развитие общества в этот период чудовищу, ко­торое пило нектар не иначе, как из черепов убитых. Он считал, что период отрицания общественной собственности на средства производства должен смениться периодом от­рицания отрицания, т. е. утверждения общественной соб­

ственности. Коммунистическое общество должно вернуть­ся к первобытнообщинному строю, только на новой основе, со всеми достижениями культуры и цивилизации, которые человечество имеет. Мерилом общества будет не рабочее время, а свободное.

Маркс исходил из того, что первобытнообщинный строй — это общество, где господствуют коллективизм, общинные отношения и общественная собственность на сред­ства производства. Такой вывод он сделал на основе иссле­дований примитивных сообществ людей (аборигенов Авст­ралии, сообщества африканских племен и т. д.), которые были к тому времени сделаны разными учеными.

тей, людей, которые что-то изобретают, познают, творят, изменяют. Не было изначально Золотого века, т. е. време­ни когда люди жили и гармонировали в своем общении. Все­го между людьми было полно: и дружбы и вражды, и люб­ви и ненависти. Обе эти силы (гармония и антагонизм) оди­наково действуют в человеческом обществе. Это связано с особенностями человека как высокоразвитого живого су­щества. С одной стороны, человек стремится жить сообща (он — общественное существо), а, с другой, стремится жить обособленно-отдельно (по своим понятиям, не как другие).

Во взглядах на общество Маркс отнюдь не был мате­риалистом, хотя и утверждал, что материальное бытие людей первично, а сознание вторично. Он практически ос­тавался платонистом-гегельянцем, упор делал на так на­зываемые законы истории, которые управляют поведени­ем людей. Люди могут только открывать эти законы и ис­пользовать их, но по-настоящему не могут изменить ход истории своей личной волей. Позиция Маркса на исто­рию — это позиция умеренного фатализма, т. е. вера в то, что история действует как нечто целое, а человек может либо ускорить историческое развитие, либо замедлить и не больше. История есть нечто великое, мощное, чему че­ловек должен подчиняться. С одной стороны, как гуманис­тически ориентированный философ Маркс утверждал, что истинным субъектом исторического действия является от­дельный человек (“История не есть какая-то особая лич­ность, которая пользуется человеком как средством для до­стижения своих целей. История — не что иное, как дея­тельность преследующего свои цели человека”). Но, с дру­гой стороны, он характеризовал сущность человека как со­вокупность общественных отношений (“Сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивиду. В своей действительности она есть совокупность всех обществен­ных отношений”). Отдельного человека, индивида он пони­мал как абстракт, как нечто отвлеченное, неконкретное. А сущность человека — не его индивидуальность, а то, что

она — совокупность общественных отношений. Маркс здесь совсем забыл, что человек не только член общества, соци­альное существо, но и природное, животное. Человек — живое существо, и как таковое независим от общества, а, как член общества, независим от природы. Маркс же фак­тически сводил человека к обществу. Он вроде бы хотел показать, что человек не только природное существо, как у Фейербаха. А в итоге отождествил человека и общество. Человек у него оказался подчиненным обществу. Приведу еще одно его высказывание: “Отдельный человек слаб, но мы знаем, что целое — это сила”. Маркс видит только одну сторону медали — слабость индивидуума и силу об­щества; в действительности отдельный человек может быть сильнее общества. А в общем и целом они работают в одном направлении, сообща, и у каждого своя сила. В чем-то силь­нее индивид, а в чем-то сильнее общество. Общество — некоторое множество людей, взаимодействующих друг с другом. Оно не может многое из того, что может отдель­ный индивид (любить, чувствовать).

Маркс однозначно встал на сторону коллективизма. У него много высказываний на этот счет. В “Капитале” он рас­сматривает человека как олицетворение экономических ка­тегорий. “Фигуру капиталиста и земельного собственника я рассматриваю далеко не в розовом свете”, — писал он. Здесь люди являются носителями определенных классовых отно­шений, оцениваются по своей принадлежности к рабочему или капиталистическому классу (классовый подход).

Маркс писал также: “Если человек по природе своей общественное существо, то он, стало быть, только в об­ществе сможет развить свою истинную природу, и о силе его природы надо судить не по силе отдельных индивиду­умов, а по силе всего общества”. Это холизм, абсолютиза­ция целого. Марксисты считали, что богатство людей зави­сит от богатства общества: люди должны работать на госу­дарство, оно будет богатеть, а вместе с ним и отдельные члены общества. В XX в. они попытались доказать это на

практике. В итоге ничего у них не получилось. Было созда­но общество всеобщего (относительного, конечно) равен­ства и всеобщей бедности. Теперь мы думаем с точностью до наоборот: чем больше в обществе обеспеченных, бога­тых людей, тем оно богаче.

Марксизм утверждал: человек — часть общества, часть социальной материи, что общество — высший этап разви­тия природы. Марксисты полагали, что общество важнее природы. Это был, по существу, “социологический идеа­лизм”. Он возник на волне все более усиливающегося инте­реса интеллектуалов к социально-политическим проблемам. Социологическая мысль только зарождалась. Наука “соци­ология” была лишь заявлена Огюстом Контом (он был авто­ром термина “социология”). Предметом социологии являет­ся не отдельный человек-индивидуум, а совокупности лю­дей, разные социальные группы. Маркс один из первых об­ратил внимание на то, что закономерности, которые дей­ствуют в группах, больших сообществах людей, не своди­мы к закономерностям индивидуального поведения челове­ка. Он абсолютизировал этот факт, сделав вывод, что соци­альные закономерности важнее природных и что они уп­равляют человеком. Маркс был, так сказать, неофитом со­циологической мысли. Он обратил внимание человечества на важность исследования социальных структур разного типа и на то, что они не сводимы к особенностям поведения отдельного человека. Здесь Маркс прав. Неправ он тогда, когда возвел в абсолют эту несводимость.

Марксистская схема исторического процесса — и лож­ная, и опасная. В октябре 1917 г. русские большевики, воо­душевленные идеями Маркса, решили, что смогут постро­ить коммунистическое общество, в котором будет все об­щее. Оказалось, такое общество невозможно создать без террора и репрессий.

Таков исторический “материализм” Маркса. Кстати, Маркс был идеалистом во взглядах на общество и потому еще, что плоды своего ума и воображения принял за ре­альную действительность.

Третья часть марксистского учения — это социальный активизм. 11-й тезис Маркса о Фейербахе гласил: “Фило­софы лишь различным образом объясняли мир, но дело заключается в том, чтобы изменить его”. Вот Маркс и пред­ложил проект изменения мира на основе своей концепции социальной революции. И всячески продвигал его в жизнь... Этот тот случай, когда человек, не очень хорошо изучив ситуацию в обществе, стал действовать в соответствии с тем представлением, которое он выработал. Такого рода активность вредна и опасна. Марксистская философия как бы спровоцировала, подтолкнула активных людей, кото­рых достаточно в каждом обществе, поступать в соответ­ствии с ее представлениями. В частности, она настраивала рабочих на выступление против капиталистов. Маркс ут­верждал, что новое коммунистическое общество будет рож­даться в муках, в результате революции и войн, которые могут длиться до 50 лет. Человечество сильно пострадало от активизма марксистов.

4.6.