ВОСПАЛИТЕЛЬНЫЙ ПРОЦЕСС КАК ЗАЩИТНАЯ РЕАКЦИЯ ОРГАНИЗМА И РОЛЬ В НЕЙ НЕРВНОЙ И ЭНДОКРИННОЙ СИСТЕМ

Теория Эрлиха (P. Ehrlich), появившаяся в начале нашего столетия, об инфекции и иммунитете рассматривала воспалительный инфекционный процесс в основном как местную реакцию клеток организма на непосредст­венное воздействие бактериального раздражителя, как взаимодействие микробов и их токсинов с клетками организма, а иммунитет — как взаи­модействие антигенов и антител.

Таким воззрениям, основанным на теории клеточной патологии Р.

Впервые выдвинутые И. М. Сеченовым физиологические воззрения на единство соматического состояния и психической деятельности получили развитие в трудах И. П. Павлова, который раскрыл координирующее зна­чение высшего отдела нервной системы — коры головного мозга — в воз­никновении и течении ответных реакций всего организма на внешние воз­действия и дал понятие о нервной трофике как механизме, регулирующем обмен веществ, определяющем физиологическое состояние организма. Работы И. П. Павлова и его учеников осветили роль нервной системы в защите организма от инфекции. На инфекционно-токсический раздражи­тель отвечает весь организм многообразными реакциями, подчиненными общим физиологическим закономерностям, в основе которых лежат про­цессы возбуждения и торможения. Особенности в направленности и ин­тенсивности таких реакций зависят от способности целостного организма отвечать теми или иными реакциями соответственно характеру инфекцион­ного раздражителя.

Физиологическим закономерностям подчинены и иммунологические реакции, которые, согласно эволюционной трактовке И.

На внедрение и размножение инфекционных возбудителей и на вы­деляемые ими токсины организм человека отвечает многочисленными соче­танными реакциями. Из воспалительных реакций основными являются: сосудисто-экссудативные, фагоцитарные, иммунологические, аллергичес­кие, обменные.

Сосудисто-экссудативные реакции выражаются расширением крове­носных сосудов и переполнением их кровью, что приводит воспалительный очаг в состояние гиперемии. Ток крови в очаге в начальном периоде вос­паления обычно ускорен. В дальнейшем при сильно развивающейся воспалительной реакции ток крови становится замедленным и в расширен­ных капиллярах и мелких сосудах наступает стаз.

Вследствие набухания стенок кровеносных сосудов, повышения арте­риального давления, а также возрастания осмотического давления в окру­жающих тканях кровеносно-лимфатическая система становится более проницаемой для перехода жидкости, содержащей белки (альбумины, гло­булины, фибриноген), в окружающие ткани, наступает экссудация и про­исходит воспалительный отек ткани. Измененные стенки расширенных кровеносных сосудов становятся проницаемыми не только для белковых жидкостей, но и для форменных элементов крови.

Особое значение при сосудисто-экссудативной реакции имеет способ­ность проникновения через измененную сосудистую стенку лейкоцитов. По И. И. Мечникову, перемещение лейкоцитов из сосудов в окружающие их ткани подчинено хемотаксическому действию привлечения лейкоцитов продуктами обмена микроорганизмов и распада тканей.

Скопления в экссудате клеточных элементов крови и клеток местной ткани образуют воспалительный инфильтрат. Эмигрировавшие в воспа­ленные ткани лейкоциты (фагоциты) проявляют способность поглощать в воспалительном очаге микроорганизмы и продукты распада тканей (фа­гоцитарная реакция). В фагоцитозе принимают участие преимущественно полиморфноядерные клетки и макрофаги. Оптимальная деятельность фагоцитов протекает в нейтральной среде. При слабокислой реакции среды (pH = 6,5) лейкоциты гибнут, образуется гнойный экссудат.

Особое значение имеет возникновение при воспалительном процессе иммунологических реакций. Эти реакции основаны на том, что вещество, введенное из внешней среды в организм, является антигеном, так как вызывает в организме образование соответствующих антител. Спе­цифические антитела образуются в организме также и при внедрении в организм из внешней среды микроорганизмов, вызывающих воспалитель­ный процесс. На продуцируемые микробами токсины организм отвечает образованием антитоксинов (нейтрализующих токсины), агглютининов (вызывающих склеивание бактерий), опсонинов (способствующих фаго­цитозу), цитолизинов и других веществ, помогающих организму в борьбе с инфекцией.

На способности организма к иммунологическим реакциям основано применение искусственного введения в животный организм микробов или их ядов, так называемая иммунизация, применение специфических иммунных сывороток, полученных от иммунизированных животных. Им­мунобиологические процессы находятся в подчинении физиологическим закономерностям и рассматриваются не как местные реакции отдельных клеток и тканей, а как ответные реакции всего организма, объединенного посредством функции центральной нервной системы.

Выяснено, что методом условных рефлексов возможно воспроизвести иммунные реакции (М.

По И. П. Павлову, конкуренция одновременно действующих раздра­жителей предоставляет одному из них основное значение в организме на определенный период.

Аллергические реакции, как известно, проявляются под сенсибилизирующим воздействием того или иного фактора —аллергена и последующего действия разрешающего фактора. При резкой выраженно­сти реакций, в связи с повышенной чувствительностью организма их опре­деляют как гиперергические, а при слабом проявлении—как гипергичес- кие. Анергия — отсутствие реакции — бывает положительной при имму­нитете и отрицательной при упадке реактивной способности организма.

Под действием агентов, вызывающих воспалительный процесс, воз­никают также обменные реакции в воспалительном'очаге и во всем организме. Они возникают в связи с альтерацией, т. е. с повреждением тка­ни, ее перерождением и некрозом. Вследствие распада тканей повышается осмотическое давление, нарушается ионное равновесие в сторону гипер­ацидоза тканей. В связи с нарушением обмена веществ в организме наруша­ется его терморегуляция, что выражается лихорадочной реакцией. На­ряду с этим происходит размножение тканевых элементов — пролифера­ция, которая проявляется со стороны эндотелия и адвентициальных кле­ток кровеносных и лимфатических сосудов, а также ретикулярных клеток.

В результате пролиферации соединительнотканных клеток образует­ся грануляционная ткань. В то же время отмечается пролиферация спе­цифических клеток ткани.

Среди ответных реакций организма на возникновение местного пато­логического процесса, как указал И. П. Павлов, следует различать реак­ции патологические, нервно-дистрофические, защити ы е, компенсаторные и восстановительные, направлен­ные иа ликвидацию патологического процесса.

К патологическим реакциям можно отнести те, которые выражаются расстройствами кровообращения, гистолитическими явлениями, наруше­ниями физико-химических процессов, расстройствами обмена; к защитным, компенсаторным и восстановительным реакциям — те, которые проявляют­ся усиленной циркуляцией крови, миграцией лейкоцитов, фагоцитозом, пролиферацией, размножением тканевых элементов, развитием грануля­ционной соединительной ткани.

Советские иммунологи (А. Д. Адо,В. М. Жданов, и др.) пришли к за­ключению, что на внедрение инфекции как на действие чрезвычайного раздражителя организм отвечает по типу сложного безусловного рефлекса, выражающегося в форме барьерного воспаления как защитного фактора, который филогенетически выработался в организме в борьбе с инфекциями и представляет собой сложный механизм, действующий в сторону задержа­ния или уничтожения бактериального возбудителя.

Посредством рефлекторного механизма нервная система обеспечивает быстрое реагирование на внедрение инфекционного раздражителя. При­ведение в действие защитных факторов организма обычно ведет к подав­лению и локализации инфекционного возбудителя или его уничтожению. В противном случае может наступить гибель организма.

Во взаимодействии с нервной системой в приспособительных защит­ных реакциях организма принимает участие и эндокринная система, глав­ным образом кора надпочечников.

У животных, подвергнутых удалению коры надпочечников, наступает слабость, нарушаются функции пищеварения, кровообращения; кровяное давление падает; в крови снижается сахар и увеличивается остаточный азот, уменьшается отделение мочи, вплоть до анурии; уровень калия в крови повышается, а натрия понижается, чем нарушается ионное равновесие; температура тела катастрофически падает, животное гибнет.

Из этого можно заключить, что организм нуждается в постоянном потреблении продуцируемых корой надпочечника гормонов — так назы­ваемых кортикоидов.

Канадский патолог Селье (H. Selye) выдвинул теорию стресса (stress), согласно которой факторы, вызывающие «напряжение» в организме, пато­генные раздражители (стрессоры), в том числе и инфекционно-токсичес­кие, приводят в действие защитный адаптационный синдром, общий и местный. Как показали результаты многочисленных экспериментальных исследований, общий адаптационный синдром выражается усилением активности передней доли гипофиза, преимущественно в отношении уси­ленного продуцирования АКТГ и активизации секреции гормонов коры надпочечников, иногда ее гиперплазии. В то же время отмечается инволю­ция тимико-лимфатической системы с явлениями лимфопении и эозинопе- нип, а также направленность обменных процессов в сторону усиления яв­лений катаболизма, гипотермии и т. п. Система гипофиз — кора надпочеч­ника отличается свойством активизироваться под воздействием любого несцецифического раздражителя; эта ответная реакция происходит чрез­вычайно быстро: через 1—2 минуты в крови обнаруживается избыточное содержание гормонов этой системы. Если воспрепятствовать развитию реакции надпочечников, то резистентность организма понижается, случаи смертельного исхода учащаются.

Среди кортикоидов имеется гормон, противодействующий повреждаю­щим влияниям среды, который обладает противовоспалительным дейст­вием, — кортизон.

Советские патофизиологи, признавая известное значение выдвинутых Селье положении, подкрепленных в эксперименте, в отношении некоторых реакций эндокринных желез на состояние организма, отмечают недочеты его концепции. П. Д. Горизонтов считает необоснованным термин Селье «местный адаптационный синдром» и не согласен с Селье в том, что он при­писывает воспалению только защитное значение, не учитывая начальных явлений тканевого повреждения. И. А. Эскин приводит данные, свидетель­ствующие о том, что в мобилизации АКТГ под воздействием патологичес­ких раздражителей участвуют высшие отделы центральной нервной сис­темы: в гипоталамической области находится центр, регулирующий вы­деление АКТГ, а функция гипоталамуса контролируется высшим отделом центральной нервной системы. Недостатком концепции Селье гипофиз—над­почечник является то, что автор на первый план выдвигает реакции эн­докринной системы.

Что касается проявления ответных реакций в женском организме на возникновение инфекционно-токсического очага в половых органах, то оно подчинено таким же физиологическим закономерностям. Надо пола­гать, что у женщин даже более совершенно сформировался приспособи­тельный защитный рефлекторный механизм против инфекции, проникающей в половые органы во время абортов, родов и т. д. Клинически это под­тверждается тем, что наряду с большой частотой генитальных воспалитель­ных процессов у женщин нередко наблюдается малозаметное и даже скры­тое их возникновение и течение, наклонность к локализации, к скорому переходу из острой в хроническую форму, редкость смертельного исхода.

По-видимому, в связи с частой подверженностью влагалища механи­ческим и инфекционным воздействиям, связанным с физиологическими от­правлениями, в нем выработался защитный механизм. Экспериментально и клинически установлено, что стафилококки, стрептококки, кишечная палочка, попадающие во влагалище, могут там погибнуть. Такое самоочи­щение влагалища зависит от антагонистических и антибиотических свойств содержимого влагалища при наличии нормальной палочковой флоры (Bacillus acidophilus vaginalis — палочка Дедерлейна).

Многочисленными исследованиями установлено, что содержимому влагалища свойственна нормальная микрофлора, которая меняется в за­висимости от состояния макроорганизма (его возраста, питания и других эндогенных факторов) и от влияния факторов экзогенных, внешней среды, преимущественно от проникновения патогенных микробов. Нормальная микрофлора влагалища здоровой женщины связана с наличием в нем вла­галищной палочки, для существования которой необходима высокая кис­лотность содержимого (рН=4—4,5), высокое содержание сахара и глико­гена и низкое —диастатического фермента и белка. Кислотность зави­сит от образования молочной кислоты при разложении гликогена, количе­ственное содержание которого связывают с функцией яичников. По характеру микрофлоры влагалища, реакции и содержанию лейкоцитов раз­личают четыре степени его чистоты. У здоровых женщин детородного пе­риода обычно бывает I или II степень чистоты влагалища. Перед наступле­нием и во время менструаций содержимое влагалища приобретает щелочную реакцию и содержит обильную флору. Л. Г. Перетц (1955) считал мик­рофлору III и IV степеней чистоты влагалища у женщин, начиная с пе­риода полового созревания и до конца детородного периода, дисбактерио­зом. Это не относится к старым женщинам, у которых в здоровом состоя­нии часто находят III—IV степень чистоты влагалища; IV степень чистоты влагалища часто наблюдается и у девочек. При хронических кольпитах немаловажную патогенетическую роль играют эндогенные факторы, свя­занные с гормональными нарушениями, в результате которых в слизистой влагалища не происходит процессов, свойственных нормальному менстру­альному циклу.

Помимо биологической самозащиты в половых путях от восходящей из внешней среды инфекции, существует еще механическая защита. Ее осуществляет вульварное кольцо, замыкающее вход во влагалище, внут­ренний зев шейки матки, слизистая пробка шеечного канала, перешеек матки, а также интерстициальная часть маточных труб.