ЛЕЧЕНИЕ

В настоящее время несомненным является то положение, что каждая больная, у которой поставлен диагноз внематочной беременности, должна быть оперирована.

Дискуссии о преимуществах оперативного и консервативного метода лечения представляют теперь лишь исторический интерес.

Учитывая все сказанное, становятся понятными не только преиму­щества оперативного лечения, но и необходимость его применения в каж­дом случае распознавания внематочной беременности.

При остром прерывании внематочной беременности с кровоизлиянием в брюшную полость необходима срочная оперативная помощь.

Тяжелое состояние больной объясняется не только, а подчас и не столько кровопотерей, сколько перитонеальным шоком.

При внематочной беременности с кровоизлиянием в брюшную полость клиническая картина иная, чем, например, при острой кровопотере, вызванной атонией матки. Кто из акушеров-гинекологов не наблюдал, как «инсульт» при внематочной беременности сопровождается погружением больной в состояние прострации: она лежит спокойно, безучастна к окру­жающему. Резкая бледность кожных покровов, падение температуры ниже нормы, скованность больной — все это является выражением в пер­вую очередь шокового состояния. При внематочной беременности одним из симптомов являются боли, которые могут быть различной силы. Момент разрыва плодовместилища сопровождается обычно сильными, резкими болями, обморочным состоянием вследствие внезапного раздражения брюшины при разрыве органа и излитии крови в брюшную полость, затем уже происходит все возрастающая кровопотеря. Сочетание болей с внут­рибрюшинным кровоизлиянием приводит к развитию шока. Нервно-боле­вой фактор часто предшествует кровопотере и делает организм особенно чувствительным к ней.

Разнообразием клинических форм прерывания внематочной беремен­ности, различной чувствительностью организма и выраженностью шоко­вых явлений объясняется то, что в одних случаях и при большой кровопо­тере женщина остается более или менее в удовлетворительном состоянии, а в других, наоборот, малая кровопотеря сопровождается тяжелейшим состоянием.

В. А. Покровский, подчеркивая значение шоковых явлений при вне­маточной беременности, указывает, что он неоднократно наблюдал пони­жение артериального давления при небольшом кровоизлиянии в брюш­ную полость.

И. Л. Брауде полагает, что следует немедленно приступать к опера­ции и до остановки кровотечения не применять мер, повышающих арте­риальное давление. Переливание крови непосредственно перед началом операции он считает допустимым.

Клинические наблюдения показывают, что удаление разорванного плодовместилища, остатков плодного яйца и цо возможности крови из брюшной полости является лучшим средством для борьбы с перитонеаль- 10*

ным шоком. Состояние больной во время операции, еще до применения средств, улучшающих сердечную деятельность и повышающих артериаль­ное давление, начинает улучшаться, хотя борьбы с кровопотерей еще ине проводилось.

Поэтому общепринятым является то, что тяжелое состояние больной в результате разрыва плодовместилища при внематочной беременности, па­дение сердечной деятельности и артериального давления не должны яв­ляться противопоказанием к немедленной операции. Наличие внутрен­него кровотечения действительно требует экстренной помощи. Энергичное применение сердечных средств, форсированное переливание крови может усилить продолжающееся кровотечение или привести к его возобновлению, если при низком падении артериального давления оно приостановилось. Такие мероприятия могут дать нежелательные результаты и ухудшить состояние больной. Поэтому и считается противопоказанным при остром прерывании внематочной беременности применять до операции различные средства, улучшающие сердечную деятельность и приводящие к повыше­нию артериального давления.

Однако при тяжелом состоянии больной, приступая немедленно к под­готовке к экстренной операции, целесообразно женщину взять в опера­ционную, под кожу ввести 1 мл 2% раствора пантопона, начать капельное переливание крови или кровезаменителей в вену со скоростью до 40—60 капель в минуту, дать кислород.

По вопросу о методе обезболивания при операции по поводу внематоч­ной беременности нет единого мнения. Чаще всего используется эфирный наркоз. Так, по А. Д. Аловскому наркоз был применен в 98,9% случаев при операциях по поводу внематочной беременности, по данным шанхай­ских больниц (Тиен Хсюех-пинг и др., 1957) — на 2822 случая в 96,13%. Бехэм (1956) с соавторами указывает, что при внематочной беременности применялся преимущественно эфирно-кислородный наркоз, этилен, цик­лопропан и в редких случаях — интратрахеальный наркоз. М. С. Алек­сандров на основании данных о 12 734 больных рекомендует при острой форме внематочной беременности операцию производить под эфирным нар­козом, а в холодном периоде применять анестезию, наиболее употреби­тельную в условиях той или иной клиники.

А. И. Тимофеев, И. Ф. Козлов, В. В. Дьяконов и др. считают резкое раздражение брюшины вследствие внутрибрюшного кровоизлияния при внематочной беременности противопоказанием для местного обезболивания. Многие акушеры предпочитают пользоваться ингаляционным эфирным наркозом, отмечая улучшение состояния больной, как только она засы­пает. Действительно, часто, как это указывает и И. Л. Брауде, с началом действия наркоза пульс у больной становится полнее и реже. Это можно объяснить частичным снятием явлений шока при выключении коры голов­ного мозга во время наркоза.

Но каждый из акушеров-гинекологов, проработавший длительное вре­мя, мог наблюдать и обратное явление, когда с началом действия эфирного наркоза состояние больной с внематочной берменностью резко ухудша­лось. Известны случаи и смертельных исходов при этом. Объяснение подоб­ных летальных исходов следует искать не только в тяжелой острой ковопо- тере, но и в применении эфирного наркоза.

Хорошо известно, что при операциях у больных, находящихся в сос­тоянии тяжелейшего шока, в преагональном состоянии или агонии приме­нение глубокого эфирного наркоза приводит к чрезмерному углублению торможения центральной нервной системы и еще большему снижению уровня окислительных процессов.

Нам пришлось наблюдать, как у больной, оперируемой по поводу внематочной беременности, с разрывом трубы во время эфирного наркоза состояние резко ухудшилось и наступила агония. Из терминального сос­тояния больная была выведена применением внутриартериального пере­ливания кровезаменителей и гипертонических растворов хлористого каль­ция и глюкозы.

В. А. Покровский полагает, что при внематочной беременности с тяже­лым шоком наименее опасной является местная анестезия по Вишнев­скому. Он рекомендует широко применять при внематочной беременности местное обезболивание, сочетая его с поперечным надлобковым разрезом. В. А. Покровский считает, что при таком разрезе кишечные петли не ме­шают и облегчается доступ к матке и ее связкам. Рвота у больных при этом наблюдается редко.

П. В. Маненков, Б. С. Пойзнер, Г. М. Новиков и др. с упехом поль­зуются местной анестезией при операциях по поводу эктопической бере­менности.

По нашему мнению, не может быть как полного отрицания, так и аб­солютного утверждения приемлемости местной анестезии при прервав­шейся или прерывающейся внематочной беременности. Местная анесте­зия обычно хорошо выполнима, когда в брюшной полости не более 1 л кро­ви. Чаще всего это имеет место при трубном выкидыше. При более или ме­нее удовлетворительном состоянии больной не требуется и особой спешки при проведении операции (рис. 37).

При остром прерывании внематочной беременности с большой крово­потерей брюшная полость заполнена кровью, органы малого таза недос­тупны осмотру и местную анестезию технически трудно выполнять. Не­редко оператор, вскрыв брюшную полость, не проводя анестезии в малом тазу, захватывает рукой матку, выводит ее в рану и только после этого производит анестезию, чаще всего неполную.

Поэтому при внематочной беременности и большом кровоизлиянии в брюшную полость более целесообразно применение эфирно-кислородного наркоза. Тем более, что при сильнейших кровотечениях для спасения жиз­ни больной буквально дорога каждая минута.

Однако исключением являются терминальные состояния. При вне­маточной беременности на наступление подобного состояния будут ука­зывать прерывистое дыхание или его остановка, отсутствие пульса на периферических сосудах, падение максимального артериального давления Ниже 60 мм или невозможность его определения.

При операциях по поводу внематочной, беременности с большими кро­воизлияниями в брюшную полость или обширными спайками весьма умест­но сочетать пресакральную и местную анестезию по Вишневскому. Если нет большого спаечного процесса, кровоизлияние умеренное, то можно обойтись и без пресакральной анестезии.

При терминальном состоянии больных следует оперировать под мест­ной анестезией или под легким эфирным, лучше эфирно-кислородным нар­козом в сочетании с местным обезболиванием.

Сочетание местной анестезии с наркозом еще выгодно и потому, что при наркозе полностью не прерывается импульсация из операционной раны и в центральную нервную систему продолжают поступать импульсы при сильных раздражениях. «Даже полный наркоз не гарантирует от возможности возникновения рефлексов с внутренних органов, что может явиться причиной тяжелых осложнений во время хирургических опера­ций»,— пишет В. В. Закусов.

Наблюдения, проведенные И. А. Макаренко с использованием таких объективных методов, как плетизмография и пневмография, показали, что

width=330 height=275 id="Picutre 47" class="lazyload" data-src="/files/uch_group93/uch_pgroup319/uch_uch6866/image/image045.jpg">

Рис. 37. Схема местной анестезии при внематочной беремен­ности.

полностью импульсация из операционной раны не прерывается и при глу­боком эфирном наркозе. При хорошо выполненной местной анестезии прекращается поступление импульсов в центральную нервную систему из операционного поля.

Весьма чувствительными являются круглая и воронко-тазовые связ­ки, у больной отмечаются рефлекторные реакции на их раздражение и особенно натяжение. Поэтому, производя операцию при внематочной бе­ременности, даже под общим наркозом, весьма целесообразно ввести 0,25% раствор новокаина непосредственно в воронко-тазовую связку (30 мл) и затем, направляя иглу по ее внутренней поверхности, еще 40 мл. При помощи добавочных уколов иглы вводят по 20 мл раствора новокаи­на под передний листок широкой связки и в толщу круглой связки на стороне пораженной трубы.

Чревосечение при внематочной беременности чаще всего производят с помощью срединного продольного разреза от лона и по направлению к пупку. Этот разрез технически проще, более доступен широкому кру­гу врачей, требует мало времени и создает хороший доступ в брюшную полость.

Применяется и поперечный надлобковый разрез. Большим сторон­ником поперечного разреза брюшной стенки, даже при острой форме вне­маточной беременности, является М. С. Александров. В клинике, которой он руководит, этот разрез был применен в 96,4% операций при эктопичес­кой беременности. Указанный разрез имеет ряд преимуществ (прочность рубца, косметичность), но является более сложным, требует больше вре­мени, чем продольный разрез. Доступ в брюшную полость при нем огра­ничен, а поэтому в запущенных случаях внематочной беременности при наличии заматочной кровяной опухоли или обширных спаек не следует пользоваться поперечным надлобковым разрезом.

В превалирующем большинстве случаев встречается трубная беремен­ность, и операция состоит в удалении пораженной трубы. При недавно происшедшем разрыве трубы оперативное вмешательство весьма несложно. Обычно производят наиболее простой продольный разрез брюшной стенки. По вскрытии брюшины начинает выливаться кровь из брюшной полости. Разрез брюшины расширяют, вводят руку в полость таза, нащупывают матку, а затем измененные придатки и выводят их в рану; при этом в ране показывается угол матки, а затем и ее дно. При малых сроках беременнос­ти, когда обычно и встречается разрыв трубы, последняя настолько мало увеличена, что на ощупь это можно и не заметить. При больших сроках беременности труба вместе с яичником определяется в виде мягковатой опухоли большей или меньшей величины. Если в рану по ошибке выведе­на труба, в которой нет беременности, то ее опускают в брюшную полость и извлекают вторую.

Наиболее часто встречается разрыв трубы в ее истмической части, которая и представляется увеличенной в этом месте. На стенке трубы имеется чаще всего небольшое отверстие, из которого выступают ворсинки хориона. Иногда утолщение трубы не превышает размеров горошины, узура ее стенки ничтожна, и только внимательный осмотр позволяет уви­деть указанные изменения.

Осмотрев трубу и удостоверившись, что в ней развивалась беремен­ность, накладывают один зажим Кохера или клемму на трубу у самого угла матки. При этом в зажим захватывается и небольшой участок бры­жейки трубы. Необходимо следить, чтобы концом зажима не взять соб­ственную связку яичника. Следующий зажим накладывают на мезосаль- пинкс у ампулярного конца трубы, параллельно последней (рис. 38). Me- зосальпинкс до конца зажима надсекают, затем накладывают 1—2 зажима на оставшуюся часть мезосальпинкса и трубу удаляют. Захватывать в один зажим весь мезосальпинкс нецелесообразно, так как при наложении лигатуры средний участок захваченного в зажим мезосальпинкса может выскользнуть или нежная брыжейка трубы прорезывается. Это создает ненадежный гемостаз, который может не сопровождаться кровотечением в момент операции из-за низкого артериального давления, а проявит себя в последующем. Зажим заменяют кетгутовыми лигатурами. Особенно тща­тельно следует наложить лигатуру на маточный конец трубы, так как она иначе может легко соскользнуть. Лучше всего, накладывая лигатуру, об­колоть культю трубы, проводя шов сверху у дна матки и под концом зажима.

Р. В. Кипарский, И. И. Фейгель и др. считают целесообразным в це­лях предупреждения повторной внематочной беременности производить глубокую клиновидную резекцию интерстициальной части трубы из угла матки. В литературе встречаются отдельные сообщения о развитии бере­менности в культе трубы. Но такие случаи являются очень редкими и могут быть предупреждены тщательной перитонизацией культи маточного конца трубы. К тому же клиновидное иссечение интерстициальной части трубы может сопровождаться осложнениями при последующих беременностях и родах. А. В. Ланковиц, Е. П. Майзель и др. сообщают о разрывах беремен­ной матки по рубцу после клиновидного иссечения трубы при внематочной беременности.

Большинство акушеров-гинекологов применяют клиновидное иссече­ние трубы только при интерстициальной беременности или в тех случаях истмической беременности, когда плодное яйцо располагается у самого угла матки и невозможно наложить зажим на маточный конец трубы. Мы также придерживаемся такого мнения, обращая внимание на тщательную пери­тонизацию культи трубы, используя для этой цели круглую связку.

Рис. 38. Трубная беременность. Удаление беременной трубы.

Круглая связка_j захваченная у маточного конца, подшивается над культей трубы к углу матки. Следующими стежками непрерывного кетгу­тового шва круглая связка соединяется с маткой, собственной связкой яичника и остатками брыжейки трубы (рис. 39). При необходимости пери­тонизирующим швом может быть подхвачен и яичник (рис. 40), но следует избегать повреждения или прокола желтого тела, что обычно сопровож­дается кровотечением, требует наложения добавочных швов или даже ре­зекции яичника.

Яичник при внематочной беременности с разрывом трубы обычно не изменен и его необходимо сохранять. Удаление яичника может быть пока­зано только при его заболеваниях (опухоли и др.). В таких случаях вместе с трубой удаляют и яичник. Один зажим накладывают у угла матки на ^τPy6y и собственную связку яичника; другие зажимы — последовательно на воронко-тазовую связку и верхнюю часть широкой связки, параллель­но яичнику. Зажимы заменяют обкалывающими лигатурами. Культи трубы и связок перитонизируют с помощью круглой связки, которую под­шивают к углу матки и затем сшивают с задним листком широкой связки. Перитонизирующий непрерывный шов заканчивают полукисетом, погру­жая lig. infundibulo-pelvicum.

Если во время операции из-за очень тяжелого состояния больной при­ходится спешить с ее окончанием, можно не производить тщательную пери­тонизацию, применяя непрерывный обвивной шов на брыжейку, остав­шуюся после отсечения трубы (И. Л. Брауде),

Рис. 39. Пернтонизация после удаления трубы при внематочной беременности.

Рис. 40. Перитонизация при операции по поводу труб­ной беременности. Если брыжейки трубы осталось так мало, что пришить к ней круглую связку затруднитель­но, то связку пришивают к яичнику и заканчивают не­прерывный шов полукисетом.

В таких случаях, когда дорога каждая минута, по-нашему мнению, следует только хорошо наложить лигатуры на культю трубы у угла мат­ки и мезосальпинкс. Однако это применяется как редчайшее исключение, так как отсутствие перитонизации может вызывать спайки с последующей кишечной непроходимостью. Мы наблюдали подобное осложнение у 2 боль­ных после операции внематочной беременности в результате спаек при плохой перитонизации культей.

Оперируя больных с острым прерыванием внематочной беременности, можно использовать для трансфузии кровь, полученную из брюшной по­лости. Это важно в тех условиях, когда нет консервированной крови или запасы ее слишком малы. Вскрывают брюшину небольшим разрезом, края последнего берут на 4 зажима и приподнимают. Из брюшной полости кровь собирают с помощью чашки, банки, большой ложки. Получаемую таким образом кровь процеживают через 6—8 слоев стерильной марли, смочен­ной 4% раствором лимоннокислого натрия, в сосуд, в который налит этот же раствор цитрата из расчета 10 мл на 100 мл крови. Удобнее всего кровь собирать в стандартную банку для переливания крови, в которую вставлена большая воронка, прикрытая стерильной марлей в 6—8 слоев.

Обратное переливание крови с успехом применяли многие авторы в дозах от 500 до 1000 мл и более. А. Н. Филатов и М. Е. Депп на основании сводных данных указывает, что из 815 случаев обратного переливания кро­ви в 744 (91 %) оно применено при внематочной беременности. М. С. Алек­сандров, сообщая о 12 734 больных с внематочной беременностью, реко­мендует широко применять реинфузию крови, удаленной из брюшной по­лости. Реинфузия была применена у 25% больных и позволила сэкономить 1500 л донорской крови. Реинфузии почти не сопровождались реакциями, позволяли использовать большие количества крови (до 2,5 л) и не требо­вали времени на определение группы крови и проверки на совместимость. Переливать можно при отсутствии признаков инфекции в организме толь­ко свежую, недавно излившуюся кровь (не свыше 24 часов), внешний вид которой не изменился. При длительном пребывании в брюшной полости происходит гемолиз крови, возможно и ее инфицирование.

Мы нередко используем обратное переливание крови при разрыве трубы с большим кровоизлиянием в брюшную полость, а при необходи­мости применяем добавочно консервированную донорскую кровь или кро­везаменители.

Вопрос об удалении крови из брюшной полости является спорным. Одни считают, что жидкую кровь следует оставлять, так как ойа всасы­вается брюшиной через ее лимфатические сосуды. Другие рекомендуют уби­рать излившуюся кровь во избежание возникновения обширных спаек и развития инфекции. М. С. Малиновский, И. Л. Брауде, И. Ф. Жорданиа и др. полагают, что кровь по возможности следует убрать, производя это с помощью водоструйного отсоса или марлевых салфеток. Особенно тщательно удаляют сгустки крови.

Операция при прервавшейся внематочной беременности с наличием заматочной кровяной опухоли представляет сложное вмешательство, дос­тупное хирургу, хорошо владеющему оперативной техникой. Поэтому при установлении диагноза заматочной кровяной опухоли в условиях участ­ковой или районной больницы, где может не оказаться достаточно опыт­ного хирурга, больную следует направить в акушерско-гинекологическое учреждение, располагающее более квалифицированными кадрами. Тран­спортировка обычно не представляет опасности для больной, так как вне­маточная беременность давно уже прервалась. При наличии в больнице соответствующих условий и квалифицированного хирурга-гинеколога больную нужно оперировать там, где поставлен первоначальный диагноз.

C целью обезболивания чаще всего применяют эфирный или эфирно- кислородный наркоз. При старой внематочной беременности 'можно при­менять и местное обезболивание, комбинируя его при надобноети с эфир­ным наркозом.

Чревосечение лучше всего производить с помощью продольного сре­динного разреза брюшной стенки, идущего от лона до пупка. Такой раз­рез обеспечивает хороший доступ в брюшную полость и свободу манипу­ляций при оперативном вмешательстве. Нередко заматочная кровяная опухоль, выступая над лоном, приводит к смещению вверх мочевого пу­зыря, окружена многочисленными спайками и сращениями с брюшными органами. При таких условиях чревосечение с помощью надлобкового поперечного разреза является технически трудно выполнимым и создает ограниченный доступ в брюшную полость, усложняя оперативное вмеша­тельство.

Перед вскрытием брюшины больной придают положение с приподня­тым тазом. Вскрывать брюшину следует осторожно и в верхнем углу раны, расширяя в дальнейшем разрез под контролем зрения, потому что могут быть сращения органов брюшной полости с париетальной брюшиной и их легко можно поранить, если не учитывать данное обстоятельство. После вскрытия брюшной полости становится видна заматочная кровяная опухоль, сращенная с маткой, кишечными петлями и сальником. Вначале следует ориентироваться в расположении органов, взяв за исходный пункт матку и захватив ее у ребер клеммами за круглые связки. Некоторые берут матку в области дна пулевыми щипцами или накладывают временную шелковую лигатуру. Если матка не видна, приступают к выделению опухоли из сра­щений. Перед этим тщательно отгораживают марлевыми салфетками опе­рационное поле от верхних отделов брюшной полости. Плотные сращения кишечных петель и сальника с опухолью рассекают осторожно куперов- скими ножницами, рыхлые спайки разделяют с помощью тупфера или паль­цев. При интимном сращении с кишечником выгоднее оставить частицы капсулы опухоли на стенке кишки, чем повредить последнюю. Сальник при затруднениях во время его выделения может быть частично резеци­рован. Во многих случаях удается вначале высвободить матку из сраще­ний, что облегчает последующее постепенное выделение и всей опухоли. Не всегда удается выделить всю опухоль целиком, часто капсула разры­вается и из полости опухоли начинают выделяться старые сгустки крови. При этом следует опорожнить опухоль от сгустков крови и затем выделить по возможности оставшуюся капсулу, достигающую нередко значительной толщины. Если капсулу кровяной опухоли из-за обширных и плотных сра­щений выделить невозможно, то производят опорожнение опухоли от сгустков крови, извлекают из мешка придатки и удаляют их или одну трубу, если яичник можно сохранить. После этого удаляют по частям и капсулу, поскольку это возможно.

При удалении опухоли, включающей в себя не только трубу и сгустки крови, но и яичник, последний необходимо попытаться выделить из опу­холи и сохранить его полностью или частично. При больших патологичес­ких изменениях яичника его приходится удалять вместе с опухолью. При удалении заматочной опухоли отсекается и пораженная труба. После этого производят гемостаз в области мезосальпинкса, культи трубы у угла мат­ки, а при удалении опухоли вместе с яичником лигируют и воронко-тазо­вую связку. Паренхиматозное кровотечение в области сращений останав­ливают временным прижатием тампона, смоченного эфиром, сильно крово­точащие участки осторожно обкалывают кетгутовыми швами. При невоз­можности остановить паренхиматозное кровотечение дренируют марлевой полоской полость малого таза через кольпотомное отверстие, сделанное со стороны заднего влагалищного свода. Может быть применен и дренаж через брюшную рану. Перитонизация производится с помощью круглой и широкой связок, а при обширных раневых поверхностях можно с успе­хом воспользоваться куском предварительно резецированного сальника. Последний подшивают отдельными тонкими кетгутовыми швами с таким расчетом, чтобы прикрыть участки не заперитонизированные с помощью указанных выше связок.

При перитубарных гематомах, окруженных рыхлыми сращениями, опухоль легко удается выделить целиком вместе с фибринозной капсулой, образовавшейся вокруг кровоизлияния. Матку выводят в операционную рану вместе с опухолью (трубой) и последнюю после наложения зажимов на ^τPyδy У угла матки и мезосальпинкс удаляют. В брюшную полость вли­вают 500 000 ЕД пенициллина, растворенного в 50 мл 0,25 % раствора но­вокаина и брюшную рану обычно зашивают наглухо.

При инфицированной и нагноившейся заматочной кровяной опухоли, обычно отграниченной от брюшной полости плотной капсулой, чревосе­чение противопоказано из-за опасности разлитого перитонита. Опорожне­ние производят с помощью задней кольпотемии.

Через колытотомное отверстие после опорожнения кровяной опухоли вводят толстую дренажную трубку, которую спустя 2—3 дня заменяют новой. Удаляют дренажную трубку чаще всего на 6—8-й день.

Во время операции внематочной беременности и в послеоперационном периоде применяют антибиотики. Всем больным, перенесшим внематоч­ную беременность, после операции необходимо проводить противовоспа­лительное лечение, способствующее ликвидации остаточных явлений в области оперативного вмешательства и предупреждающее возникновение беременности во второй трубе.

В настоящее время в нашей стране летальные исходы от острой крово­потери при внематочной беременности являются исключительной ред­костью. Общая летальность, включая все виды эктопической беременности, по данным Л. А. Кривского, А. Д. Аловского и др., равна 1,5—2%. По данным М. С. Александрова, на 12 734 операции при внематочной беремен­ности летальность составила 0,36%, а за последние 12 лет на 5064 опера­ции — 0,24%. Средний процент послеоперационных осложнений в послед­ние 5 лет не превышал 2, 3. Тиен Хсюек-пинг, Пи Чан-чин, Чен Мей-пу и Лиу Ти-лин на 2822 случая эктопической беременности в Шанхае пос­леоперационные осложнения отметили в 4,05%, а летальные исходы — в 0,14% случаев. Смерть обычно наступает от кровопотери и шока при несвоевременном оказании помощи или от инфекции, осложняющей за­старелые случаи внематочной беременности.