Одпнска М. Колупаева в січні 1671 р. про старшинську раду в Батурині.
Государю Царю і великому Князю Алексѣю Михайловичу всеа Великия и Малыя и Бѣлыя Росіи Самодержцу холопъ твой Мишка Колупаевъ челомъ бьетъ.
Въ нынешнемъ, Государь, во 179-м году декабря въ 23 день писал я, холопъ твой, к тебѣ великому Государю к Москве, что волею Божиею Гетманъ Демянъ Игнатовичъ боленъ и лежитъ присмерти і видя ту Гетманскую скорбь я, холопъ твой Мишка, с товарищи учал быть в опасеньи і твоих великого Государя ратных людей многихъ поставилъ в верхнемъ городке, такъ же і в болшомъ, вездѣ с прибавкою по карауломъ, а досталных людей — в строй.
И енералныя Гетманския ближния люди, видя наше, холопеЙ твоих, опасень- ешка, обозной и судьи, и есаулы, и писарь, и Батуринской сотникъ, і войтъ, и іные многие розных чиновъ Батуринския жители, которыя в то число были, прежнею свою присягу того числа подкрепили и крестъ тебѣ, великому Государю, целовали при мнѣ, холопе твоемъ. А полковниковъ, Государь, и хорунжего генералного, и бунчюжного, и брата меншого Гетманского Савы в то число при Гетмане не было. И о том к тебѣ, великому Государю, к Москве преж сего писано.И после, Государь, того вскоре в декабрѣ ж мѣсяце і в генварѣ в розных числех был в Батурине к Гетману к Демяну Игнатовичю сьѣэдъ полковникомъ и обознымъ полковымъ, и есауломъ, и писаремъ, и сотникомъ, і всякимъ урядникомъ и началнымъ многимъ людемъ, и рядовымъ товарищем. Гетманъ Демьянъ Игнатовичъ, лежучи на одрѣ смертном, заплакавъ слезно, говорилъ и приказалъ, из устъ своих, чтоб они полковники и началные люди і всякого чину тѣх городовъ жители тебѣ великому Государю служили по- прежнему вѣрно і неотступно, хотя будетъ и смерть ему Гетману случитна; и імъ после ево ни на какия прелести не прелщатись, такъ же что и при немъ, Гетмане, было. И чтоб они Енералные началные люди, полковники обрали наказного Гетмана ково они излюбятъ до твоего, великого Государя, указу, по KO ix мѣстъ он, Гетманъ, обможетца, чтоб было кому вѣдать всякие
твои, великого Государя, дела і войско все в Малоросійских городѣ*.
И мнѣ, холопу твоєму Мишки, он. Гетманъ Демьянъ Игнатовичъ, о томъ имъ говорить велѣл же; и я, холопъ твой Мишка, на томъ съѣздѣ имъ. полковником и всѣмъ тѣмъ людемъ, которые с ними тут же на сьѣзде были, говорилъ, чтобъ и они полковники і всѣ их началные люди и рядовые их товарищи тот Гетманской исустной приказ исполнили, видя Гетманскую болѣзнь, и чтоб прежнюю свою присягу подкрепили, так же что и обозной и судьи, і всѣ Генералные и началные люди, и Батуринския жители. И обозной и судьи, и писарь, и ясаулъ в тѣ поры были тут же и тебѣ, великому Государю, радѣли во всякихъ твоихъ, великого Государя, делах и тѣм полковникомъ говорили ж, чтоб и они також учинили. И тѣ, Государь, полковники и началные люди розных чиновъ и рядовые их товарищи, помня Бога и твою Государскую пресвѣтлую милость и кресное целованье, межи собою со Енералными и со всѣми началными людми учинили о томъ раду и приговорили. Государь, они, полковники і всѣ началныя люди и рядовые их товарищи: по коих мѣстъ Богъ дастъ облегченье Гетману Демьяну Игнатовичю, чтоб быть наказнымъ Гетманом брату ево Гетманскому Василью Игнатовичю і всякие твои великого Государя, і войсковые дела вѣдать до твоего Государева указу ему Василью Игнатовичю. А будетъ волею Божиею Гетмана Демьяна Игнатовича не станетъ, и ему Василью по тому ж быть і всякие дела вѣдать до твоего Государева указу. А имъ обозному и судьямъ, и ясаулом, писарю, полковникомъ, і сотникомъ, і всѣмъ началнымъ людемъ, и рядовымъ товарищем, і всякого чину людемъ по тому ж быть у него Васнлья со всѣми своими това- рыщи в послушаніи всѣмъ заодно по твоей Государской милости, помня твое Государское целованье ни на какия прелести имъ не мыслить и ни к какому дурну не приставать. И на томъ тебѣ, великому Государю, крестъ целовать Василью Игнатовичю имъ всѣмъ началнымъ людем, против того ж как был договоръ у Гетмана Демьяна Игнатовича и у них под Глуховом при боярине і воеводе при князе Григорье Григорьевиче Ромодановскомъ с товарищи. И. будет, Государь, гдѣ в которомъ мѣсте или в городе заведетца какое дурно или бунт и имъ всѣмъ на того итти и то дурное мѣсто снесть мечемъ и огнемъ, чтоб впредь нигди никакова дурна и бунтовщиковъ небыло.И милостию, Государь, Божиею и заступлениемъ пресвятыя Богородицы и помощию Сергия и Никона Радоженских (sic!) і великих чюдотворцовъ, и твоимъ великого Государя Царя і великого Князя Алексѣя Михайловича всеа Великия и Малыя и Бѣлыя Росіи самодержца, и благородного Государя нашего царевича і великого князя Ѳеодора Алексѣевича всеа Великия и Малыя и Бѣлыя Росіи, и благородного Государя нашего царевича і великого князя Иоанна Алексѣевича всеа Великия и Малыя и Бѣлыя Росіи, — счастьемъ после той рады в Батурине генваря в 1-м і въ 7-м числех в соборной церкви Воздвижения честнаго и Животворящаго креста Господня крестъ тебѣ, великому Государю, и детѣмъ твоимъ Государевым, Государемъ нашимъ, на том целовали тот Гетманской брать, что ныне наказным Гетманом, Василей Игнатовичь и братъ их третей Савтлей і всѣ полковники, и началные людг, и рядовые их товарищи при мнѣ, холопе твоем, что быть имъ всѣмъ бесо всякой шатости под твоею Государскою высокодержавною рукою неотступно без всякого дурного помышления. А будетъ гдѣ в Малоросійских городѣх в коем городе или в мѣсте зачнетца бунтъ или какое дурно и імъ всѣмъ заодно итти и то мѣсто разорить без остатку, чтоб впредъ нигдѣ дурного не было. И после, Государь, того крестного целованья вскоре тѣ полковники і всѣ началные люди с своими товарыщи из Батурина по своимъ полкамъ
∖
поѣхали, для того что без них де тамъ в народе у нихъ помело бытъ мно- пія шатости: слух де у них прошолъ, что Гетмана Демьяна Игнатовича не стало. А он де Гетманъ Демьянъ Игнатовичъ и ныне еще милостию Божиею в живых, толко лежит боленъ; а дела всякие вѣдаетъ до твоего Государева указу наказной — братъ ево Василей Игнатовичь. И о томъ к тебѣ, великому Государю, для того вѣдома Гетманъ Демьянъ Игнатовичь і всѣ началные люди и послали Енералного ясаула Матвѣя Никитича Гвинтовку. А хто имя- ны полковниковъ и сотниковъ, і всяких началных людей и рядовых товарищей тебѣ, великому Государю, крестъ целовали и то писано въ ево Гетманскомъ листу. А с сею, Государь, отпискою к тебѣ, великому Государю, к Москве послалъ я. холопъ твой, с сотникомъ Московских стрелцовъ Якова Андрѣева сына Козловского, с вѣдома Гетмана Демьяна Игнатовича[§§])·