Психоделический мистицизм Карлоса Кастанеды

Еще будучи студентом, Кастанеда(1929—1998 гг.) встретился в 1960 г. со стариком-индейцем и был покорен

его личностью (см. “Учение Дона Хуана”, “Путешествие в Икстлан”).

Философия Кастанеды — это результат использования психотропных средств, точнее, психоделиков.

Кастанеда продолжает традицию мистических, т. е. крайне иррационалистических учений. Он практически от­рицает весь мир культуры и восстанавливает, по суще­ству, мироощущение первобытного человека. Ее, пожалуй, можно назвать философией первобытного человека, голо­го человека, который ничего не имеет, кроме своего тела, ничего не знает, кроме своих непосредственных ощуще­ний-восприятий, ничего не хочет и не умеет делать, кро­ме элементарных поведенческих действий (ходить, есть, пить, одеваться, умываться и т. п.) да изготовления и при­ема психоделических средств.

Современный человек — это воспреемник всей духов­ной и материальной культуры человечества, ее многотыся­челетней истории. Для Кастанеды же ничего не значат ни Бетховен, ни Рахманинов, ни Аристотель, ни Гегель, ни Рафаэль, ни Рембрандт, ни Шекспир, ни Толстой, ни Эйн­штейн, ни Дарвин, ни Петр I, ни Франклин Рузвельт, ни Эдисон, ни Форд. Кастанеде не нужна наука, не нужно зна­ние, полученное учеными, не нужны открытые ими законы природы, не нужны изобретения человеческого гения, улуч­шающие и совершенствующие человеческую жизнь, не нужны ни серьезная, ни легкая, ни классическая, ни совре­менная музыка, не нужна восточная культура единоборств тела, не нужна индийская йога, не нужно освоение космо­са, не нужны компьютеры, не нужно книгопечатание, не нужны радио, телевидение, не нужны автомобили, само­леты и т. п.

Мир кастанедовского человека — весьма упрощенный, примитивизированный, бедный — сосредоточен на чисто при­

родных взаимоотношениях человека и среды. Пожалуй, он даже проще мира первобытного человека. Ведь последний по-свое­му много знал и умел: как добывать и поддерживать огонь, охотиться за животными, ловить рыбу, изготавливать ору­дия труда, рожать и воспитывать детей. Кастанедовский че­ловек и в подметки не годится охотнику Дерсу Узала.

Философию Кастанеды можно еще охарактеризовать как психоделический мистицизм. Мир для Кастанеды — тай­на, а все, что делает человек — “бесконечная глупость” (“воин относится к миру, как к бесконечной тайне, а к тому, что делают люди, — как к бесконечной глупости” — К. Ка­станеда. Избр. соч. М., 1994. С. 395).

Кастанеда на новом витке исторической спирали по­вторяет древнегреческих киников с их стремлением к опро­щению, назад к природе, к животному состоянию.

6.8.